Кион-Тократ (СИ) - Воронич Александр - Страница 62

— Прежде чем обвинять нас в чём-то, извольте изложить суть вопроса, — раздался из-под зеркальной маски спокойный и уверенный голос.

— Хорошо, — кивнул магистр. — Итак, каратели вернулись в Орден, и что же выяснилось? Ни один Токра из трёх Военных Домов не погиб, зато двое наших воспитанников были убиты. Два адепта из трёх, посланных Магикором в Марадон! Разве это не кажется вам странным? Мне лично кажется.

— Тем более, — встрял Садомиус, — что маги не должны были участвовать в непосредственном сражении. Их задачей была дистанционная поддержка остальных карателей.

— И что же из этого следует? — не теряя хладнокровия, спросил Зерат,

— Им помогли уйти из жизни, и помог небезызвестный всем нам юноша из Дома Шандикор.

Голос магистра наполнился желчью. Дом Магикор был весьма малочисленным. Каждый ученик в нём был на счету, не говоря уже о таких перспективных адептах, как Юлиус Джун и Ларс Такер, чей магический уровень лет через двадцать мог бы сравниться с уровнем самых сильных чародеев Магикора.

— Кто их убил? — удивлённо воскликнули мастера.

Кицум гневно выпрямился:

— Токра, завоевавший ранг Варлорда. Артур Смилодон.

В зале установилась гробовая тишина. Наконец, раздался холодный голос Зерата:

— Где доказательства?

— Не беспокойся, Безликий, они есть. Один из карателей-мазадоржцев был свидетелем того, как твой Смилодон сражался с адептом Джуном.

— Каратель из Мазадорга? Ну мне всё ясно.

— Что тебе ясно? — взорвался лорд Сальвос. — Думаешь, это я приказал своему студенту оклеветать твоего знаменитого Варлорда? Подумай головой, зачем мне это?

— Сальвос здесь ни при чём, — гневно произнёс Кицум. — Не нужно переводить стрелки, Безликий.

Зерат промолчал.

— Предлагаю выслушать свидетеля, — продолжил магистр. — И, надеюсь, тогда ни у кого не останется сомнений.

Следующие четверть часа заседатели почти не разговаривали, терпеливо ожидая свидетеля. Наконец, дверь приоткрылась и в Зал Смеха вошёл коренастый Токра с бегающими глазами и неуверенной улыбкой на лице.

— Проходи, — почти ласково произнёс Кицум, обращаясь к студенту. — Не тревожься понапрасну. Мы просто хотим задать тебе пару вопросов.

Каратель подошёл к столу и невольно поёжился, когда взгляды мастеров-заседателей и магистров скрестились на его скромной персоне.

— Итак, Марко, расскажи нам, что ты видел в ту ночь, когда ваш отряд атаковал лагерь мятежников, — приказал лорд Сальвос.

Студент кивнул:

— Наша группа довольно быстро разметала внешнюю оборону противника. Мы продолжили сражение уже в лагере, но не придерживались какой-то определённой стратегии. Каждый сам искал для себя сражений и… развлечений. Я обнаружил группу из пяти вражеских солдат и сразу же атаковал их. Троих убил на месте, — в голосе студента проскользнули хвастливые нотки, от которых магистры поморщились, — а оставшиеся бросились бежать. Я начал преследование, во время которого краем глаза заметил нечто странное.

— Что странное? — не вытерпел Осирис.

— Я увидел, как кто-то (явно, из магикорцев) напал на Варлорда. Да-да, это был Смилодон, сомнений нет. Уже потом я разглядел, что маг — это тот несносный адепт, которого звали… Кажется, Джун.

— Юлиус Джун, — добавил Кицум. — Ну что, Зерат Ахарис, тебя не убедили слова свидетеля?

— В чём убедили? — насмешливо спросил лорд. — Пока что, я услышал одно — ваш адепт напал на моего домочадца. Интересно послушать, что было дальше?

Взгляды заседателей снова вернулись к студенту, и тот, запинаясь, сообщил:

— Честно говоря, я не знаю.

— Почему?

— Я продолжил преследование мятежников, и забыл о поединке между Смилодоном и магом. Охотник хотел убивать, и я не мог ему противиться.

— Сейчас я здесь кого-то убью, — раздосадованно прошипел Кицум.

— И это всё, что тебе известно, Марко? — поспешно спросил лорд Сальвос, отвлекая внимание магистра от одного из своих лучших студентов.

— Д-да, — побледнел Токра, — то есть, нет.

— Что это значит?

— Я, как бы, видел ещё кое-что, но уже потом, когда убил своих беглецов и возвращался обратно. Там лежали два трупа, а возле них стояли Варлорд и второй, тоже шандикорец. Как же его…

Студент старательно напряг лоб, всем своим видом показывая серьёзный мыслительный процесс.

— Да, его зовут Граникус.

— Граникус, — изумлённо выдохнул Осирис. — Что он там делал, они же со Смилодоном, как кошка с собакой? С самого детства не терпят друг друга.

Студент пожал плечами.

— Ничего особенного они не делали. Просто разговаривали. Что было потом, не знаю. Я пошёл к центру лагеря. Надеялся найти там ещё несколько мятежников, а то уж очень быстро закончилось сражение.

— Ясно, — сухо сказал Кицум. — Можешь идти, каратель. И лучше не распространяйся о нашей беседе. Лучше для тебя.

Студент ушёл, и в Зале Смеха установилась длительная тишина.

— Что скажете, братья? — наконец, спросил Кицум.

— Давайте побеседуем с этим Граникусом, — внёс предложение Садомиус. — Кажется, он стал вторым победителем турнира Белой Цапли, не так ли, брат Ахарис?

Безликий кивнул.

Предложение Садомиуса было одобрено, и вскоре перед Советом стоял ещё один каратель — Келноз Граникус собственной персоной. Его высокая двухметровая фигура, длинные мускулистые руки и выпуклая грудь прирождённого борца вызвали у заседателей невольное уважение к этому желторотому юнцу.

— Юноша, — со слащавой улыбкой на лице произнёс Садомиус, — мы хотим, чтобы ты рассказал Совету, ничего не скрывая, о том, что произошло между тобой, Смилодоном и двумя адептами Магикора.

На лице Граникуса отразилось понимание. Он был готов к такому повороту событий с самого начала. Именно поэтому в первый же день после разгрома мятежного войска договорился с Артуром о том, что они будут говорить, если кому-либо вздумается заняться расследованием двойного убийства адептов Магикора.

— Что именно вас интересует? Каким образом Смилодон прирезал этих желтоплащников? Или почему он это сделал?

— И то, и другое, — сурово произнёс Зерат, и только Келноз расслышал в его голосе предостережение: мол, думай, что говоришь.

— Хорошо, дело было так: я прочёсывал местность и волей случая стал свидетелем необычной сцены. Адепт Юлиус Джун набросился на Смилодона со своей сверкающей дубиной, — при этих кощунственных словах магистры поморщились. Назвать магический жезл дубиной было верхом невежества. — Я сразу же понял, что у Джуна снесло крышу. Он принял убойную дозу освобождающих мутагенов и потерял контроль над своим Охотником. В таком состоянии адепт был угрозой для всех нас. Я имею в виду карателей.

— И как ты поступил? — нахмурился магистр Кицум.

— Что значит как? Помчался на помощь к этому недоумку, который только чудом завоевал звание Варлорда. Впрочем, моя помощь не понадобилась. Смилодон — мастак на неожиданные фортели. Он увернулся от выпадов недоучки, а затем ловким приёмом вскрыл ему грудную клетку.

Магистры гневно засверкали глазами. Этот студент слишком вольно отзывался о чародеях. Было очевидно, что он ни во что не ставит воспитанников Магикора и даже не скрывает своё отношение к ним.

— Хорошо, — процедил Кицум. — Будем считать, что в этом инциденте мы разобрались. Но каким образом здесь оказался замешан Ларс Такер? Или он тоже принял «убойную дозу» мутагенов?

Келноз пожал плечами.

— Здесь другая ситуация. Как оказалось, Такер ненавидел Смилодона, а Джуна, тем более. Это ни для кого не секрет. Вероятно, об этом знают все ваши учащиеся.

Садомиус кивнул, подтверждая слова студента. Келноз продолжил:

— Увидев Смилодона и Джуна на поле сражения, он решил воспользоваться удобным моментом, чтобы избавиться от обоих одним ударом.

И Граникус весьма подробно, в красках, рассказал заседателям, как происходило сражение. Его интерпретация практически не отличалась от реальных событий. Единственное, о чём он «забыл упомянуть», была группа людей, которую Смилодон взялся вывести из опасной зоны. Магистры внимательно выслушали студента, а затем Кицум недовольно резюмировал: