Следы во времени. Том 1. Становление справедливости (СИ) - Милоста Влад - Страница 38

Усевшись в автомобиль, я первым делом посмотрел на улицу. Всё также нет никаких признаков движения в траве, плавно переходящей в пшеничное поле. Разве растить пшеницу рядом с городом не опасно для экологической чистоты продукции? Ну, думаю, всё нормально, ведь поле не доходит до самого Спрингдейла.

*ЗВУК: МОТОР ЗАВЁЛСЯ*

- Пристегнись.

Я нащупал ремень и соединил крепления. Шли они очень туго, пришлось приложить усилия. Думаю, ещё не всё потеряно. Мы сможем догнать Дженифер на машине многим раньше убийцы. Сейчас бы отвлечься. Я открыл бардачок, чтобы взять жвачку, но не нашёл там ни единого фантика. Только зимние перчатки.

- Я не успел запастись провизией, ты так срочно вызвал. Прости.

- Ничего.

Машина тронулась с места и выехала на мост. Всё это время я не прекращал думать и, в конце концов, надумал. Через зеркало заднего вида я осмотрел пассажирское сиденье. Оно пустует, но там, где должны быть ноги, стоят две канистры красного и синего цветов. Затем я перевёл взгляд на ноги Тёрнерса. Резиновые сапоги старой модели с небольшими дырочками у правого колена.

- Офицер, а откуда вы знаете семью Коллинз?

- Разве я не говорил? Как-то раз навещал их по совету одного друга. Он работает учителем в её классе. С чего бы тебя это волновало?

В моём мозгу родилась новая, совершенно непроверенная теория. Был дома, есть две канистры, допустим, с водой, одет в резиновые сапоги, на другой машине… В самом первом варианте событий Тёрнерс принёс с собой описание преступления, однако у него и в мыслях не было искать преступника, только козла отпущения. Офицер Тёрнерс искал человека, на которого можно переложить ответственность.

*ЗВУК: МОТОР ЗАГЛОХ*

- Знаешь, эта машина простояла в гараже одиннадцать лет. Мотор заглох. Я выйду, проверю.

Офицер достал носовой платок и принялся вытирать руль с коробкой передач. Затем он взял зимние перчатки из бардачка и одел их. Не стану врать, мне страшно, но виду я не подаю.

- Джейкоб, ты обещал всё объяснить. У тебя осталось мало времени.

- Это почему же?

- Потому что после смерти сделать ты этого не сможешь. Ну, я должен успеть на свидание.

- СТОЙ, сукин сын, ты так легко не…

- Уйду? Я и не собираюсь.

*ХЛОП*

Тёрнерс вышел из машины и захлопнул дверь. Он вытащил с заднего сиденья две канистры и поставил их недалеко от машины. Я начал было вырываться из автомобиля, но почему-то ремень не расстёгивался. Он проржавел?

- Спасибо за игру, Джейкоб. Не знаю, как ты сумел вмешаться, но когда я увидел вас под мостом 21 апреля, то понял, что мы хорошо поладим.

С этими словами Тёрнерс улыбнулся и налёг на машину. Та покатилась вниз по склону, а я только и мог, что смотреть на приближающуюся реку. Помнится, один раз я избежал попадания школьного автобуса в реку. Не думаю, что мне дважды так повезёт. Наконец-то я оказался прав, но это совсем не то, чего я хотел.

*ПЛЮХ*

Холодная вода начала просачиваться в салон…

____________

Судьба сокрушает нас двояким образом: отказывая нам в наших желаниях и исполняя их.

Анри-Фредерик Амьель

Глава 10. Кайл Ридли

14 января 2013 года, 6:15 утра, город Хантсвилл, дом семьи Стюарт, комната Джейкоба.

- Братишка, братишка, вставай. Сегодня твой день рождения. Ну же вставай.

Я лишь поморщился и сильнее укутался в одеяло, когда Миа заскочила на огонёк. За окном ещё темно, а в школу мне идти совсем не хочется. Можно пропустить пару уроков и выспаться, в конце концов. Миа, почему ты так жестока? Дай брату погрузиться в сон.

*ЗВУК: РАСПАХНУЛА ОКНО*

- Братик, вставай. Иначе ты сильно замёрзнешь.

- Не замёрзну.

- А вот и замёрзнешь!

Миа стянула с меня одеяло с такой силой, что я еле удержался на кровати. Никогда бы не подумал, что она настолько подкована в пытках. Морозный ветер с улицы пробивается в комнату, наполняя её свежестью и спокойствием зимы.

25 апреля 2013 года, 11:47 вечера, мост на Хантсвилл.

*БУЛЬ БУЛЬ БУЛЬ*

Сейчас, когда промёрзшая после дождя вода просачивается в салон, я вспоминаю такие глупости о своей сестрёнке-Дьяволе. Как бы это ни звучало, но она всё же почему-то приходит мне в голову в такой момент. Это лицемерие или привязанность? Нет, скорее план самобичевания.

Вода всё прибывает в салон. Ноги начало сводить, но ремень всё ещё не поддаётся. Поиск острых предметов тоже не дал результатов, как и стоило ожидать. Выбивать стекло смысла нет, так как это только ускорит приток жидкости. Жидкости… Знаете, химия – забавная наука. Она позволяет нам узнать о тончайших неосязаемых материях и их поведении вкупе с другими веществами. Думаю, мало кто знает, но почти все мы носим с собой бомбы.

Оксид лития, присутствующий в аккумуляторе каждого телефона, в присутствии влаги реагирует с выделением тепла, превращаясь в гидроксид. Таким образом, проткнув аккумулятор своего смартфона, я смогу создать жар и расплавить ремень.

Вот только проткнуть его тоже чем-то надо. Кроме того, этот телефон не должен разряжаться по возможности. Он выполняет важную функцию, не давая завершиться одному процессу. Что ж, я готов пойти на такие жертвы, ведь у меня есть запасной сервер дома, который работает всегда.

- Зараза!

Смартфон-то я сумел достать. Теперь мои пальцы лихорадочно разбирают его, стараясь сделать всё как можно аккуратнее и не повредить карту памяти. Становится всё холоднее. Уровень воды уже поднялся до моего пояса, а скорость притока всё увеличивается.

- Есть!

Достав аккумулятор, я чуть ли не взвизгнул от радости, однако мне нужно придумать способ пробить оболочку. Острого нет, тупого тоже. Я попытался сломать деталь, но мне не хватило сил даже погнуть её. Конечно, навряд ли, но попытаться стоит.

Забросив край батареи в рот, я с неимоверной силой стиснул зубы. Мой стоматолог меня убьёт. Ну, лучше пусть он, чем ублюдок Тёрнерс. Омываемый радиус… Хах, он сыграл злую шутку. Тёрнерс никогда и не вёз Дженифер домой. Он заставил её помыться прямо на месте преступления, и таким образом у него хватило времени добраться до пустыря. Думаю, в этот раз всё может измениться. Скорее всего старую обувь он спрятал, а сапоги Тёрнерс одел под мостом, не оставив таким образом мокрых следов, однако теперь на них остаётся почва с реки. Он собирается убить Дженифер здесь!

*ПШШШШШШШ*

Мой рот наполнился дымом и гарью, когда из батареи вырвался столп тепла. Слава великой химии! Ужасная боль пронзила щёку, но я стерпел. Мигом аккумулятор оказался прижат вплотную к ремню. Дырочка получилась маленькой, так что плавление идёт медленно, да и литий скоро весь прореагирует. Чтобы ускорить дело, я выдохнул на батарею. В любом дыхании содержится пар, пар – влага, а влага, в данном случае, становится огнём.

*ПШШШШШШШШШШШШШШШ*

Ремень начал обрываться. Чтобы ускорить процесс, я начал тянуть его изо всех сил. Нагретые синтетические волокна растягивались, как пластилин. Ещё пара мгновений и от крепления оторвётся трос… Как я и предсказывал, пластик окончательно порвался. Освободившись, я первым делом взглянул на мост. Тёрнерс уже ушёл, предоставив меня самому себе. А ведь зря… На лицо наплыла ухмылка. С таким выражением я выбил лобовое стекло локтем. Поток воды прижал меня к креслу, но, когда вся машина полностью утонула, я сумел выбраться и всплыл на поверхности реки, потревожив невозмутимую воду.

Сейчас всё запредельно просто – Дженифер так или иначе сейчас у Тёрнерса. Он рискует, идя на это, ведь здесь довольно открытое пространство. Но, поскольку дорога идёт на изолированный Хантсвилл, вероятность обнаружения после одиннадцати вечера вдали от моста стремится к нулю.

Выбравшись, я отряхнулся, как собака, и сбросил ветровку, пропитанную водой, чтобы сделаться легче для бега. Выплёвывая лёгкие, я понёсся к тому месту, где мы нашли чёрный пакет с полотенцем и мылом.

И снова острая трава резала мне руки, а мыши разбегались под ногами. Под защитой в конец опустившейся тьмы я бежал, раздумывая о ночи 21 апреля. Тёрнерс увидел нас тогда вместе под мостом, следовательно, мой гнев, направленный на городскую санитарную службу за большое количество крыс, был неуместен. Если бы я только встал тогда и проверил… Но нет же, гордыня и самоуверенность? Думаю, это больше похоже на глупость. Предположить, что за нами наблюдают, я не мог.