У войны есть имя (СИ) - Верницкий Владислав - Страница 3

В этот момент в сознание пришёл Пётр. Керсан помог другу присесть на траву, указал в сторону пастуха и объяснил, что этот человек сможет обрисовать примерную картину местности. Немного отдохнув, ребята дошли до пасущихся овец и стали наблюдать за ними. Подойдя к пастуху ближе, Керсан отбил поклон в пояс. Пётр просто сделал кивок.

— Здравствуй, хозяин овец! Мы странствуем по всему миру и изучаем быт разных людей! К нам часто обращаются за помощью бедняки! Мы им помогаем, чем только можно! Нас называют братьями Бенетьех!

— Здравствуйте, «добрые люди»! Я Пьер Марин! Двадцать минут назад ваши последователи проходили здесь! Это были братья Отье! Куда путь держите, «добрые люди»? Какое благо принесли в наши земли? — поинтересовался пастух.

— Мы прошли по горам не один десяток километров. Нам очень хотелось бы преломить краюху хлеба с голода и помолиться о здравии добрых людей. Заодно осмотреться немного. — полуправдой ответил Керсан.

— Понимаю! В четырёх километрах отсюда расположен посёлок Монтельвью! Сельчане очень милостивы к «добрым людям»! Да благословит вас Господь! Пусть ваши дети не станут врагами друг другу и жёны ваши могли любить вас так же, как матери!

— Здоровья тебе, овец больше пригнать в следующий сезон и долголетия! Спасибо, что не отказал в помощи! Бог в помощь! — попрощался за нас обоих Пётр. — Гремел гром. Скоро пойдёт дождь. Поспешите найти крышу над головой.

— Mersi.

Странники откланялись и пошли по указанному маршруту. Уходя всё дальше в горы, желудки начали предательски ныть. Зорген уже соскучился по дому и ванной комнате. Когда-то, не так давно, Керсан ложился в ванну, наполненную горячей водой, заливал в неё пену и наслаждался покоем. Где-то в зале громко играла музыка. Керсан Зорген подпевал давно заученные слова знакомых песен. Сейчас всё это просто невозможно.

Мысли и образы о прошлом унеслись вспять.

Перед глазами появился посёлок — небольшие каменные домики с вырезом для окон и дверей. Чем-то они напоминают дома современного Ирана, только здесь крыши домов с небольшим покатом. Люди разодеты в просторные шаровары и пышные платья, а шляпы с перьями казались больше причёсок на головах сельчан. Ноги мужчин прикрывали раздутые галифе белых и коричневых тканей и длинные остроносые сапоги на высоких платформах. Но через две минуты пребывания в самом посёлке глаза привыкли к новизне. Всё стало обычным. В какой бы двор путники не вошли — бродили толстые курицы и ободранные после очередной борьбы собаки.

Голод позвал ещё сильнее. Керсан посмотрел в оконный проём первого попавшегося домика, из которого веяло пряным запахом жареного хлеба. В "окне" мельтешила приятной внешности черноволосая особа, с длиной и толстой по талию косой. На её тоненькой шее блестел серебряный крестик. Завидев странников, девушка вышла из дома и мановением руки пригласила в дом. Петька начал помогать с переводом.

— Здравствуйте! Простите, что отвлекаем Вас от хлопот! Мы прошли не мало километров по горам, но никто из встречных людей не пожелал поделиться с нами кусочком хлеба и щепоткой соли! Не откажите! Не морите голодом бедных путников! За оказанную честь мы отблагодарим Вас добрым делом! — попросился Керсан.

— Ой, проходите! У меня как раз обед на печах томится!

— Простите, что не представились! Мы братья Бенетьех — Керон и Пеной! Мы путешествуем по всему миру, общаемся с разными народами и помогаем добрыми делами! Сегодня затерялись в горах и даже не знаем, куда нас привела судьба! Может, Вы подскажете нам, где находимся?

— Отчего же не подсказать?! Вы заблудились в Пиренеях! Это Аксетания — самая богатая горная долина своим числом овец! Благодаря ним сюда приходят купцы и скупают мясо! Кстати, меня называют Пельсо! — кокетливо ответила девушка.

— Очень приятно! Скажите, Пельсо! Какой сегодня год?

— Странный вопрос, но я на него охотно отвечу! Тысяча триста восьмой год нашей эры!

— Вы извините, что мой брат задал Вам такой вопрос! Просто мы уже семь лет не видели родителей! — начал извинятся Пётр, слегка поперхнувшись от удивления слюной.

— Ко мне часто заходят «добрые люди», поэтому я давно перестала подобным вопросам удивляться! Вы отведайте, чем Бог наградил, да отдохните с дороги!

— Спасибо Вам за приют, Пельсо! Мы будем молить Бога о Вашем благополучии и крепком здоровье!

— Да какое уж тут благополучие! Мой суженый ушёл к другой женщине, так и ни оставив, ни одного дитятку, а мои родители давно уже как освободились от земных пут! Не желаю даже вспоминать! — девушка смахнула со щеки слезинку.

— Мы Вам сочувствуем! — с сожалением сказал Пётр.

— Вы кушайте! Я вкусно готовлю?

— Да! Нам очень нравится! — переглянувшись, в два голоса сказали друзья.

— Жаль только, что мой мужчина никогда не ценил моих стараний!

— Очень вкусно! Вы настоящая хозяйка! Когда мы с Пеноем вернёмся домой, обязательно приготовим что-нибудь из Ваших блюд! Я бы вечность кушал за этим столом! Пальчики оближешь! — восхищался блюдами девушки Зорген.

— Неужели Вам правда нравится!?

— Да! Вы готовите как наша мама!

— И мне очень-очень нравится Ваше угощение. — поддержал Пётр.

— А где в посёлке можно причаститься?

— Отсюда недалеко! Всего две улицы надо пройти! Сначала пройдёте по этой улице прямо, в конце свернёте вправо! Затем свернёте в переулок, он в этой местности один! Пройдёте его и увидите здание, перед дверями которого стоит священник в сиреневом аксельбанте! — пальцем на столе Пельсо нарисовала карту.

— Ещё раз спасибо за угощение! Мы пойдём дальше!

— Подождите! Останьтесь здесь хотя бы на два-три дня! Пожалуйста!

— Но нас ждут другие отвергнутые от общества люди?!

— Керсан, соглашайся! Кажется, она в тебя влюбилась не на шутку! Мы её в Россию заберём! Тебе она будет самой верной женой! Разве ты не о такой женщине мечтаешь?! — прошептал Пётр.

— Хорошо! Мы останемся!

— Ура! — скромно обрадовалась девушка.

— Мы скоро вернёмся! До встречи! — пообещал Керсан.

— До встречи!..

— Почему ты думаешь, что именно эта девушка будет верной женой? У тебя есть мотив так думать? — как только путники отошли от дома девушки, Зоргена ещё больше заинтересовало предложение друга.

— Она очень обижена на жизнь, а тут такой подарок судьбы! Она тебя не отпустит, даже если будешь держать пистолет у её виска! Такие девушки очень верные для своих мужей!

— Убедил! — кивнул Зорген.

— Ты помнишь крушение?

— Не очень, а что?

— Кажется, ты не то заклинание прочитал?! Удар о землю был, как и при любом крушении самолётов, а вот в мир мы попали с помощью заклинания и только! — предположил друг.

— Возможно! Я об этом тоже задумываюсь и не согласиться с тобой нельзя!

— Интересно, а церковь здесь выглядит так же, как в современном мире или всё же чем-то отличается?

— Сейчас узнаем! — подойдя к дверям храма, ответил Зорген.

Двери храма оказались деревянными. Само здание сконструировано из камня. Окон не имелось, только одно, выгравированное в стиле мозаики. Внутри здания не было икон или молитв написанных на стенах — пустое помещение. Напротив единственного окна, за папертью, стоял священнослужитель и читал исповедь на латыни. Он был облачён в белое одеяние. По бокам свисали сиреневые ленты, на которых вышиты жёлтые кресты. На груди священника сверкал золотой крест. В руках у него толстая книга в красном переплёте. Люди подходили к нему по очереди для очищения души. Среди них имелись и еретики, которые также хотят вести благочестивую жизнь перед Богом. Они верили, что после причастия их не тронут беды засылаемые Диаволом. Они были уверены в том, что их души непоколебимо попадут в рай.

Керсан Зорген с Петром поцеловали нательный крест священника, скушали просвирку, перекрестились, откланялись и отошли в сторону, рассматривая крышу здания. Поток людей прекратился. Ребята хотели уйти, но Керсана привлекли запахи горящих свечей и мозаика единственного окна, упирающегося конусом в балки крыши. Друг встретил Зоргена у входа в храм.