Принуждение к миру (СИ) - Ермолов Сергей - Страница 20

Мне впервые в жизни довелось наблюдать боевую стрельбу вертолетов огневой поддержки с такого близкого расстояния, да еще спереди. Я сидел под стеной, прислонившись к ней спиной, и смотрел на вылетающие управляемые ракеты. При ее приближении голова инстинктивно и самопроизвольно убиралась в плечи, а тело так и норовило сползти на землю. У каждого вертака было по два крыла, и на каждом крыле находилось по четыре управляемых ракеты. Две сверху крыла и две снизу. А еще под каждым крылом крепилось по одной большой подвеске с НУРСами, которыми, к моей большой радости, огонь не велся.

Сосед расстрелял две коробки патронов и радостно всматривался в стены по-прежнему атакуемого нашими солдатами дома. Я сидел рядом и думал о перспективах военной кампании России.

Всё стихло. Такая тишина бывает только после боя. Где-то звякнули отброшенные ногой автоматные гильзы. Сполз по стене, поддерживая ногу. Боль уже схватывала живот, подбиралась к груди.

После тяжелого двухчасового боя у стен серого административного здания с большим гербом под карнизом, где мы потеряли несколько человек ранеными, нам приказали откатиться на исходные позиции и передохнуть.

Мы откатились. Как смогли - умылись, почистили оружие, привели себя в порядок.

Лента новостей.

Минобороны РФ: Части 58 армии полностью освободил Крым от украинских военных

Батальонно-тактические группы 58-й российской армии полностью вытеснили украинских военных из Крыма, заявил главком Сухопутных войск генерал армии Владимир Степанов.

Глава 20

20

Лента новостей.

Заместитель начальника Генштаба Вооруженных сил РФ Анатолий Петров сообщил о потере двух самолетов ВВС России в зоне конфликта. По словам военного командования, были сбиты Су-25 и Ту-22. Судьба пилотов не известна.

У одного солдата загноилась внешняя сторона правой ладони, из-за воспалившегося фурункула он еле-еле мог сжать пальцы в кулак, и по настоянию доктора его было необходимо отправить в санчасть. Я повел Федорова к вертушке, чтобы отправить его в батальон. Вертолет быстро избавился от ящиков с боеприпасами и сухпайком, и солдат с перевязанной рукой уже занял место в салоне.

Когда мы подошли к костру, там уже разогревали ужин. Вокруг огня на углях выстроились вскрытые жестяные баночки, издававшие приятный аромат тушенки, гречневой, рисовой или перловой каши.

Я быстро поел остывавшую кашу. Потом вытер ложку и стал искать взглядом жестянку для чая. Свободные от дежурства солдаты уже улеглись спать, и мне тоже хотелось побыстрее завалиться. Мест под навесом уже не было, но лежавших пока еще можно было растолкать.

Наши группы тоже готовились к новому штурму. Солдаты, насколько позволяла обстановка, отсыпались и отъедались, набираясь сил, чистили оружие и готовили боеприпасы.

В полдень напомнил о себе пустой желудок. Один солдат из наряда по роте притащил нам несколько буханок хлеба. По одной коробочке сухого пайка было выдано на каждую тройку бойцов, и все принялись дружно скрести ложками по консервным банкам.

Теперь настало другое время, и нам приходилось есть каши и тушенку из убогого пехотного сухпайка No 1. Единственным достоинством этого сухпая было то, что, по сравнению с натовским рационом, наши каши были намного вкуснее и сытнее.

Война - образ жизни. И при правильном поведении люди проходят много боев с относительно малыми шансами погибнуть.

Войны начинает и заканчивает CNN. Если CNN говорит, что война есть и показывает при этом картинку - значит она есть. Если диктор CNN говорит, что войны нет, обыватель может спать спокойно - в его сознании воцарился мир. Военная журналистика - вещь лицемерная. Конечно, было бы честнее просто показывать идущих солдат на фоне рекламного плаката "Спонсор наступления -..."

Мы стали современниками войн, превратившихся в выгодный бизнескомандиров и больших чиновников. Мы видим генералов, сдающих позиции врагу. Спокойно дают интервью грязные дельцы, произведенные в высокие ранги. Они на самом-то деле торгуют землями и недрами собственной страны, заботясь о воцарении хаоса, в котором не будет столь неприятных налогов и таможен, но будет подконтрольные только им аэропорты, трубопроводы и перевалочные базы контрабанды. Где можно спокойно красть триллионы из бюджетов распадающихся стран.

На войне человек подвергается испытаниям на прочность. Напряжение все время накапливается в тебе, и время от времени его, этот зловещий сгусток, нужно сбросить. Всегда лучше приоткрыть клапан, чем ждать пока котел взорвется. Легко быть трезвенником в спокойной, уютной жизни, и то мало кому это удается. А вот когда каждый день может стать для тебя последним, твою жизнь может оборвать один из бесчисленных кусочков металла (летящих пока мимо) и мир взорвется в ослепительной вспышке боли - здесь дело совсем иное.

Да, война - зло. Но что еще хуже войны - это перемирие. Падает боевой дух армии, поскольку исчезает смысл ее действий. Самое страшное на войне - ожидание боя. Потом некогда бояться. Потом надо выживать. Война спрессовывает такое огромное количество важной информации, которое в обычной обстановке человек способен осознать и переварить за недели, а то и месяцы. В зоне боевых действий вся текущая информация должна восприниматься предельно быстро и полно. И чтобы выжить, тыобязан впитывать и усваивать эту информацию как жизненно необходимую данность и желательно со всеми подробностями и даже мельчайшими деталями. Враг - это результат деятельности Генштаба.

Почему-то мне совершенно не хотелось ощущать себя очередным куском пушечного мяса и потому покорно ожидать решения кем-то своей участи на этой войне... А чтобы выжить, нужно и самому быть очень активным участником этого процесса и практически всегда держать окружающую обстановку под своим контролем.

-Чай или водка есть?

Вечером, глядя на яркие украинские звезды, пили трофейную сливовицу, закусывая, захваченным окороком, пластали его огромными кусками, ели жадно чавкая и торопливо давясь. Насытившись и придя в благодушное расположение духа, неторопливо курили едко дымящие местные сигареты, неспешно перекидываясь расслабленными ленивыми фразами.

Война это тоскливые дежурства, отсутствие элементарных удобств и полнейшая бытовая неустроенность. Война становилась будничным и весьма трудоемким делом.

Война исключает все это разом. Война для солдата, как это ни странно звучит - почти свобода, как это может понимать солдат. Мир сужается до огневой позиции или палатки. Это минимум начальства. Это жизнь не по расписанию. Это осознание важности и нужности того, что ты делаешь, а так гораздо легче переносятся трудности.

Глава 21

21

Лента новостей.

Куба поддержала Россию в конфликте с Украиной

Я просто пытаюсь дать понять, что представляла собой наша цель. Для того чтобы вы смогли оценить масштабность стоявшей перед нами задачи. И прониклись, если не восхищением тем, чего мы добились, то хотя бы элементарным уважением к сложности проделанной нами работы.

Я успокаиваю зверя. Потерпи, дружок. Пока не время.

Сомневающийся заставляет командира стать убийцей — от приносящего несчастье надо избавиться, и командир вынужден отделить сомневающегося, послать его на смерть вместо нормального бойца, чтоб подразделение получило с его смерти хоть немного выгоды. Делается это всегда обманом, и от этого командир ненавидит сомневающихся еще сильнее: негодный для войны человек заставляет командира обманывать и убивать своих, что делает войну совсем уж поганым занятием. Вот что самое хреновое на войне. Не страх, не смерть, не ее насмешливая и бессмысленная несправедливость, а именно это.