Пес в колодце (ЛП) - Вольский Марчин - Страница 68

- Мы делаем все возможное, но появились мелкие сложности… - пробормотал профессор.

Выглядел он совершенно нехорошо, у него были красные от бессонницы глаза, руки тряслись.

- Сроки необходимо выдержать, я уже вбухал в этот проект целое состояние, - в голосе Заккарии прозвучала угроза.

- Корпорация тоже в долгах, - вмешалась Лили Уотсон.

- Вот если бы мы могли добраться до активов Альдо. – Эусебио нервно кусает чубук трубки. – На Кайманах и в Белизе у него припрятана куча денег.

- Его поимка – вопрос нескольких дней, - успокаивает всех президент Банко Ансельмиано. – Правда, Лино он не проболтался, но мы и так знаем, куда он направляется. Он желает найти того чудотворца, который так намешал ему в голове и довел до нынешнего состояния вещей. И это очень хорошо. Мои парни уже идут по следу. Пускай он отыщет "пророка", и тут мы прихлопнем их обоих. Я вылетаю в Швейцарию на рассвете. Ситуация находится под контролем.

- А вдруг Сальваторе начнет болтать, - беспокоится Бьянки. – Правда, мы отослали его в самую Австралию…

- Ах, да, вы же еще не знаете, - скалит зубы Эусебио. – Коллеги, совершенно забыл вам сообщить. Тут у меня мэйл из сегодняшнего "Брисбейн Джорнел". Сами можете прочесть: Страшный пожар опустошает южный Куинсленд. Известный итальянский телевизионный менеджер вместе с семьей стал жертвой огня…

Лицо Кардуччи делается мелово-белым.

- Вы его убили? – шепчет он. – Но ведь мне обещали…

- А ты, профессоришка, занимайся своими делами, - Розенкранц стучит головкой трубки по краю бронзовой пепельницы. – В бизнесе симпатий к кому-либо не бывает.

- Но ведь, Господи!...

- Успокойся, Уго, не надо вопить. Одним из первых экспериментов, которые мы проведем с помощью "Психе", станет избавление от этого Старого Синьора, - смеется Бьянки. – В течение пары тысяч лет библейские бредни замусорили человеческие умы. Наша программа уничтожит его точно так же, как конкурентов гурби-колы или SGC Production.

- Тут самое главное, координировать наши действия. Было ошибкой, что в первый раз мы доверили устранение Гурбиани любителям. Я и не знал, что у нас сотрудничество сложится так здорово. – Лили Уотсон подмигивает Никколо Заккарии. – Да, при случае, а не останетесь ли вы у нас на ночь? Я приготовила апартаменты на наивысшем этаже. С эскортом…

- Если оно будет на столь же высоком уровне, - отвечает мафиози, - "нет" не скажу.

Ужинает он вместе с Бьянки и Розенкранцем в компании красивых девушек, после чего три наиболее красивые из них, в воздушных, словно из белого лета сотканных одеяниях, под веселый смех ведут его в помещения на верхнем этаже, называемые "садом наслаждений".

Расставаясь, никто не имел понятия, как скоро придется им встретиться вновь. Через четверть часа после полуночи Розенкранца, проживающего, подобно коллегам из правления в шикарных апартаментах на двадцать девятом этаже SGC Center, будит телефон из помещения охраны. Датчики на высших этажах указывают на высокую концентрацию дыма в воздухе…

- Пожар? Где?

- Мы подозреваем, что это в лабораториях. Двадцать первый и двадцать второй этажи. К сожалению, там датчики и аварийная сигнализация не работают, но с улицы виден огонь.

- Огонь? Невозможно, у нас ведь самые лучшие противопожарные установки.

- Кто-то их отключил. Не сработали ни мониторинг, ни орошающие системы. В самой лаборатории никто не отвечает, камеры слепы.

- Пошлите туда людей!

Через пять минут докладывают о весьма тревожных известиях.

Группам пришлось возвратиться. От двадцатого этажа и выше здание охвачено огнем. Пожар сразу вспыхнул во всем лабораторном комплексе. Вам следует эвакуироваться. Немедленно!

Разнервничавшийся Эусебио натягивает халат.

- Вы не можете установить, где находится этот сукин сын Кардуччи? – кричит он в интерком.

- После ухода остальных сотрудников он остался сам в лаборатории и уже ее не покидал.

Телефон замолкает. Дыма уже все больше. Розенкранц выскакивает в коридор. В холле беспомощно суетятся Лили Уотсон, Лео Бьянки, Летиция Ромеро и несколько других ведущих сотрудников Консорциума.

- Что там с лифтами? – спрашивает главная редактор "Минеттио".

- Не действуют.

- Нам надо убегать по лестницам вниз, - паникует Бьянки.

Все бросаются к дверям. Только это никак не лучшая идея; по всем стоякам валят клубы черного дыма. Похоже, где-то внизу отказали противопожарные двери. Или же их кто-то открыл…

- На крышу! – кричит Эусебио. – У нас же имеются вертолеты.

- Но куда?

На два этажа все поднимаются, обернув головы мокрыми полотенцами. Далее, к счастью, имеются внутренние лестницы. Дует ветер, дыма здесь немного, можно идти без помех. Откуда-то снизу доносятся взрывы. Лопаются громадные, опалесцирующие листы стекла. Глав Консорциума охватывает паника. Летиция Ромеро падает, по ее телу бегут без малейшей жалости…

"Босяки", - думает Лили Уотсон, которой удалось вырваться вперед, - "как мы, собственно, собрали эту банду?". Женщина пытается понять, а что вообще произошло. Все указывает на сознательный поджог. Ей вспоминается выражение лица Кардуччи, когда они прощались. Все так, то было лицо самоубийцы. Понятно, это Уго уничтожил мастерские и компьютеры, забирая тайну "Писихе" в могилу. Вот только, собственно, зачем он это сделал?

Крыша все ближе. Становится слышным грохот могучего двигателя вертолета. Это самое главное. С ужасом она думает о количестве желающих, которые наверняка станут драться за место в вертолете. Кто-то обязан их успокоить, все разъяснить, ведь до ближайшей посадочной площадки на крыше отеля "Шератон" в обе стороны лететь меньше шести минут, два-три курса и всех эвакуируют.

Первые беглецы вбегают на террасу и ошарашено замирают – вертолет уже в воздухе. Он неподвижно завис в трех-четырех метрах над плитой посадочной площадки. Поток воздуха от лопастей чуть ли не сметает людей с террасы.

- Кто же это там? – напрягает взгляд Лили.

Ну понятно, Никколо Заккария. Никколо и три соски из эскорта. За рукоятками управления Лили видит квадратную рожу Франко Пини – "шофера по мокрой работе".

Ниже машины, не имея возможности ее достать, скачет Розенкранц, он размахивает руками, что-то кричит, показывает, чтобы вертолет подождал, ведь в кабине еще куча свободного места.

"Ну что за кретин?!" – думает Уотсон, подбегает к direttore и вопит ему прямо в ухо:

- Ек задерживай их, Франко высадит Никколо и вернется за остальными.

- Вернется? Ты получше присмотрись к этому сукину сыну Заккарии и на его довольную рожу… Не вернется.

И правда. На лице мафиози заметна гримаса мстительного удовлетворения. Он машет рукой в знак прощания, после чего вертолет неспешно облетает крышу.

- Да что же он творит, что творит… - сопит Бьянки. – Мы же сообщники.

- Без Кардуччи мы не представляем для него никакой ценности. Если только он захватит Альдо, то в его компьютере найдет все необходимое, чтобы возобновить программу. Мы же представляем собой ненужную группу, с которой нужно будет делиться добычей.

Похоже, Бьянки этого не понимает.

- Прошу всех успокоиться, - кричит он напирающим сотрудникам SGC. – Встаньте в алфавитном порядке, время у нас еще есть, Франко сейчас прилетит. Два-три курса – и он заберет всех.

Если у кого и имелись иллюзии, тот теряет их, видя, как машина облетает цилиндрическую махину "Шератона", направляясь в сторону Монтанийских Нагорий. Теперь можно рассчитывать только лишь на помощь городских служб. Откуда-то снизу доносится вой первой пожарной машины. Ну а что с вертолетами, вернулись ли они на базу после последнего пожара в Апеннинах?

Оглушительный взрыв. Массы раскаленного воздуха раскалывают световой люк на громадном патио. Люди разлетаются по крыше, словно биллиардные шары. В образовавшейся в результате взрыва дыре все больше накапливается дыма, а вскоре появились и языки пламени. Лили вспоминаются изображения ада из эротического фильма ужасов "Бал у сатаны" (производство SGC, сто двадцать семь миллионов зрителей в течение года). "Это ожидает всех нас", - размышляет она с отчаянием. При таком темпе распространения огня спасательные вертолеты просто не имеют права успеть. Ей хочется плакать, но в этот момент в ней отзывается другая Уотсон, твердая словно камень. "Думай логично, поразмысли, что ты можешь сделать".