Хозяйка судьбы (СИ) - "Cheshirra" - Страница 58

— Они просят твоего благословения, — пояснил воин. Инира возвела глаза к небу. Она уже начала к этому привыкать, хоть и не понимала причин такого отношения. За кого они ее принимают?

— Скажи им, что я желаю здоровых детей, — не слишком уверенно попросила она, желая только, чтобы они, наконец, перестали обращать на нее внимание и занялись своими делами.

— Это хорошее пожелание, — улыбнулся Биринши, пояснив радостные улыбки женщин. — Девять из десяти наших детей погибают, не прожив трех зим.

В смятении, Инира поспешно скрылась в шатре, где Апи уже приготовила завтрак. Увидев Иниру, Дастан со счастливым возгласом обхватил ее за пояс.

— Мы думали, ты нас бросила, — пряча глаза, пояснила Алира. Она осталась сидеть у очага, но было видно, что вот-вот готова расплакаться. Инира с чувством вины подумала, что они, наверное, чувствуют себя еще более одиноко, чем она.

— Я не брошу вас, — пообещала она с жаром. — Никогда, слышишь?

— Мы не причиним им вреда, — уловив суть их разговора, добавил Биринши, усаживаясь к очагу. — Дети — священно. Девочка — особенно.

— Почему? — вырвалось у Иниры.

— Она дает жизнь, — пожал он плечами, словно само собой разумеющееся.

Определенная логика в этом была. Этот горный народ оказался совсем не такими дикарями, какими представляли их в Хъердаргене?

Когда все расселись вокруг очага (кроме Дастана, которого увлек процесс разделывания лисы, и Инира отпустила его под присмотром одной из женщин), Биринши что-то сказал Апи и та утянула Алиру за собой на женскую половину.

— Это обязательно? — недовольно уточнила Инира.

— Женщина не должна есть от одного очага с мужчиной. На нем кровь, — в своей привычной непонятной манере объяснил воин.

— Но я тоже женщина, — она недоуменно вскинула брови.

— Ты — хозяйка, хозяйка делает, что пожелает, — словно само собой разумеющееся уточнил он, зачерпывая из чугунка бульон с плавающими в нем кусками темного мяса и травами. Инира последовала его примеру.

— Хозяйка желает увидеть Парящего-над-горами, — когда голод был утолен, она твердо посмотрела на мужчину.

— Как пожелаешь, — он склонил голову, хотя у нее было такое ощущение, что Биринши не слишком рад ее настойчивости. Не понимая, в чем дело, Инира решила быть настороже. Ее уже столько раз предавали, что теперь она не верила никому, включая своего странного спасителя.

Ближе к обеду они двинулись в путь. Иниру облачили в стеганый бурый халат, поверх повсеместной здесь широкой длинной рубахи, а волосы заплели в две косы, уложив их вокруг головы, переплетя разноцветными шнурками.

— Для защиты, — пояснила Апи, с удовольствием перебирая ее рыжие волосы. — Солнце поцеловало вас, хозяйка.

Алира, которая неотрывно крутилась рядом, тоже получила новую прическу и белые пушистые волосы облаком сияли над ее головой. Она была не слишком довольна тем, что Инира не взяла ее с собой и это слегка подпортило настроение — идя вместе с Биринши через поселение, Инира никак не могла избавиться от тревоги за девочку, оставшуюся среди чужих ей людей. Они миновали последний шатер с юга, направляясь в лощину между двумя склонами гор, откуда непрерывно дул ветер, выдувая остатки тумана, но не стали идти дальше, поднимаясь по едва заметной тропке, обнимающей склон. Тот казался пологим, но идти, ступая сначала по скользкой траве, а затем влажной хвое, было тяжело. Если бы Биринши не поддерживал ее, Инира бы уже давно скатилась к подножию.

— Парящий-над-горами живет на вершине? — когда даже сосны начали редеть, а земля уступила место темному камню, задыхаясь, спросила Инира.

— Он не живет, — поправил Биринши, подавая ей руку. Она ухватилась за твердую, большую ладонь, позволяя буквально вытянуть себя на следующую выдолбленную в камне ступень. Ветер, неощутимый внизу, выписывал букву «О» вокруг абсолютно лысой вершины горы. Тысячи жаворонков, следуя за ним, закручивались в воронку над их головами. От их оглушительного клекота звенело в ушах.

— Он наблюдает, — добавил воин. Инира выбралась следом за ним на узкую площадку между двумя каменными зубьями. Ветер, потеряв свою добычу, бесполезно завывал в высоте.

— За чем?

— За землей, — раздалось рядом почти неслышно.

Инира крутанулась на месте, пытаясь понять откуда прозвучал голос. Но узкая тропа уходила вверх, теряясь за поворотом и лысая, обтесанная ветрами, макушка горы находилась прямо над ними, цепляя низкие тучи.

— Хорошего ветра и сильных крыльев, Турдус! — Биринши, склонился в полупоклоне. — Я привел ту, что ты видел!

Голос его унесся в небеса и Инира, начиная понимать смысл прозвища, задрала голову вверх. Над ними, спускаясь плавными спиралями, парил дрозд. О, что это была за птица! Огромная, но неуловимо изящная, черные крылья рассекали облака, как нож — масло. Спустя миг она аккуратно приземлилась перед ними, оказавшись размером с матерого волка — Инира никогда в жизни не видела таких птиц. Дрозды были маленькими, не больше ладони, но этот… Даже земля под их ногами вздрогнула, словно он был непосильной тяжестью для нее.

Едва его цепкие лапы с похожими на кинжалы когтями коснулись камней, как воздух вокруг него подернулся дымкой, а в следующую секунду перед ними уже стоял человек.

Оборотень!

Он был стар: темная кожа на нем висела, словно растянутый бурдюк. Глаза закрывала грязная тканевая повязка со свисающими с нее разноцветными бусинами, а вся одежда походила на случайно сшитые между собой лоскутья ткани и кожи, отчего у Иниры возникли стойкие ассоциации с сорочьим гнездом, в которое тащили все, что показалось ярким. На голове, частично закрывая длинные седые волосы, покоилось чучело черного дрозда. Его пустые глазницы смотрели прямо на нее, вызывая необъяснимую жуть. Словно они и были его глазами…

— Я слышал твой зов, хозяйка земли! — в человеческом обличье голос у старика был скрипучим, словно несмазанный колодезный ворот, тонкие губы почти не шевелились. — Я ждал тебя долго. Очень долго…

Примерно так я представляю себе Парящего-над-Горами

А вот так — Алиру:

и Иниру

Глава 2

Ты — Черный Дрозд, — скорее, чтобы услышать свой голос, произнесла Инира. Птица качнула мертвой головой, бусины ударились друг о друга. Есть ли у него глаза? — Мне сказали о тебе мои друзья… Сказали, ты сможешь помочь…

— Чем? — спустя долгую паузу, наполненную только гулом ветра, обронил Турдус.

Инира в отчаянии посмотрела на Биринши, но тот не поднимал головы, застыв, словно изваяние.

— Я не знаю, — наконец, выдавила она. — Меня преследуют. Хотят моей смерти.

— Если не станет хозяйки земли — не станет ничего, — старик повернулся и пошел вверх по тропе, тяжело переставляя босые ноги. Она последовала за ним, но Биринши остался внизу и Иниру едва не сбросило с горы порывом ветра, когда они вышли на открытое место. Только чудом она успела в последний момент нырнуть следом за Турдусом в узкий темный лаз. Их убежище оказалось совсем небольшим и больше всего напоминало гнездо — множество сухих веток, уложенных по кругу, переплетенных друг с другом. Старик медленно опустился на них, Инира примостилась напротив и поняла, почему Биринши не последовал за ними: для третьего здесь просто не хватило места.

— Рассказывай, дитя, — ласково, словно родной дочери, предложил старик, откидываясь на стену пещеры. Камень едва слышно вздохнул — или это был ветер, свирепствующий снаружи.

Начать рассказ было сложно — потому что как раз начала у этой истории она и не знала. Все обрушилось на нее слишком внезапно, а события развивались столь стремительно, что Инира самой себе напоминала мечущегося по полю зайца. Но едва начав, слова полились из нее сплошным потоком. Она еще никому не открывала всей правды, но этому странному человеку (человеку ли?) рассказала абсолютно все — и о Ле-Ванте, и о странных, мучающих ее снах, о страхах — все.