Колдун: Сверхновая (СИ) - Иванов Иван - Страница 17

— Мне нужна помощь, помнишь ты когда-то мне давала такие интересные травки, стимуляторы, и учила их использовать — мне они сейчас нужны, никуда без них, уж извини. — Игнорирую её слова я.

— Эльфа? — Говорит она как-то грустно и обречённо.

— Эльфа. — Подтверждаю я.

Начинаю заваливаться, на сегодня силы кончились, но орчиха как молния оказывается рядом, кажется я даже замечаю её красные глаза — она вошла в состояние берсерка, чтобы успеть подхватить моё тщедушное тельце. Меня начинает бить дрожь, а потом всё тело сводит судорогой, и я чуть не откусываю себе язык, последнее что слышу, крик зеленокожей бабушки:

— Светка, быстрее сюда, мальцу плохо совсем, где ты там!

Глава 7

Очнулся утром, солнце слепило глаза, и я повернулся на бок что бы прикрыться одеялом и продолжать спать дальше. Тут же нахлынули воспоминания, и пришлось широко открыть глаза. Тело ныло, но боли уже не было, обнаружил на себе чистую одежду, и стал подниматься. Получилось легче чем вчера после ритуала.

На кухне никого нет, только пирожки стоят на столе, да графин с водой — чем я и воспользовался, схватив сразу два и жадно надкусывая. Один оказался с повидлом, а другой с мясом, но мне было всё равно — есть хотелось неимоверно, вчерашнее заклинание высосало из меня столько что боюсь теперь как бы не неделю пришлось отъедаться.

— Доброе утро. — Вошла с улицы бабушка орчиха.

Одета она была как обычно — камуфляж зелёного цвета, ещё старого образца, Союзного, всё без знаков различия, на ногах берцы. Смотрела на меня серьёзно, и я начал:

— В общем…

— Подожди, остальные сейчас придут — и расскажешь. — Перебила она меня, и села за стол, всё так же внимательно осматривая мою тушку.

Через ещё минут пять вошла бабушка гнома и дед, пожали со стариком друг другу руки, а бабушка поцеловала в щёку, немного приобняв и пробормотав — «Как же так получилось…».

— В общем… — Снова начал я, и рассказал всё, даже то, что они знали повторил. Как познакомился с эльфийкой, как потом она позвонила мне, чем всё закончилось после нашего отъезда, о том, что узнал из базы данных МВД про её семью и некую Галину. А потом самое сложное и неприятное — как я провёл ритуал поиска.

— Раз ты ей положил колдовской амулет до всей этой истории с больничкой, значит вопреки моим советам всё равно пользуешься магией инферно. — Грустно проговорила бабушка орчиха, уловив самое важное для себя. — Радует, что ещё не сдался тварям.

— Мне нужны стимуляторы. — Говорю самое главное.

— Собрался проникнуть туда, где её держат? — Вопросительно поднимает бровь дед: — А ты уверен, что она там не добровольно, ну и вообще — зачем тебе это, ты определился?

— Поддерживаю. — Говорит орчиха.

— И я, внук, хочу, чтобы ты подумал хорошенько. — Говорит тихо гнома.

— Я… — Начинаю, и осекаюсь.

А действительно, зачем мне это надо, тем более если я даже не знаю — кто она мне, эта эльфийка. Мы виделись пару раз, я ей помогал, но сейчас гораздо больше стоит на кону — если я проникну туда, и выкраду её, да ещё меня в итоге опознают, то с милицией я попрощаюсь точно, если не со свободной. И это в лучшем случае — ведь её скорее всего по всем законам туда упекли, так что мне может не повезти, и тогда конец всему. А если она там добровольно, и как только меня увидит — закричит, позовёт охрану, и что тогда делать, как выкручиваться, с чего я решил, что её надо спасать?

А если её там держат насильно, даже если и так — какое мне дело, я же помог ей, в конце концов, а то что она не смогла удержать ситуацию внутри своей семьи под контролем, так что мне с того, тем более никакой прибыли я с этого «спасения» не получу.

«А что, если после всего что я сделаю, она не ответит мне взаимностью?». — Закралась гаденькая такая мысль, очень нехарактерная для меня.

Какая разница, что она ответит или нет, я делаю то, что делаю, иначе я не был бы собой. Или, когда я помогал той полуэльфийке с вооруженным мужиком, я тоже думал о взаимности? Может быть, когда просил Андриэля отмазать огра от ответственности — опять думал о вознаграждении? Нет.

Сижу, молчу, все смотрят на меня, но я и они знают — решение давно принято, ещё тогда, когда я проводил этот долбанный ритуал, да даже раньше, когда пригласил её к нам домой.

— Потому что я должен. — Отвечаю просто я, и на душе становится легко, цели и задачи определены, во всяком случае на ближайшее время.

Они молчат и всё так же смотрят на меня внимательно, а я перевожу взгляд с одного на другого, и думаю — как же мне повезло что гены именно этих разумных смешались во мне, да, получился такой неказистый «я», но воспитание и их кровь, делают меня таким какой я есть, и мне не надо долго сомневаться или думать о том — помогать кому то или нет, я просто знаю что должен, меня так воспитали, это в моей крови, вот и всё.

— Пошли, Нин, будем готовить зелье парню, а ты дед забери его пока в свою мастерскую, покопайтесь там в ваших железках. — Говорит бабушка гнома обречённо.

Прежде чем выйти, спрашиваю у всех троих:

— Почему вы помогаете, вам же это не нравится?

— Если мы не поможем — то, кто? — Отвечает за всех орчиха: — Да и дров ты скорее всего наломаешь, без нашего то присмотра, всё равно же пойдешь спасть свою эльфу.

Все молчат, подтверждая слова зеленокожей бабушки.

«Какое единодушие, впервые такое вижу у них.» — Думаю про себя, а в слух говорю:

— Спасибо.

— Идите уже с дедом, чего расселись, у нас тут дела сейчас. — Ворчит гномка и мы встаём со стульев, направляясь на выход.

Одеваю в комнате спортивные штаны, и накидываю фуфайку с вешалки, на ногах галоши, иду за гномом к его мастерской за домом.

— Ох внук, выглядишь ты, конечно, не очень, думаю бабки сварят отвара что надо, но будет тебе тяжко. — Говорит дед, открывая дверь своего сарайчика: — Но и мои железки тоже не помешают.

Включает лампу посреди всего своего добра, и сам встаёт на колени у дальней стены и начинает там копаться, а я тем временем замечаю в противоположном углу странную конструкцию, подхожу ближе и понимаю что это деформированное тело голема, сейчас без конечностей, только голова похожая на ржавое ведро, в которой два окуляра видеокамер и прорезь для динамика.

— Приветствую! — Громко и хрипло раздаётся из ведра.

— Ой! — Я отскакиваю от неожиданности, и больно ударяясь головой об какую-то висящую железяку, падаю на пятую точку, спрашиваю ошалело: — Ты ещё ЧТО такое?!

— ПИМИ! — Отвечает хрипло динамик. — Меня зовут ПИМИ!

— Какой такой ПИМИ? — Недоверчиво спрашиваю.

— Псевдо-Искусственный-Магический-Интеллект. — Говорит этот голем, теперь я точно уверен в том, что вижу, ведь через щели между ведром и корпусом, я вижу зеленоватый свет, значит дед всё-таки дорастил свой кристалл.

— Дед, а ты в курсе что в Российской Федерации запрещён искусственный интеллект, и тебе могут лет пятнадцать за это дать? — Спрашиваю недоверчиво, сам продолжаю смотреть на машину.

— Да что ты пристал — запрещено, запрещено, а-а-ах. — Говорит дед, что то, тяжело вытаскивая из-под пола, и добавляет: — Это не искусственный интеллект.

— И что же это? — Спрашиваю я.

— Псевдо-Искусственный-Магический-Интеллект! — Отвечает за деда машина, и добавляет, кажется даже обиженно: — Я же уже говорил.

— И в чём разница, мать вашу?! — Злюсь я на обоих.

— Ты мать мою не упоминай, она бабка тебе тоже, и сам знаешь, что бой баба была. — Прилетает мне подзатыльник. — А разница есть.

— И какая? — Потирая затылок, снова спрашиваю я деда.

— Так в названии. — Говорит он просто.

— Ну и зачем он тебе? — Тяжело вздыхаю и встаю, осматривая остальное помещение.

— Так по хозяйству помогать, курочек там покормить, за свинюшкой убрать, уточек на пруд отвести. — Бурчит дед, копаясь с каким-то замком у вытащенного из-под пола исполинского ящика.

Я же обращаю внимание на манипулятор, который висит на стене, и явно совместим с туловищем голема — судя по креплениям, опять недоверчиво спрашиваю: