Шерхан (СИ) - Кострова Валентина - Страница 17

Я копила деньги, чтобы купить квартиру. Конечно, могла попросить у папочки, но стоило только представить, с какой миной он будет мне высказывать, что думает о моей самостоятельности, о моей бестолковости, как минутный порыв сходит на нет. Лучше влезу в ипотеку, лучше буду брать больше заказов, чем выслушивать от Виктора Владимировича все, что он думает обо мне, о несовершенстве моей жизни.

Распечатываю фотографии комплекса среднего формата, записываю данные на диск, флэшку, еще создаю черновик с файлом на электронной почте. Беру телефон и собираюсь позвонить Ярославу, но волнуюсь, как девчонка, которая собирается позвонить понравившемуся парню и пригласить его прогуляться. Какие глупости лезут в мою голову.

Откладываю телефон в сторону, встаю из-за стола и потягиваюсь. Замираю возле окна. Вспоминаю его зеленые глаза. Наша первая встреча совсем нелогичная, совсем не располагающая на дальнейшее знакомство. Второй раз, увидев его, я должна была тут же развернуться и уехать, но только из меркантильных соображений пересилила себя и осталась. Он оказался не таким уж и плохим. Возможно, при первом знакомстве все было против нас: мое плохое настроение, рассеянное внимание, злость, его наглость, уверенность в своей безнаказанности. Бог любит троицу, и на юбилее милой женщины я вновь его увидела. К тому же, Ярослав оказался очень близким знакомым Веры Ивановны. На празднике он был совершенно другим человеком, словно того, с кем встречалась ранее, просто выдумала. И когда Ярослав меня увидел, узнал, а потом предложил поговорить наедине о личном, я сама от себя не ожидала, что соглашусь. Тем более буду с ним целоваться. Мысли о поцелуе заставляют меня смутиться, отвернуться от окна, будто кто-то мог увидеть мой румянец.

Телефон заставляет подпрыгнуть на месте, так как мелодия на звонке раздается слишком неожиданно. Подбегаю к столу и некоторое время недоуменно смотрю на дисплей. Номер не знаком, но почему-то, я почти не сомневаюсь в том, кого сейчас услышу на другом конце звонка.

— Алло!

— Валерия?

— Не Пушкин точно.

— Никогда не любил его, вы мне более приятны, чем размышления какого-то Сани о какой-то Татьяне.

— Вообще-то, о Тане размышлял Женя.

— Но писал о них Саня, еще, вроде, там была Оля, но не уверен, что она там была и не так уж важна. Еще кажется был Ленский… — в трубке возникла пауза, а я еле сдерживалась от того, чтобы не растянуть губы в широкую улыбку. Уж больно он юмористически вспоминал «Онегина» у Пушкина. — Ладно, я не помню его имени, о покойниках либо хорошо, либо ничего.

— Он разве умер? — улыбка ползет по губам, а сердце предательски дрожит и волнуется. Сажусь на стул, подогнув под себя одну ногу.

— Ну, почти два века назад, точно, умер.

— Мы о Ленском говорим?

— Я вообще-то о Пушкине! — и смеется, заразительно так, что мурашки бегут вдоль позвоночника, в груди какое-то тепло разливается. Отсмеявшись, он делает паузу.

— Не будем о нем, о них, я тут внезапно понял, что у меня бесстыдно пропадает свободное время, не знаю, как его толково с пользой израсходовать! Еду такой, в голове пустота, тараканы мои куда-то разбежались по углам и молчат, падлы! Но есть среди них один отважный. Вылез, усиками пошевелил и бормочет мне такой: «Братишка, там мелькала девушка симпатичная, а не пригласить ли тебе ее на прогулку!» Я на него выразительно смотрю, я и прогулка — вещи несовместимые, но черт, мне действительно захотелось, наверное в первые в жизни, прогуляться просто так в милой компании!

— Я так понимаю, что покупку «Машеньки» ты отложил до других времен, ибо сейчас от души благодарен отважному таракану, которые не сидел на своей полочке!

— Точно, детка! Ты прям читаешь мои мысли на расстоянии! Я знаю один обалденный ресторан с хорошей кухней, главное, что народу совсем мало. Туристы туда просто не доходят!

— Ты меня приглашаешь на свидание?

— У тебя способности читать мысли другого человека? Всегда нравились люди со скрытыми талантами! А учитывая, какие у тебя выразительные глаза, точно в роду были ведьмы! Я даже морально готов сегодня из твоих рук выпить какое-нибудь зелье, только, чур, козликом не делай, как и ослом, и петухом!

— То есть, животным ты не готов быть? — боже, я поддерживаю этот дурацкий разговор, который мне почему-то нравится своей простотой.

— Если только тигром, чтобы соответствовать своей фамилии!

— А ведешь себя, как наглый кот!

— Без наглости в этой жизни не пробиться, Валерия, обойдёмся без отчества! Так что ты решила по поводу прогулки и совместной трапезы в кафе? Обещаю руки держать при себе, если ты боишься быть соблазненной!

— Это будет деловая встреча, я отдам фотографии! Где мы встретимся?

— Оставь подарок папы в гараже и выгляни в окошко, детка! — заразительно рассмеялся и отключился, а я, как дурочка, вскочила на ноги и подбежала к окну. Со второго этажа мне прекрасно было видно, как к кованым воротам подъехал черный джип. Тот самый джип, под колеса которого я залетела.

Никогда в жизни я не собиралась так быстро. Никогда я не примеряла за минуту три наряда одновременно, соображая в чем будет уместно, а в чем нет идти мне к Ярославу. Хотелось выглядеть как девочка, но в тоже время, не хотела давать повода думать, что старалась ради него. А я старалась!

В итоге, выбрала платье в пол с открытыми плечами, подкрасила ресницы, блеск на губы, заплела волосы в обычную косу, перевязав ее ленточкой. Я готова. Схватив сумочку и конверт с фотографиями, бегом понеслась вниз, на выходе напугав Дину Петровну своим забегом на короткие дистанции. Взявшись за ручку двери, сделала глубокий вдох, потом выдох и не спеша вышла на улицу.

— Очаровательна! — Ярослав вышел из машины, как только я подошла к воротам. Сделала вид, что не заметила совпадение в цветовой гамме нашей одежды: на мне было платье светло-голубого цвета, на нем такого же оттенка рубашка и светлые брюки.

— Это для тебя! — с заднего ряда сиденья вытаскивает коробку с цветочной композицией. Судя по тому, как все было продумано, подобрано, цветы покупал не на скорую руку.

— Это мне? — делаю удивленный вид, он улыбается, его улыбка моментально превращает меня в подобие желе, я не таю, но уже не так тверда… Моргаю, приказываю себе собраться, не терять голову от этого красавчика, но моя внутренняя сущность подперла ручкой щечку и мечтательно уставилась на Ярослава.

— Валерия Викторовна, цветы может в дом отнести, не будете же вы с ними гулять? — Дина Петровна оказывается все это время стояла на улице.

— Да, конечно, — отдать коробку, отличный повод отвернуться и успокоиться, и перестать сходить с ума. Со мною никогда такого не было, чтобы я млела от какой-то симпатичной мордашки. Даже будучи подростком, когда мои подруги сходили с ума по ДиКаприо, по Рики Мартину, все эти визги-вопли прошли мимо меня. Я и в одноклассников не влюблялась. Встречалась в старших глазах с мальчиками, потому что все встречались, а дома сидеть было скучно. Ну чего таить, я и переспала с парнем, который просто нравился, но не более того. «Любовь зла, полюбишь и козла…» — именно эту пословицу я часто вспоминала, когда жила в столице. И любовь эта была со вкусом перца, жгла меня изнутри.

— Лера! — голос Ярослава бархатом окутал меня, повернулась к нему и улыбнулась. Он улыбнулся в ответ, но внимательно оглядел меня с ног до головы, поджал губы и прищурился недовольно.

— Первым делом самолеты, ну а девушки — потом! — протягиваю мужчине конверт, он берет его и не открывает, а обходит машину, распахивает для меня дверь своего автомобиля.

Иду, киваю в знак благодарности и сажусь, Ярослав неторопливо идет на свое место. Заводит автомобиль и в молчании трогает его с места. Я не задаю вопросов, куда мы едем, зачем мы едем, просто наслаждаюсь поездкой, тихой музыкой из магнитолы, вдыхая терпкий запах муската и кофе. Чисто мужской запах. И так ему подходит.

Украдкой его рассматриваю. Красивый, таких производят с большой любовью, наверное, его родители очень любили друг друга, раз произвели на свет такую красоту! Жаль, что умерли рано, раз он оказался в детдоме.