Танцующая для хищника (СИ) - Богатенко Наталия - Страница 22

— Поговори с матерью. — пожал он плечами, и Ася направилась к двери.

— Обязательно! Но не надейся, что это что-то для тебя будет значить! В любом случае, ты обращался со мной, как скот! И тебя не простила!

Филипп догнал её уже на выходе, развернул, стиснул в объятиях. Не дал запротестовать, запрокинул её голову. Она ожидала грубости, напора, но поцелуй был неожиданно нежным и трепетным. Теплые губы прижались к её губам, будто впервые вкушая сладость плоти, завладели, мягко и чувственно изучая. Настя перестала вырываться, обмякла в его руках, и нерешительно приняла ласку.

Целоваться с ним вот так ей понравилось. Никакого принуждения, только легкое головокружение и смешавшееся дыхание, приятное волнение, и жаркая тянущая боль в паху.

Отпустил её Фил так же внезапно. Подтолкнул на крыльцо, и, уперев руку в колоду, улыбнулся, самоуверенно заявив:

— Соскучишься, звони.

Едва удержавшись на подкашивающихся ногах, она зло усмехнулась.

— Не дождешься! — с презрением бросила, и торопливо направилась прочь…

Глава 14.

— Кто такой Артём? — с плохо скрываемым раздражением спросил Димка, и потряс Асиным телефоном.

Девушка только вышла из душа, прошла в кухню, шлепая босыми ногами и на ходу вытирая волосы. Друг стоял у стола, в его взгляде она прочла обличающие искорки. Дим, конечно, классный парень, настоящий друг, но Настя никогда не воспринимала его как мужчину, с которым могла бы закрутить роман.

Нет уж, мало ей, что ли, ревности Фила! Да и вообще, с какой стати все окружавшие её молодые люди вдруг решили, что имеют права вмешиваться в личные дела?!

— Ася! — повысил голос Тихонов, ловко спрятав руку с мобильным за спину. — кто этот Артём? Он названивает тебе уже целые полчаса, с тех пор, как ты ушла в ванную!

— Отдай. — потребовала она, протянув ладонь. — Тёма это тот парень, сбивший меня на мотоцикле. И не надо делать такие глаза, Дим, я тебя прошу! Виновата была я, зазевалась на дороге. Отдай телефон!

Насупившись, он нарочито аккуратно положил аппарат на стол, и сел, всем видом выражая оскорбленную гордость. Пока Настя читала смс, присланное Ленским минуту назад, Дмитрий, повздыхав, отважился начать:

— Вот не понимаю я, Ася… Чего ты хочешь? Что тебе нужно от жизни, а? Вокруг тебя вечно ошиваются какие-то типы, этот Никита — боксёр, зачем он за тобой таскается? Он же настоящий вышибала, башкой проломит любую стену! Да он тебя задавит, если ты окажешься с ним в постели!

Ася насмешливо вздернула бровь, удивленная тирадой.

— А этот… Артём! Кто он? — набирал обороты Димка, вскочив и расхаживая взад — вперед, и комично размахивая руками.

Очки сползли на нос, и он был похож на смешного учителя математики — был в школе, где Настя училась, некий Аркадий Георгиевич Зейгер, ну точь в точь, что сейчас Димка! Тоже носил клетчатые рубашки, штаны с подтяжками и круглые очки, которые каждую минуту поддевал пальцем.

— Тебе, по-моему, незнакомо чувство такта, Ася, ты обижаешь тех, кто рядом с тобой, пусть не намеренно, но ведь обижаешь! Чем я заслужил такое отношение?

— Ты мой лучший друг. — улыбнулась девушка, но попытка успокоить Димку привела к обратному результату — он лишь сильнее рассердился.

Всплеснул руками, и тоненьким голосом завопил:

— Вот именно — друг! Друг я тебе, а ничего, что я люблю тебя?! Давно люблю, дуреха, а ты даже этого не замечаешь, потому что думаешь только о себе! Эгоистка!

Ася вздохнула. Нет, для нее не было новостью, что Тихонов в нее влюблен. Но дать ему сейчас развить эту тему означало одно — снова стать виноватой в его несчастной жизни, а ей не хотелось с ним ссориться. Ситуацию спас звонок, и, чтобы успокоить друга, разъярившегося, было при звуке мелодии, она повернула к нему дисплей.

На экране отображалось «маман», и Дима, безнадежно махнув рукой, ушел из кухни.

Елена сообщила, что хочет увидеться с дочерью на семейном ужине, и Ася, скрепя сердце, согласилась. Что-то затевалось, но расспрашивать мать сейчас не стала. Наверняка, речь опять пойдёт о её непутёвой жизни, будут мольбы мамочки остепениться и вернуться под родительское крыло, а со стороны отца упреки и попытки нравоучений. Но не поехать она не могла.

Помня о том, что сказал Филипп, ей было необходимо вызвать мать на откровенность и докопаться до правды своего происхождения…

***

Клуб, куда в первую очередь пришла устраиваться Настя, имел довольно широкую известность в определенных кругах. Проще говоря, в криминальных. Сюда, в «Террариум», стекалась вся эта публика, чтобы культурно отдохнуть от «трудов праведных», и шансов на успех у неё было мало.

Шагая следом за крепким парнем, девушка с любопытством рассматривала вычурный антураж заведения, барную стойку, за которой скучающего вида девица в фирменном фартуке смешивала коктейли, огромные окна с мощной системой защиты, и круглые столики с необходимым набором — салфетки, пепельница, меню.

Хозяин клуба, средних лет, невысокий, тучный человечек, цепким взглядом окинул новую искательницу работы, и, зевнув, заученно бросил:

— Мы не берём танцовщиц с улицы. Рекомендации есть?

— Нет. — досадуя, что не прижала вышвырнувшего её по просьбе Фила Назарова, чтобы выдал ей эти чёртовы письма, мотнула она головой.

— Тогда до свидания. — потерял к ней всякий интерес папик, и кивнул на дверь.

Но тут что-то заставило его встрепенуться, глаза остановились на Асином лице, и он дал знак одному из охранников подвести незнакомку ближе. Настю бесцеремонно толкнули вперед, и она едва удержалась, чтобы не выплюнуть колкость.

— Постой-ка, куколка… — подался к Асе Левин, и схватил за руку. — мордашка твоя мне знакома уж больно. Где, говоришь, ляжками трясла?

— В «Элите». — закипая от столь наглого обращения, холодно пояснила она.

— Ася? — наморщил лоб он, вспоминая её псевдоним, и радостно расплылся в улыбке, обнажив белоснежные зубы, явно полученные стараниями профессионального дантиста. — Ася Монро?

— Ну да, выступала под этим именем. — кивнула она.

— Так чё ж ты молчала? — вскинулся Левин, потирая пухлые ручонки и уже без стеснения плотоядно её облизывая сальным взглядом. — я ж у Назара тебя всё выкупить норовил, а этот жмотом оказался, сука! Стриптиз, говорят, ты танцуешь отменно. Присядь, обговорим нюансы, так сказать, совместного сотрудничества.

Настя села в предложенное кресло, не зная, праздновать ли триумф или, пока не поздно, валить отсюда. Но ей нужна работа, она не привыкла ни в чем себе отказывать, а тяга к независимости пересиливала здравый смысл. Она постарается в корне пресечь всякие домогательства в свой адрес, и сейчас же объяснит этому боровку, что согласится «сотрудничать» только на определенных условиях.

А именно — в качестве танцовщицы, без каких-либо эскорт услуг клиентам…

Но разговор не заклеился с самого начала. Левин, не привыкший, чтобы ему перечили — и кто, девчонка-стриптизерша! — решительно пресёк её попытку выторговать свое условие. С ходу заявил, что на работу берет только надежных девочек, умеющих держать язык за зубами и беспрекословно подчиняющихся правилам клуба.

— И каковы же они? Ваши правила, Леонид Степанович? — осведомилась Ася колеблясь между желанием убраться из этого гадюшника или рискнуть, ибо гонорар, упомянутый вскользь, значительно превосходил тот, что она получала в «Элите».

Но суть состояла вовсе не в эскорт — услугах, во всяком случае, не в прямом смысле, как опасалась девушка. Владелец «Террариума», наклонившись вперед, пытливо посмотрел в глаза Насте.

— Надеюсь, ты понимаешь, чо это за место, и какие люди здесь бывают?

Она кивнула.

— Мои девчонки из кабаре работают на две ставки, первая, как ты уже знаешь это танцевать на сцене, график сменный, ночь через две, тебе это хорошо знакомо.

— А вторая? — с беспокойством уточнила Ася.

Левин расхохотался.

— Расслабься, милочка, никаких интимных дел с клиентами без согласия с твоей стороны не будет. Мы заинтересованы соблюдать приличия и блюсти, так сказать, невинность наших девочек. — шутка была плоской, но Настя предпочла проигнорировать её. — тебе нужно будет сопровождать того или иного человека по его желанию на различные мероприятия, скажем, на деловые ужины, корпоративные вечеринки или светские пати. Улавливаешь?