Цифромагия. Исполнитель (СИ) - "Dark Writer" - Страница 52

Ведьма замолчала, видимо, предлагая Матвею самому догадаться, что она имеет в виду. Но у Климова не было ни одного предположения.

— Хорошо, я намекну: что ты извлек из «Бальстарры»?

— Дыхание Спящего Великана, зелье.

— Именно. Оно обладает сильнейшим усыпляющим воздействием. Великан-оборотень обладает весьма буйным нравом. Здесь он содержится в специальном колодце, прикованный цепями, а над головой у него решетчатая крышка со множеством шипов. Приглашать тех, кому он нужен, сюда я не собираюсь, обмен произойдет вне стен убежища. Следовательно, ликантропа придется усыпить перед тем, как вывезти наружу. Этим-то мы сейчас и займемся. Идем.

Рогатая старушка и гномы остановились у ворот крайнего справа ангара и смотрели на медленно приближающихся ведьму и Матвея. Как только они подошли, химера с тихим рыком попятилась, а хозяйка убежища при помощи заклинания заставила створки открыться. Почти тут же в нос ударил тяжелый запах зверя и нечистот, а из темного нутра донесся яростный рев и звон цепей.

— Таким образом мой питомец приветствует каждого гостя, — ведьма с улыбкой повернулась к Матвею. — В организме великанов вирус ликантропии действует несколько иначе, нежели в человеческом. Люди-оборотни превращаются в зверей, когда наступает полнолуние, а великаны — всякий раз, когда приходят в ярость. Довольно ограниченное пространство колодца, цепи, да и существование в качестве пленника вообще не лучшим образом сказывается на душевном состоянии. Так что за все эти месяцы я лишь дважды видела его в облике великана. И то на очень короткое время.

Оборотень продолжал буйствовать, и меньше всего Матвею хотелось входить в наполненный вонью ангар. Однако деваться было некуда.

Едва ведьма переступила порог, как закрепленные на стенах факелы разогнали тьму. Ангар оказался почти пустым — лишь возле темного провала колодца, закрытого решеткой, высилась груда мяса да стоял столик, на котором Матвей увидел знакомый сосуд с зельем, извлеченным из игрового мира Бальстарры.

Ведьма не стала тянуть, взяла Дыхание Спящего Великана и приблизилась к краю колодца. Ударила ребром ладони по запечатанному горлышку, отчего верхушка отлетела к стене и разбилась. Оборотень ответил на это оглушающим ревом — в замкнутом пространстве ангара звуки казались еще более жуткими.

— Пора спать, мой дорогой, — обратилась ведьма к сидящему в колодце чудовищу, вытянула руку и, наклонив сосуд, стала медленно выливать содержимое.

Зелье было густым и почти черным. Попадая в колодец, оно шипело и наполняло его серым паром, что приводило оборотня в еще большее бешенство. Спустя полминуты сосуд опустел. Ведьма отбросила его и начала произносить заклинания. Голос ее стал сиплым, а слова на незнакомом языке звучали отрывисто и зло.

Матвею все больше становилось не по себе, однако вскоре он обнаружил, что оборотень стал затихать. Пар полностью заполнил обиталище монстра, однако не поднимался выше какой-то невидимой границы.

Неожиданно ведьма прервалась и пошатнулась, однако не успел Климов испугаться, как она взяла себя в руки, продолжила колдовать и не останавливалась, пока не довела дело до конца. Несколько секунд она стояла, опустив голову, чуть покачиваясь и тяжело дыша. Потом выпрямилась и повернулась к Матвею с вымученной улыбкой на бледном и блестящем от пота лице:

— Очень сильный экземпляр попался. Я начинаю опасаться, что продешевила. Как бы там ни было, сейчас он погружен в сон и готов отправиться к новым хозяевам.

Несколько мертвых гномов подошли к колодцу, убрали крышку. Пар стремительно рассеивался и, как казалось Матвею, забирал с собой тяжелый звериный запах. Или у самого Климова попросту притупилось обоняние.

Снизу послышалось лязганье металла, словно ожил состоящий из огромных шестеренок и цепей механизм.

— Сейчас ты увидишь великана-оборотня, — сказала ведьма, все еще выравнивая дыхание. — Спящий, конечно, не столь интересен, но зато на него можно любоваться, не опасаясь быть разорванным на части.

Дно колодца оказалось платформой, которая подняла зверя. Матвей ожидал увидеть гору мышц, заросшую черной шерстью, однако оборотень был худ, хоть и огромен, и лежал на боку в позе эмбриона. Шерсть, рыжая и мокрая, росла пучками, ярко выделяясь на фоне зеленоватой шкуры. Больше всего ее обнаружилось на лобастой голове с уродливой вытянутой мордой. Из открытой клыкастой пасти текла темная слюна. Глаза оставались полуоткрытыми, и Климов видел черные склеры и кромки красных радужек.

Грохот заставил его отвлечься от разглядывания монстра. Повернувшись к выходу, он обнаружил, что гномы закатывают в ангар большую платформу на колесах. Понимая, что она предназначается для оборотня, Матвей отошел к стене, давая низкорослым мертвецам дорогу. Те остановили платформу возле неподвижной туши, обступили великана и стали возиться с цепями, освобождая его.

— Признаюсь, за все время у меня не было более исполнительных помощников, — ведьма приблизилась к Матвею, глядя на гномов. — Они готовы работать круглыми сутками, подпитываясь лишь несложным коктейлем из зелий. Если бы компьютерные игры с полным погружением были изобретены раньше, все мы сейчас жили бы в совершенно ином мире.

Матвей молчал, наблюдая, как гномы не без труда взгромождают обмякшую тушу оборотня на платформу. Наконец им это удалось, и ведьма легонько подтолкнула Климова к выходу.

— Нам сейчас наружу. До прибытия гостей остались считанные минуты. Статус хозяйки оставляет за мной право немного опоздать, но я не хочу злоупотреблять им.

Вновь оказавшись в зале, Матвей отыскал глазами узкую лестницу, что поднималась в подвал заброшенного детдома. Потом обернулся и посмотрел на снабженную колесами платформу с неподвижным оборотнем. Гномы прикладывали немало усилий, чтобы толкать ее, и было совершенно непонятно, как они собираются вытаскивать груз на улицу.

— Не беспокойся, все предусмотрено, — ответила на его мысли ведьма и кивнула рогатой старушке, ожидавшей у входа в ангар.

Та ответила легким поклоном, после чего посеменила к соседнему хранилищу. Скрылась внутри — но почти тут же появилась, и в руках у нее был Форамен Спатиум, многоротая тварь с щупальцами, способная открывать порталы в иные миры, как настоящие, так и виртуальные.

— Сейчас все мы переместимся на площадку перед твоим любимым приютом, — ведьма одарила Матвея улыбкой и протянула ладони к «открывающему пространство», словно хотела взять существо.

Однако она так и не дотронулась до него. Глаза ведьмы сверкнули красным, после чего щупальца «открывающего» затрепетали, словно на сильном ветру. Зубастые пасти раскрылись еще шире, и из них хлынули потоки черного дыма.

«Вот так и создаются порталы», — понял Матвей, глядя, как черные неосязаемые змеи сливаются в непрерывно клубящееся облако.

Обычно оно не превышало пары метров в высоту и ширину, однако на сей раз портал оказался гораздо больше. Климов не нашел в этом ничего удивительного: учитывая, кого предстояло переместить из подземного зала…

«И все же… Насколько это все невероятно», — он обвел взглядом кристаллическое «дерево», огромные клетки, гигантский бассейн, затянутый серым туманом потолок.

Сколько времени, ресурсов и сил понадобилось бы обычным людям, чтобы сотворить хотя бы внешнее подобие созданного ведьмой места? Воображение тут же нарисовало несколько экскаваторов, полтора десятка грузовиков, бульдозеры, бетономешалки… Как ведьма смогла обойтись без этого? Да, она использовала строительные материалы, преобразовывала их при помощи магии. Да, Алена рассказывала, что ведьме помогали твари, похожие на гигантских кротов. Неужели эти создания сумели вырыть такой гигантский котлован? И куда, в таком случае, делась земля? Матвей не видел никаких отвалов рядом с детдомом, а они, судя по всему, должны быть огромными.

— Есть миры, где обычная наша земля ценится дороже золота, — ответила ведьма, продолжая готовить портал. — К тому же, много копать не пришлось. Те создания, о которых тебе рассказывала Алена, лишь разрыхлили грунт. А затем я отправила его порталом очень далеко, благодаря чему получила немало ценных зелий в обмен и необходимое для лаборатории пространство. Что касается непосредственно строительства, тут мне помогали гномы и другие существа.