Колдун: Сверхновая (СИ) - Иванов Иван - Страница 50

— Тебя уже читали? — Спрашиваю я, нервно сглатывая.

— Было один раз… — Отвечает он. — Дело Гневова, может помнишь, который детей резал. Брали показания и искали кто его убил при задержании.

— Хорошо, это пойдёт. — Отвечаю ему и смотрю на реакцию.

— Тогда начинай, чего сидишь ждёшь. — Говорит эльф обречённо и опускает голову, подставляя мне свою шею.

Кладу ему ладонь на затылок. Какой же бред — мы недавно вместе сражались, а теперь вот это всё. Чёрт, что вообще происходит, это же просто немыслимо. В Америке и Европе давно под запретом подобные действия над разумными, а у нас в государственных учреждениях считается нормой. Шея эльфа холодная от пота, его трясёт, и он нервничает. Один раз он уже проходил через это, и сейчас знает, что его ждёт. И знает, что я увижу всю его жизнь и мысли. После этого мы уже никогда не сможем стать друзьями.

— Что ты медлишь, давай начинай, сука! — Сквозь зубы говорит он, а мне кажется, что он плачет.

— Нет. — После паузы, говорю я, убирая руку и пистолет: — Я тебе верю.

— Ур-р-род! — Бросает он мне гневно, бьёт обеими руками по рулю, и выходит из машины. — Какой же ты мудак, Горкин, ненавижу тебя!

Сижу, опустив голову вниз, и думаю о том, что только что чуть не совершил очень большую ошибку в своей жизни. От себя тошнит и противно. Значит он не с Галиной, и я ему верю. Выхожу из машины, и говорю:

— Андриэль, прости.

— Пошёл ты к чёрту, грёбаный урод! — Говорит он, пиная в меня грязный снег с дороги.

— Да пойми ты… — Пытаюсь я ему хоть что-то объяснить.

— Что понять, Горкин, что ты меня чуть не убил, потому что твой демон тебе сказала, что ТАК НАДО?! — Кричит он. — Ты себя то слышишь, урод?!

— Если хочешь — застрели меня прямо сейчас, я виноват и признаю это. — Говорю ему.

Эльф останавливается и смотрит на меня, я кидаю ему пистолет, он его ловит и осматривает. Мне кажется, что сейчас возьмёт и выстрелит, но этого не происходит. Он быстро подходит ко мне, суёт пистолет в мою кобуру, и когда я смотрю вниз, бьёт меня по лицу. Падаю в грязный снег на обочине, пытаюсь отряхнуть голову, но тут прилетает под рёбра.

— Урод! — Кричит эльф: — Тварь, скотина!

Садится на меня сверху, и бьёт ещё несколько раз по лицу. Потом встаёт и возвращается к машине. Выдёргивает из неё демонессу и бросает на снег. Отбирает у девушки свой нож и пистолет, возвращается ко мне. Я уже сижу, держа руку с чистым снегом у подбитого глаза и носа. Во всяком случае мне кажется, что он чистый, взял его с сугроба до которого смог дотянуться.

— Сильно приложил, да? — Спрашивает эльф, подойдя, похоже он уже немного остыл.

— Дфа нефт. — Шепелявлю я, убирая руки от лица и криво улыбаясь разбитыми губами: — Зафивёт дфо сфвадьбы.

— Ёмоё, нос сломал, блин, прекрати улыбаться — жуткая харя какая, всё в крови, и зуб похоже выбил! — Говорит эльф, оглядывая дело своих рук, или лучше сказать кулаков: — Сейчас, подожди!

— Нфе фыбил! — Пытаюсь кричать ему вслед и встать: — Чфуть-чфуть шсатаеца!

Андриэль роется в багажнике, потом возвращается, и прикладывает амулет-аптечку мне к виску. Я чувствую сначала холод, потом тепло, и наконец укол целительной магии жизни, которая начинает постепенно заживлять раны.

— У-у-у… — Мычу я.

— Да не мычи ты, сейчас, потерпи. — Говорит эльф: — Не маленький уже, хотя росту то в тебе не много.

— Пофол тфы. — Говорю ему улыбаясь.

Он тем временем берёт мой нос, и резко вправляет. Я вскрикиваю. Когда замолкаю, осматривает моё лицо с видом практикующего целителя, пишущего диссертацию по проблемам срастания костей и заживления ран.

— Не знаю, мне кажется даже лучше, чем раньше. Он, по-моему, у тебя всегда немного кривым был. — Задумчиво говорит эльф. — А сейчас я его тебе вправил как надо.

— Да ладно… — Говорю я уже нормально, чувствуя, что передние зубы больше не шатаются, и отмахиваюсь.

— Горкин, это был последний такой раз, если повторится — я тебе руки не подам. — Теперь уже серьёзно говорит оперативник: — Ты понял?

— Прости, друг. — Говорю ему я, обнимая и хлопая по спине. — Прости пожалуйста, больше никогда.

И понимаю, что друзей у меня в сущности и не было, были бабушки и дед, а друзей — нет. И вот, казалось бы, появился один, а я сразу в нём сомневаюсь, записываю во враги. Что же я за разумный такой. Дерьмо, а не разумный. К нам подходит Яная, глаза опущены, и я чувствую отголоски бесконечной тоски.

— Простите, но я правда чувствовала и чувствую что-то рядом с нами. — Шепчет она: — Стас, можешь сделать со мной что хочешь за это, можешь отправить обратно, я не против, я виновата.

Я копаюсь в кармане, и наконец найдя то, что нужно, достаю небольшую тонкую ленту из податливого материала. Чувствую и вижу, как девушка сжимается, внутренне и снаружи. Ей страшно, она сглатывает. Но через секунду подходит ближе, выпрямляется и подставляет свою шею.

Я мну в руках ошейник, который когда-то снял с неё, а потом резко его рву на несколько частей, и выбрасываю в снег. Поднимаю голову девушки за подбородок, смотрю в красные глаза и говорю:

— Очень много «прости» для одного дня, не находишь?

Она кивает.

— Прекращай, все ошибаются, я вот сегодня тоже чуть не ошибся. — Говорю ей грустно и киваю на эльфа: — И второй раз тоже не хочу ошибаться, понимаешь меня?

— Я тебя не предам. — Твёрдо говорит она.

— Мне этого достаточно. — Отвечаю ей, и погладив по щеке иду в машину.

За мной садится на место водителя эльф, а сзади снова пристраивается демонесса. Машина заводится, и мы едем по ночной трассе. Через несколько минут съезжаем с кольцевой и по бокам от нас вырастает высокий лес, отделенный от дороги неглубокой канавой.

— Проверь одежду Кристиниэль, может жучок какой-то? — Говорю демонессе.

Она с энтузиазмом принимается шарить руками по эльфийке, так проходит несколько минут. Эльф включает радио, но на всех волнах идут одни помехи, он цыкает и переключает магнитолу на кассетный режим, и из неё начинает литься музыка:

Останься со мною ещё несколько минут

Я знаю, под утро часы бешено бегут.

Посмотри в глаза, я хочу сказать

Я забуду тебя, я не буду рыдать…

— Ничего. — Говорит Яная, убавляя громкость телекинезом.

— Может в багажнике демон сидит? — Говорю я эльфу задумчиво.

— В заднице у тебя демон сидит, Стас. — Говорит он, вздыхая и делая музыку снова погромче.

Мой мальчик, твой голос звучит у меня внутри.

Последний день летний стоит молча у двери.

Посмотри в глаза, я хочу сказать —

Я забуду тебя, я не буду рыдать.

(Наталья Ветлицкая — Посмотри в глаза)

Беру из бардачка пустой футляр от кассеты, смотрю на обложку — красивая эльфийка, возраст не больше двадцати. Всю эстраду эти ушастые заполонили, ещё люди иногда что-то там пытаются, поют. Но этих всё равно больше. Правда голос у неё ничего, не стандартный для эльфов.

— У нас хвост. — Говорит спокойно суккуба, сидя со скрещенными руками, и снова убавляя громкость.

Выглядываю из-за окна, присвистываю — демон-дракон, размером с пассажирский самолёт. Пока ещё далеко, но уже совсем скоро, через минуту-две будет над нами.

— Прибавь ходу! — Кричу я эльфу, продолжая смотреть на небо, где к нам приближается огромная тварь со светящимися синим светом глазами.

Машина ускоряется, но этого явно недостаточно. Мы едем, а демон летит, рано или поздно он нас догонит. Демонесса прилипла к заднему стеклу, тоже рассматривая тварь. Судорожно соображаю, потом возвращаюсь в машину, закрываю стекло, и спрашиваю девушку:

— Слушай, ты же вроде один раз смогла удержать такой удар, а сейчас как с этим?

— На два раза меня хватит. — Пожимает она плечами: — Но вряд ли он ограничится двумя попытками.

И тут сзади происходит взрыв, заднюю часть машины подбрасывает. Демонесса и я бьёмся разными частями тела, но эльф удерживает автомобиль на дороге, и выводит его из заноса. Дорога позади нас вспучилась, и образовала неровный холмик из кусков земли и асфальта. Вот тебе и первый «выстрел» от нашего противника.