Зенит Левиафана. Книга 2 (СИ) - Фролов Алексей - Страница 48

— Не хотят драться, — заключил парень. — Так что не напирай.

Древний бог коротко кивнул и продолжил движение, остальные шли за ним на расстоянии нескольких шагов. Подойдя ближе, Мидас вытянул вперед свою единственную руку, демонстрируя пустую ладонь.

— Приветствуем вас, добрые люди, и благодарим за то, что не торопитесь принять нас за врагов! — начал он и Карн сразу ощутил изменения в ауре фригийского царя. Медовые глаза бога наполнялись глубоким успокаивающим сиянием, а гипнотизирующая улыбка заставляла мысли течь медленнее.

— Мы лишь путники, идущие своей дорогой, — голос Мидаса журчал, будто весенний ручей. Каинит не сразу, но понял, что происходит. — И мы были бы признательны за временный кров, ибо давно странствуем и с нами дети.

Мужчины с колунами переглянулись, затем вперед выступил тот, чью голову покрывала узкополая шляпа. У него была короткая заостренная борода и пышные усы. На вид — лет тридцать пять, взгляд суровый, даже подозрительный. Взгляд человека, который повидал гораздо больше, чем планировал.

— Меня зовут Ральф Лейн, — мужчина остановился в пяти шагах от Мидаса и коротко кивнул ему, обведя цепким взглядом остальных. Фригийский царь инстинктивно отметил, что мужик высокий и жилистый, довольно силен, но едва ли достаточно быстр. Не воин. Скорее лесоруб или, может, плотник.

— Разрешите приветствовать вас от лица свободных граждан королевской колонии Роанок, — продолжил Лейн. Он говорил громко и властно, но чувствовалось, что патетика громких слов давно уже не трогает его сердце. — Вы ступили на землю, что находится под высочайшей юрисдикцией ее величества Королевы Англии и Ирландии Елизаветы из венценосной династии Тюдоров.

Мидас не сдержал нервного смешка. Карн невольно улыбнулся. Женщины и дети за их спинами лишь удивленно переглядывались, не разобрав ни слова на незнакомом языке. Арминиус, если что-то и понял, виду не подал. Лицо вампира скрывалось от дневного солнца под сталью шлема с посеребренной маской.

— Что вас так насмешило? — Ральф с недоверием посмотрел на фригийского царя. Праведный гнев рассеял чары. — Быть может, вы беглецы от закона? Пираты или агенты испанцев? Говорите на чистом английском, но одеты странно и при вас оружие. Кто вы, отвечайте!

Мидас заметил над частоколом с дюжину человек, и эти были вооружены отнюдь не колунами — в их руках он увидел длинные английские луки. Те самые, что пробивают латный доспех с сотни шагов. Бог прикинул, что если лучники достаточно опытны, то рванувшись к лесу в сию же секунду, его отряд рискует полечь здесь в полном составе. Разве что каинит выживет, да ему самому повезет получить стрелу в ногу или плечо.

— Благородный Ральф, — Мидас взял себя в руки и его глаза вновь наполнились чарующим блеском. Карн ощущал, что сила фригийского царя все еще далека от пиковых значений, но того, что он успел восстановить, было достаточно, чтобы убедить этого человека. Его одного, а вот остальные… с ними тоже нужно что-то делать.

Парень расширил мысленный взор и энергетические щупальца потянулись ко всем, кто попал в его поле зрения. Он беспрепятственно проник в голову каждого и легонько коснулся соответствующих областей мозга — миндалины и зрительной коры. Воздействие было мимолетным, переданный импульс находился на самой границе восприятия, но англичане, мгновение назад смотревшие на пришельцев с откровенным недоверием, почувствовали себя спокойнее и странники уже не казались им опасными, скорее — интересными.

— Мы не пираты и не изменники короны, — продолжил фригийский царь. От взгляда бога не укрылось, как рука Ральфа, сжимающая колун, расслабляется, вторя его словам, а набухшие желваки под скулами мужчины теряют гранитную твердость и разглаживаются. — Мы путешественники, что многие годы провели далеко на востоке, а затем, возвращаясь к берегам возлюбленной Англии, попали в шторм и…

Внезапно он умолк, тряхнув головой. Карн не сразу ощутил его тревогу, потому что подавил внешнее восприятие ради фокусировки на аурах людей. Каинит повернулся к форту спиной и уставился в сумерки меж древесных стволов, из-под которых они совсем недавно вышли под солнечный лик.

— А почему этот человек не снимет шлема? — Ральф Лейн, плотно окутанный магией Мидаса, каким-то удивительным образом почуял инаковость Арминиуса, хотя и не мог объяснить своих ощущений. — Пусть не таится, коли он не враг нам…

— Закрой рот! — рявкнул бог, оборачиваясь к лесу вслед за каинитом. — Шутки кончились.

Ральф мигом пришел в себя, перехватил колун обеими руками и попятился к своим людям. Однако воздействие Карна все еще имело силу и в лицах товарищей Лейн не прочел поддержки.

А затем мир дрогнул. Что-то зашелестело в глубине леса, будто там поднялся сильный ветер. Деревья затрещали, стаи птиц рванулись прочь во все стороны. Потом раздался оглушительный хлопок и налетел ураганный ветер. А в глубине чащобы, под ничего не подозревающими кленами, соснами и лиственницами, вздыбилась серая мгла. И из этой мглы с ревом и клекотом стали выбираться порождения Лимба.

— Эти суки нашли нас! — прокричал Мидас. — И пришли за нами в Ра!

— Но этого… этого не может быть, — каинит мотнул головой, молниеносно извлекая клинки из ножен.

— Им кто-то помог, — процедил Карн. Он сказал это тихо, почти шепотом, так что никто услышал его слов. Что ж, сейчас это и не важно. — Пересвет, веди женщин к форту!

Он обернулся и сделал несколько шагов к Ральфу Лейну, выбросив перед собой свитое в тугой канат энергетическое щупальце. Когда оно впилось в мозг Ральфа, мужчина дернулся и застонал. Карн понимал, что вряд ли когда-нибудь сможет гордиться этим поступком, но у него не было времени на убеждение.

— Из форта есть другой выход? — рявкнул он, подходя к мужчине в упор.

— Д-да! — заикаясь, произнес Ральф, когда его лобные доли оказались в стальной хватке Карна. Лейн в данный момент просто не имел собственной воли. — На западе, там у нас лесопилка и…

— Собирай людей, всех, кто есть в Роаноке, и веди их прочь из города, — проговорил он, впиваясь в мужчину невидящими глазами. — Ты понял?

— Д-да, но, — Ральф судорожно сглотнул. — Это ведь остров, там три мили по воде до материка… Правда у нас есть пинас и пара лодок…

— Так действуй, Ральф! — проревел потерявший терпение Карн. — Спасай подданных короны! Скорее!

Лейн кивнул и со всех ног бросился к форту, что-то крича на ходу своим людям. Мужчины с топорами чуть помедлили, а затем побежали за ним. Лучники тоже покинули вершину частокола.

— Пересвет! — зычно позвал Мидас. Его крик настиг парнишку у ворот, тот, как и было велено, отвел женщин с детьми к форту, но сам намеревался вернуться.

— Не сейчас, — тихо сказал фригийский царь и покачал головой. Он знал, что мальчуган прочтет по губам. — Иди с ними, мы догоним.

Мальчишка замер. Горячая кровь народа, в котором каждый был воином с рождения, сошлась в противоборстве с его основным инстинктом, который говорил, что главное — защитить своих людей, спасти женщин, не дать погибнуть детям. Наконец, чувство долга перед родом взяло верх, паренек оскалился и побежал прочь, подгоняя Дару и Уйку, прижимавших к себе малышей.

— Будем стоять насмерть, — холодно проговорил древний бог. — Твари здесь из-за нас и я не позволю никому из этих людей погибнуть.

— Выиграем для них время, чтобы успели покинуть остров, — кивнул каинит, поправляя шлем.

— А потом сами отступим, — закончил Карн. — Если выживем.

— Ты меня недооцениваешь, — неожиданно прозвучало из под посеребренной маски и Мидас хмыкнул, разобрав в голосе Арминиуса нотку бахвальства. — У меня еще есть, чем удивить наших преследователей.

Ветер взвыл и ударил по лицу и груди точно бичом. Вслед за ним из леса вырвались гончие, позади которых вприпрыжку бежали мантикоры, а над трепещущими кронами замерцали черные силуэты гарпий. Мидас сжал меч, так что побелели костяшки, а каинит звучно рассек воздух перед собой, вычертив гладиусами восьмерку. Карн лишь глубоко вздохнул и потянулся вперед щупальцами внутреннего взора. В прошлом бою он дошел до предела своих возможностей. Что ж, пора было его перешагнуть.