Я дышу, пока ты рядом... (СИ) - Богатенко Наталия - Страница 39

Вот это-то и мучило Алексу…

МАХАЧКАЛА. ДАГЕСТАН

Щурясь на солнце, мужчина задумчиво смотрел в распахнутую дверь. Декабрь был тёплым, и от того было совсем не зимнее настроение. Рана в плече еще давала о себе знать, но теперь он уже мог ходить, и Аиша смеялась, что он наверняка родился в рубашке.

Оглянувшись на свою спасительницу, он улыбнулся ей, и заметил, как сверкнули её тёмные глаза из-под платка. Она снимала его только в доме, когда не было чужих, и ему, русскому, казалось странным, что его считают в семье Марата чуть ли не своим.

— Ну, чего смотришь? Не смотри! — смутилась девушка, с трудом сдерживая смех.

Усмехнувшись, он быстро закончил плести из стебельков оранжерейных цветов браслет и спустился с веранды на крыльцо. Аиша ловко чистила шомполом дедушкину двустволку, и не поднимала взгляда. Лишь, когда мужчина взял её руку и просунул в импровизированное украшение, испуганно взглянула сначала на венок, затем и на Илью.

— Ты очень красивая. — шепнул он, и отошёл, увидев, как во двор входит Фархад, таща вязанку хвороста.

Вместе они управились споро, сложив заготовки дров в сарае, и сели на скамье покурить. Парень улыбнулся, кивнув на сестру и, наклонившись к новому другу, доверительно сказал:

— Она влюблена в тебя, русский! Так может смотреть только влюблённая женщина!

— Что ты понимаешь в этом? Мал ещё! — отмахнулся Терлецкий, пихнув его локтем.

Фархаду было восемнадцать, Аише на год больше, и оба они казались Илье детьми. Сашеньке сейчас всего двадцать, но он никогда не воспринимал её как маленькую.

Саша… Что с ней, как она? Счастлива ли с Данькой, забыла ли о нём самом или так же мучается, не в силах отпустить прошлое?

— После праздника я возвращаюсь в Махачкалу. — произнёс Илья, и Фархад удивлённо воззрился на него. — Не могу я здесь, не моё это. Я привык к городу, скучаю по ребятам.

— Твой начальник давно подписал увольнительную, ты уже не военный. — возразил мальчишка, сунув в рот спичку.

— Бывших военных не бывает, балда. — снисходительно улыбнулся мужчина. — У меня там дом, и женщина, правда, не знаю, ждёт ли она меня?

— Твоя жена уехала сразу после того, как узнала о твоей гибели. Она и до сей поры считает тебя мёртвым.

— Откуда ты берёшь все эти новости? — слегка шлёпнул его по плечу Илья.

— У Фархада всюду уши и глаза, как у шайтана. — засмеялся парень. — Деда говорит, что я как змея, в любую лазейку просочусь!

Поднявшись, Фархад взъерошил непослушные чёрные кудри и добавил:

— Оставайся, на Новый год к нам приедет мой крёстный, дядя Тимур Джамалов, он возьмёт нас на соколиную охоту! Будет весело!

МОСКВА

Чуть заметно покачав головой, Катя взглянула на мужа, а он развёл руками. Сегодня с утра Сашка то и дело подбегала к окну, а на малейший шум двигателя машины выскакивала во двор — Богдан должен приехать на пару дней, и Санькина суета была оправдана.

— Жаль, что вы с Катюхой не сможете поехать со мной. — оглянувшись на отца, смотревшего вечерний выпуск новостей, вздохнула Алекса. — Вот было б классно всей семьёй погостить у деда! Я ещё ни разу не была в Дагестане зимой.

— Нет, Саш, и не уговаривай! — сказал Давид. — Катеньке скоро рожать, какие ей поездки? А ты развеешься, отдохнёшь, фруктов покушаешь со своего сада.

— А то зачахла совсем без Даньки, целыми днями учёба. — поддразнила Екатерина, сев рядом с мужем.

— Да ну вас! — буркнула девушка и ушла в свою комнату.

Дотянувшись до тарелки с персиками, Сашка принялась уплетать их, и, уставившись в экран ноутбука, где смотрела фильм, не заметила, как окна осветило фарами.

Услышав торопливые шаги, словно кто-то взбегал по лестнице, она приподнялась, убрала тарелку на подоконник и согнала на пол кота. Дверь открылась, и Сандра, не успев ничего произнести, оказалась в медвежьих объятиях Богдана.

— Сашка! — выдохнул он, беспорядочно осыпая её поцелуями, и прижимая к себе так, что она чуть не задохнулась. — Сашуля, любимая моя… Чёрт, как я соскучился по тебе!

— Блин, Соколовский, отпусти сейчас же! — завопила она, сердито стукнув его по спине.

— От Соколовской слышу. — не внимал он её просьбе, с жаром сминая губы.

— Иди на фиг! Да отпусти же, Юленьку раздавишь!

Перестав целовать её в шею, он поднял голову, оторопело воззрившись на жену, и Саша рассмеялась, настолько было у него ошарашенное лицо.

— Подожди… О чём ты, малыш?

Но, тотчас догадавшись, опустил глаза на её живот, и Сашка улыбнулась, обняв его.

— У нас будет ребёнок, Данька. Я на третьем месяце.

— Сашка… — шепнул Богдан, справившись с потрясением, и, рухнув на колени, прижался щекой туда, где она носила малыша.

На её глаза навернулись слёзы, защемило где-то внутри, непривычная тоска вдруг всколыхнула душу, и Алекса зарылась пальцами в волосы мужа. Его искренняя радость, вся любовь, пусть порой и губительная, накрыла её спасительным теплом. Прильнув губами к его макушке, Сашка прошептала, борясь с рыданиями:

— Богдан, я тоже скучала по тебе. Очень-очень, милый.

В его глазах мелькнуло удивление, и синева обрела тёмный оттенок. Больше всего Сандре нравилось смотреть в эти два озера, но они лишали её всякой воли.

Встав на ноги, Соколовский сел на кровать и Алекса прижалась к нему, с улыбкой разглядывая симпатичное лицо.

— Чаще всего, там, вдали от тебя, я всё думал, услышу ли когда-нибудь, что ты меня любишь. — хрипло сказал мужчина, лаская ладонями её ягодицы и бёдра. — Каждую секунду вспоминал твою улыбку, твой взгляд и наши последние ночи. Сашка, я никого так не любил. Я никогда не любил по-настоящему!

Теперь ты знаешь, какое это отвратительное чувство, да? — шепнула она, сев к нему на колени. — Богдан, я обещаю, что сделаю всё, чтобы ты был счастлив со мной. Дай мне ещё чуть времени.

— Я тебе верю, малыш.

Взяв её за руку, он шагнул в коридор и начал спускаться вниз. Улыбнулся Кате, наблюдавшей за ними из кухни, и, подхватив с дорожной сумки букет тюльпанов, подал любимой.

— Прости, они слегка помялись, мне пришлось долго торчать на посту ДПС.

В её памяти всплыл тот день, когда Илья впервые подарил ей цветы, и она ощутила болезненный спазм в груди.

«— Прости, они немного помялись, пока я колесил по делам…»

— Сашуль? Что с тобой? — нахмурился Богдан, заглянув ей в глаза, и она отвернулась, тщетно стараясь скрыть слёзы.

Боже, почему? Почему прошлое никак не отпустит, и каждая мелочь напоминает об Илье?! Как ей хотелось забыть его, вырвать мысли о нём, но сердце бунтовало.

Он уже не вернётся, его нет. Он погиб… С этим пора научиться как-то жить.

— Он погиб. — неосознанно вслух произнесла Сашка, и поймала полный недоумения взор мужа.

— Кто? — спросил Даня, и в холл, осторожно шагая, вышла Екатерина.

— Ребят, вам привет от нашего общего друга! У него всё в норме, говорит, что после праздников собирается в Москву.

Саша побледнела, и Богдан, показав Кате кулак, обнял жену за плечи. Об Илье он запретил вообще упоминать при Алексе, но настырная Джамалова всё всегда делала по-своему.

Само собой, они оба знали, что Илюха чуть не погиб в том чёртовом теракте со стороны исламистов, но Саше ничего не сказали. И вот своенравная подруга снова влезла, куда её не просили!

— Кать… Кто звонил? — просипела Сандра, оттолкнув руку мужа.

Подсознательно она хотела услышать, что это Терлецкий, и всё же понимала — это уже наравне с сумасшествием. Но о каком ещё общем друге могла идти речь?

— Илья, малая, он очень рад, что у вас с Данькой всё хорошо. — наигранно бодро сообщила Катя, и Сашка, осмыслив её слова, выдавила:

— Он жив?!

— В чем дело, чёрт возьми? — сдерживая бурливший гнев, осведомился Богдан, ухватив её повыше локтя. — чего вдруг ты так всполошилась? Ты с ним созванивалась?

Цветы упали на пол, Сандра яростно рванулась, сверкнув глазами. В голове билась лишь одна спасительная мысль — Илья жив, с ним ничего не случилось, а Марина её обманула.