Пара для Лазаря (СИ) - Хартнеди Шарлин - Страница 38

Он испустил рванный вздох. Его жёсткий член был прижат к её пышной заднице. Она испустила стон и пробормотала что-то во сне, сильнее прижимаясь к нему. Вампир тихо застонал и уткнулся носом в её шею, вдыхая её запах.

Чистый экстаз.

Он провёл рукой по её изгибам, проталкивая пальцы ей между бёдер, пока не обнаружил напряжённый пучок нервов под её треугольником волос. Используя только кончики пальцев, Лазарь играл с её клитором, поглаживая чувственный бугорок. Её дыхание изменилось от глубокого и размеренного до поверхностного и прерывистого. Её тело напряглось, и попка стала раскачиваться. Александра застонала.

— Это чертовски приятно, — заскулила она. — Я не должна быть готова к этому. Мне больно… везде.

— Если это слишком, то я мог бы остановиться или… — он продолжил потираться о её тело.

— Не смей… Господи, но ты хорошо делаешь это своими руками, — она застонала ещё громче, прижимаясь к его руке. Её задница по неосторожности терлась о его член.

Лазарь стиснул зубы и зарычал, когда его яйца начали пульсировать. Было буквально больно не быть внутри неё. Она убивала его. Разрывала его на части и собирала обратно так, чтобы он принадлежал только ей. Индивидуальная подгонка.

Её киска была прямо напротив, он мог чувствовать её жар, почти ощутить на вкус её восхитительный аромат. Почувствовал, как она скользит против него. Одно движение бёдрами, и он окажется внутри неё.

Александра стонала, извивалась и стонала ещё сильнее.

— О… о боже… вот так… да… — побуждала она его. Говорила ему, что ей нравится и как. Она так выразительна и открыта в своей сексуальности, так чертовски прекрасна. Движения Александры стали более неистовыми. Осталось немного. Было так хорошо. Она кончит, а потом уснёт, а после он сам о себе позаботится.

Его самка перестала двигаться. Она даже схватила его за руку.

— Подожди минутку… — её дыхание было крайне тяжёлым. — Почему ты меня не трахаешь?

— Не беспокойся обо мне. Это всё для тебя… я могу о себе позаботиться, — он провёл пальцем по её клитору, и девушка отклонилась назад и застонала.

— Нет… нет… подожди… — Алекс попыталась перевести дыхание. — Возьми меня, Лазарь. Я могу с этим справиться.

Она покружила своими бёдрами, а его глаза практически закатились к затылку.

— Ты уверена? — сумел он произнести сквозь зубы. — Уверена, что не слишком больно?

— Я пожалею с утра, но я хочу тебя… думаю, что всегда буду хотеть тебя, кроме того… — её голос стал мягким и робким. — Для этого и нужны девушки, верно? Ты не должен… заботиться об этом сам… никогда.

Его сердце практически перестало биться.

— Так… — теперь была его очередь звучать мягко и чертовски робко, как грёбанная киска, но ему было всё равно. — Ты теперь моя девушка?

— Дурачок, — она развернулась и поцеловала его: обжигающе и жёстко с самого начала. Когда она, наконец, прервала поцелуй, они оба задыхались.

— Вау… — произнёс он, как полный неудачник…

— Поцеловав тебя так, я имею в виду… Я так рада, что ты уговорил меня дать тебе шанс.

Лазарь покачал головой. Опять она звучала так, будто не планировала на самом деле начинать отношения с вампиром. Он отмахнулся от этого.

— Я тоже, — вампир нежно поцеловал её. — Я так рад, что ты перестала отступать.

Лазарь крепко обнял её и поравнялся с её входом. Она была чертовски мокрой, но всё равно потребовалось некоторое время, чтобы погрузиться в её тугое, маленькое влагалище: они занимались любовью столько раз, что там всё опухло.

Судя по звукам, которые она издавала, девушка была очень чувствительной. Её крики были странной смесью боли и удовольствия. Она умоляла его продолжать, и кто он такой, чтобы спорить?

Как только он оказался внутри неё по самое основание, Лазарь сместил бёдра и начал медленно и осторожно двигаться, не желая причинять ей боль. Даже изящная линия её спины была сексуальной. Он мог видеть её груди — охренительно великолепные! Её задница была такой аппетитной, что он чуть не кончил, просто глядя на неё. Видя, как его член входит и выходит из неё с бесконечной медлительностью, он почти погиб.

С громким стоном он обхватил её и сжимал клитор каждый раз, когда погружался в неё.

— О, чёрт… чёрт! — закричала она ещё громче. Её ноги начали дрожать, а стенки влагалища трепетать. — Да… да… именно так… о-о-о… — Алекс вздрогнула и начала так сильно сжиматься вокруг него, что было бесполезно сдерживаться. Он закричал, когда кончил глубоко в ней. Так чертовски хорошо, что его клыки пульсировали в такт его члену. На этот раз он не пил из неё. Ему действительно нужно быть осторожным. Последнее, что он хотел, это совершить ошибку, выпив слишком много. Но, чёрт возьми, стремление вонзить в неё свои клыки снова сделало его твёрдым. Питьё крови всегда было связано с сексом, но обратное не всегда было верным, даже если бы он захотел этого. Лазарь должен был правильно поступить со своей самкой… со своей девушкой, и как только он сможет убедить её, он собирался сделать её большим… всем для него. Она уже значила для него больше, чем всё остальное. Речь шла о том, чтобы теперь сделать всё официально.

Лазарь крепче обнял её. Дыхание Алекс уже выровнялось и стало глубоким. Он заснул, а его член всё ещё был глубоко внутри неё.

Первое, что он заметил, была вспышка света. Второе — его пульсирующий член. Это выглядело так, будто тот живёт собственной жизнью. Такой чертовски возбуждённый, что пульсировал с каждым ударом его сердца. Потом её запах ударил по нему. Насыщенный, сладкий, густой — грёбанный наркотик.

Его первой реакцией было перевернуть её. Её глаза распахнулись, когда она оказалась на спине. Следующим его инстинктом было раздвинуть её бёдра и трахнуть, так что он схватил её и раздвинул ноги.

— Лазарь? — она казалась усталой и растерянной.

— Блядь! — зарычал Лазарь. Он вскочил с кровати и бросился к окну, открыв которое, набрал полные лёгкие воздуха.

— Что такое? Что случилось? — в её голосе звучал намёк на замешательство. Он слышал шелест простыней и знал, что она оборачивается ими.

Когда он немного успокоился, Лазарь обернулся. Видеть её с растрепанными волосами и широко раскрытыми глазами было как удар в живот. Он изо всех сил пытался дышать через рот, но всё ещё чувствовал её аромат.

— У тебя горячка, — его голос был насыщенным и хриплым.

— У меня что? — её глаза распахнулись, и девушка ахнула. — Горячка, как… овуляция… как… — её глаза расширились ещё больше. — Я могу забеременеть? Чёрт, я могу уже быть беременной? — Она закрыла рот обеими руками. — Я думала, вы ребята, чувствуете аромат, когда женщина начнёт овулировать. Какого чёрта, Лазарь?

— Я должен начать любить твой запах. Желать его. Вот как это, блядь, работает. Ты говоришь так, будто знала, что такое может случиться. Какого хрена, Александра? — он подошёл к кровати и снова отошёл к открытому окну. Чёрт! У него всё ещё было сильное желание покрыть её. Наполнить её своим семенем. Без сомнения, она станет аппетитной с его ребёнком. Это было на уровне инстинкта, но ему нужно было попытаться остаться с ясной головой, постараться сохранить спокойствие.

— Возможно, я случайно забыла о контрацептиве. Как только я оказалась здесь, и мне, не смотря ни на что, удалось попасть внутрь, я не хотела, чтобы меня выгнали, — простыня была плотно обернута вокруг неё. Грудь Александры вздымалась, глаза широко раскрылись. Он чувствовал её страх и смятение. — Чёрт! Я не думала, что такое случится. Прости… я идиотка.

— Вот почему ты хотела использовать человеческое покрытие… ты должна была хоть что-то сказать. Блядь! — он провёл рукой по волосам.

— Существует ли шанс, что я беременна? Что, если да? Как скоро мы сможем это выяснить? — она зажала рот рукой и застонала. — Я не могу поверить в то, что происходит. — Её слова были приглушены из-за руки. Хотя её глаза и наполнились слезами, девушка не заплакала.

Используя каждую каплю своей силы воли, Лазарь подошёл к Александре и обнял её.