Кион-Тократ (СИ) - Воронич Александр - Страница 60

Фернанд Элатский, «Мемуары», воспоминания о сотворении Клохкура,

недописанная глава «Возвращение Патриарха»

Свирепый ящер в последний раз взмахнул зелёными крыльями и тяжело приземлился на каменную площадку перед гигантскими воротами Цитадели Молний. Через секунду с его спины спрыгнул худощавый воин в кожаных доспехах, с отличительными знаками высокого статуса Дома Шандикор. Тотчас же к нему подбежала парочка рабов с металлическими крюками-ошейниками, чтобы принять и сопроводить ящера в подземные загоны.

Воин быстрым шагом прошёл через ворота замка, удостоив группу молодых учителей лишь холодным взглядом, который кому-то мог показаться надменным.

— Что это за фрукт? — спросил один из них. — Ходит словно павлин. На нас посмотрел так, будто мы не воины, а какие-то молокососы. А сам старше меня лет на тридцать, не больше.

— Не шуми, Маркус, — одёрнул обиженного учителя один из приятелей. — Ты только что окончил свой период Становления и ничего не знаешь о том, что произошло в долине за это время. Это был Агно Свирепый — самый молодой мастер Шандикора. Он больше десяти лет заседал в Совете, но затем повздорил с лордом Зератом. Об этом до сих пор ходят сплетни. После такого Безликий отправил его в ссылку, если это можно так назвать. Сделал его управителем Дома в Огненном Городе.

— Хороша ссылка, — присвистнул Маркус. — Каждому бы в такую.

— Ещё бы, — согласился с ним приятель. — Но вот, что я тебе скажу — не смотри на мастера Агно таким вызывающим взглядом. Он великий воин, возможно даже лучший в Доме Шандикор. Я иногда наблюдал за его тренировками, ещё тогда, когда он был в любимчиках у нашего главы. И теперь определённо могу заявить — я не вышел бы с ним сразиться на Ковёр Смерти. Он разделал бы меня, да и тебя заодно, под орех.

— Не преувеличивай, — ответил Маркус, но уже совсем другим тоном. Слова старшего приятеля произвели на него сильное впечатление.

***

Агно преодолел главный холл замка стремительно, не тратя времени на пустые разговоры и приветствия. Вслед ему обернулось несколько Покинутых, чтобы проводить заинтересованными взглядами до лестницы. В крыло Шандикора он попал через одну из потайных дверей, охраняемых стражами Дома. Ему даже не пришлось называть секретный пароль. Страж с первого взгляда узнал мастера, несмотря на то, что Агно отсутствовал в Ордене довольно долго.

— Рад видеть вас, мастер Серканис, — охранник почтительно поклонился.

Агно кивнул, отвечая на приветствие домочадца. Оказавшись в знакомых коридорах Шандикора, он направился в свои апартаменты, собираясь принять ванну. Горячая вода и мыло — вот всё, что требовалось ему в этот момент. Его лицо было хмурым и сосредоточенным, в глазах скрывался страх. Чего же он, воин, известный в Ордене своим неукротимым духом и бесстрашием, так боялся? Только одного — встретить здесь, в одном из узких коридоров, своего воспитанника. Ему было известно, что Артур изменился, и уже не тот, каким был прежде. Но одно дело — знать что-то на словах, а другое — получить неоспоримое подтверждение. И это было выше всяких сил, душевных и физических. Он мог сорваться, и тогда ничто не удержало бы его от кровавой расправы. Возможно, не только над мальчиком, но и над самим собой.

«Что же, — мелькнула горькая мысль, — возможно, так было бы лучше».

Войдя в свои покои, Агно безучастным взглядом осмотрел комнату и столь же безучастно про себя отметил, что за два с лишним года здесь ничего не изменилось. Агно снял со спины ножны с мечами и бросил их на кровать. На ходу сбрасывая одежду, он направился в другую комнату, в которой его уже ждала наполненная ванна. Рядом с ней стояли склянки с душистым мылом и ароматической жидкостью.

«Надо же, — подумал воин, — фераши всё предусмотрели. Идеальное обслуживание. А может рабство действительно их призвание? — cогнав с лица циничную ухмылку, Агно опустился в воду, позволяя своему телу расслабиться. — О Ситас, как же хорошо вернуться домой!»

Поймав себя на этой мысли, мастер удивлённо вздрогнул. С каких это пор Цитадель Молний стала ему домом? Ведь он ненавидел долину Солнечного Дня всю свою жизнь, с того далёкого дня, когда впервые осознал свою сущность. Агно задумался и внезапно понял со всей очевидностью, на которую был способен в своём состоянии. Айбэш-Хаурум стал ему домом в тот самый день, когда он обрёл в своей душе любовь к маленькому мальчугану, который так жаждал этой любви. Они стали друг для друга не просто учеником и наставником. Нет, этого слишком мало, чтобы описать ту степень привязанности, которую они испытывали. Два одиноких островка, нашедших друг друга посреди огромного океана равнодушия и боли. Этот образ острым уколом отозвался в сердце Покинутого.

— Ненавижу тебя, Зерат. Будь ты проклят вместе со своими планами, — взорвался Агно пронзительным криком. Его боль вырвалась наружу, оставив после себя мокрый след на щеке и новый шрам в душе. — Ненавижу, — повторил мастер, закрывая глаза, в надежде спрятаться от окружающего мира.

Сколько он так пролежал в тёплой воде, мастер не знал. Возможно, он даже заснул. Но когда раздался негромкий стук в дверь, Агно подскочил в ванне, устроив в комнате небольшой потоп.

— Иду! — рявкнул мастер, поднимаясь из воды.

Накинув на бёдра широкое полотенце, Покинутый открыл дверь и увидел молодого раба. Последний испуганно мялся у входа, не осмеливаясь поднять глаза.

— Что надо? — жёстко спросил воин, не испытывая к фераши ни тени жалости.

— Мастер Агно, — промямлил парень, — вас вызывает господин Ахарис. Он просил вас нанести ему визит как можно скорее.

Агно раздражённо сузил глаза.

— Да неужели? И ради этого ты оторвал меня от моих дел, щенок?

Раб побледнел и затрясся от страха. Он знал, что любой Покинутый может прикончить его одним ударом руки, если пожелает.

— Пошёл вон. И передай своему господину, что я приду тогда, когда закончу со своими делами.

Парень судорожно кивнул головой и едва ли не вприпрыжку убежал по коридору. Мастер захлопнул дверь и вернулся в комнату.

— Ты хочешь видеть меня, Зерат? — пробормотал он, надевая чистую одежду. — Так и быть, я навещу тебя в твоём крысином логове. Но берегись, я уже не тот наивный глупец, которого ты помнишь. Теперь мне известно гораздо больше. И мы ещё поиграем по моим правилам, обещаю…

***

— Проходи и садись, брат Агно, — раздался из глубины комнаты голос Зерата. — Давно не виделись. Дай хоть на тебя посмотреть.

— А чего на меня смотреть? — ядовито ответил мастер. — Чай, не бордельная красотка.

— Да уж, нисколько не изменился, — весело воскликнул Зерат. — Мрачен и суров, как и прежде.

Агно поморщился. Шутливый тон Безликого его явно раздражал. Усевшись в предложенное кресло, Агно испытующе посмотрел в зеркальную маску главы Шандикора.

— Рассказывай, — велел Зерат. — Что заставило тебя оставить Ариф-Кангуран? И зачем ты вернулся в Айбэш-Хаурум?

От Зерата ощутимо повеяло холодом, но Агно остался невозмутим.

— Я улетел из Огненного Города по одной причине. — глухо произнёс он, — Мне захотелось побывать в альма-матер! Или, может быть, у вас с этим какие-то проблемы, лорд Ахарис?

— Ну что ты, брат Агно, какие могут быть проблемы. Просто, я ожидал, что ты руководствуешься более серьёзными мотивами в своих поступках, — пальцы Безликого непроизвольно сжались в кулак, выдавая его ярость.

— Это как посмотреть. Может быть, так оно и есть.

— То есть, — требовательно спросил Зерат, — что ты имеешь в виду, брат Агно? Хватит ходить вокруг, да около. Рассказывай.

Мастер пожал плечами.

— Как угодно. Я действительно прилетел по важному делу. Произошло нечто весьма интересное.

— Не тяни, — поторопил Зерат.

— Мир катится в Харат. На открытом собрании в Ариф-Кангуране горожанам было объявлено о создании Золотой Империи Циранус. Её костяком стали Туран, Замир, Эледон и несколько менее значимых королевств.

— Так, — задумчиво произнёс Зерат. — Значит, это всё-таки произошло. Они объявили всенародно о том, что скрывали почти десять лет. А это значит, что война уж не за горами, как и предсказывала Ханга.