Зенит Левиафана. Книга 2 (СИ) - Фролов Алексей - Страница 51

— Что ж, это делает им честь, — пожал плечами фригийский царь. — Но кто конкретно напал на них?

— Не могу понять, — покачал головой парень. — Мог бы, но не сейчас, сил не хватает. Думаю, химеры.

— А куда они двинулись после? — каинит подошел к нему и присел рядом. — Можешь проследить?

Карн опустил на землю вторую руку, поморщился и покачал головой.

— Нет, — устало уронил он. — Они замели следы.

— В смысле? — не понял Мидас. — Кто, индейцы?

— Ага, — кивнул Карн, тяжело поднимаясь. — Среди них был колдун. Примитивная, но довольно сильная магия. Энергия стихий и что-то еще. Возможно — божественная искра.

— ИХ БОГ? — глаза Мидаса забегали. Он всматривался в бледное лицо парня и его губы то растягивались в безумной улыбке, то приподнимались в животном оскале. — Он был здесь?!

— Нет, но он им определенно помог, — Карн глубоко вздохнул и повертел головой, будто осматриваясь. — Я могу отследить их путь по отголоскам его энергии. Но не сейчас.

— Тогда покинем это проклятое место, — вставил один из следопытов. — От него у меня мурашки по коже.

— Отойдем чуть дальше, к заливу, — покивал Лейн. — Я видел там отличное место для лагеря…

Карн медленно покачал головой.

— Но… — Ральф запнулся, подбирая слова для веского возражения. Из-за усталости парень терял над ним контроль. — Мы не можем вести людей через лес ночью! У нас там сто двадцать человек, женщины и дети, они не могут…

— Заткнись! — рыкнул на него Мидас. — Мы никуда не пойдем ночью, успокойся. Но лагерь разобьем здесь.

Лейн вскинул брови, его следопыты побелели и цветом лица теперь едва отличались от каинита. Мужчины вновь начали креститься, что-то бормоча в полголоса, надо думать — свои бесполезные молитвы.

— Если кто-то из напавших на это поселение выжил — они уже не придут обратно, потому что знают — люди отсюда ушли, — спокойно пояснил каинит. — И другие будут знать, что тут нечем поживиться. Они почуют.

— Не обязательно оставаться прямо в поселении, но приведи людей к его границам, — Карн пристально посмотрел на Лейна. — Пусть все ложатся спать. Если у охотников еще есть силы — прикажи расставить силки, с рассветом отправь рыболовов к заливу. Мы уйдем рано, — он глубоко вздохнул и отвернулся. — Ты и сам знаешь, что делать. Иди.

Ральф кивнул своим парням и они исчезли в темноте. Вскоре меж стволов замелькали огни костров и зазвучали голоса, среди которых почти не было недовольных, лишь усталые. Лейн разбил лагерь всего в полусотне метров от поселения, но никому не позволил приблизиться к нему, расставив по периметру доверенных людей.

Арминиус тихо растворился, не сказав ни слова. Да и не нужны были никакие слова. Вампир видит в темноте также хорошо, как и при дневном свете, а его скорость и реакция делают его идеальным следопытом. Очевидно, что каинит отправился прочесывать периметр и если что — он сообщит. Либо разберется на месте, что вероятнее.

— Ты ведь понимаешь, что моя власть над ним слабеет, — проговорил Карн, отослав прочь Лейна, отчитавшегося, что силки расставлены, а люди ложатся спать. — Когда я усну, а это произойдет очень скоро, Ральф придет в себя.

— Понимаю, — фригийский царь разжег небольшой костер и уже успел натаскать валежника на пару с Пересветом. Они решили расположиться в стороне от англичан, на полпути к разоренному поселению аборигенов.

Дара и Уйка с детьми на руках не отрываясь смотрели в потрескивающее пламя. Пересвет стоял рядом, прислонившись спиной к дереву, и обводил прищуренным взглядом темноту за пределами рваного кольца света, отбрасываемого огнем костра.

— Не переживай, теперь вступит в дело моя магия, — Мидас игриво улыбнулся, глядя на Карна. — У меня получится не так быстро, как вышло у тебя, зато с гарантией, что Лейн будет доверять нам безоговорочно. И никому не придется тратить силы на поддержание чар.

— Силы возвращаются? — спросил парень, широко зевнув и укладываясь на валежник. Он подстелил под себя шерстяную друидскую тунику и накрылся плащом.

— В целом? — уточнил Мидас. — Трудно сказать. Я сильнее, чем был, пока шлялся по землям нордманов. Всеотец будто пробудил меня, я хорошо почувствовал это…

Он хотел что-то добавить, но Карн уже спал. Едва оказавшись в горизонтальном положении, он провалился в умиротворяющую черноту, точно в звероловную яму. Его дыхание замедлилось, тело обмякло.

Фригийский царь хмыкнул и посмотрел на русов.

— Вы тоже ложитесь, — бросил он.

Женщины с готовностью закивали и начали укладываться, будто ждали его команды. Пересвет не двинулся с места, продолжая осматривать окрестности. Разумеется, он ничего не видел из-за костра. Мальчишке еще предстоит узнать, что ночью дозорных расставляют вдали от костров и только спиной к огню.

— Ты тоже отдохни, юный воин, — Мидас коснулся его плеча. — Сейчас есть, кому бдеть. А завтра ты нужен мне полным сил.

Паренек немного помялся, но потом кивнул с самым серьезным видом и принялся поудобнее раскладывать валежник. Фригийский царь отдал ему свою тунику, и мальчик забрался в нее целиком, так что она одновременно играла роль и подстилки и одеяла. Он с благодарностью посмотрел на Мидаса, тот кивнул ему и бесшумно растворился в темноте. Пересвет повертел головой, даже не заметив, в какой момент воин шагнул в ночь, исчезнув из поля зрения. Звучно почесал в затылке, пожал плечами и свернулся в кольцо, а через мгновение уснул.

Мидас же двинулся в ту сторону, где во мраке, напоенном стрекотом насекомых и редкими окриками ночных птиц, желтыми пятнами вспухали костры. Их было немного, не больше двух десятков. Люди расположились вокруг них и многие, вымотавшись за день, уже спали. Некоторые тихо переговаривались, готовясь ко сну, другие молча глядели в огонь, обнимая детей, жен, братьев. Фригийский царь проплывал меж ними призрачной тенью и никто не обращал на него внимания.

Ральфа Лейна он нашел по другую сторону лагеря, на берегу залива, вместе с теми же следопытами, которые были с ним в разоренном поселении. Фригийский царь немного послушал, прежде чем приблизиться и начать разговор. Лейн приходил в себя и вслух удивлялся, почему безоговорочно поверил незнакомцам. Кто-то из его людей возразил, мол, странники действительно пытались спасти их. Другой парировал, что эти люди, судя по всему, сами же и накликали беду на Роанок.

Мидас вышел к ним и взглядом пригласил Лейна пройтись вдоль берега. Тот согласился, не раздумывая, но глядел жестко и настороженно. Уходя, он сделал знак своим людям, чтоб были на стороже и следовали за ними, но не попадались на глаза. Бог сделал вид, что не заметил этого.

Они проговорили не больше получаса, и когда вернулись, англичанин уже не сомневался в мотивах незнакомцев.

Фригийский царь многое рассказал ему, в том числе — о порождениях Лимба. К счастью, Лейн и сам однажды сталкивался с подобным, еще в детстве, когда гостил у бабки в Крю, что под Честером. Так что в эту часть истории он поверил без лишних вопросов.

Само собой, Мидас не упоминал о путешествиях во времени, но намекнул, что они попали сюда не на корабле. Ему на руку играл тот факт, что Лейн, воспитываясь в семье радикальных протестантов, с детства преисполнился жестокого отрицания ко всем традиционным религиями. Фригийский царь прикинул, что если бы этот человек не стал авантюристом и первооткрывателем, из него мог бы получиться дерзкий теолог.

Теперь Ральф Лейн был убежден, что его новые знакомцы действительно спасают жителей Роанока, хотя от кого именно — он все еще сомневался, и тут Мидас предоставил возможность живому и острому уму самому подыскать подходящие ответы. Англичанин согласился, что без фригийского царя (представившегося Дареном) и его спутников колонистам не выжить, поэтому он принял необходимость безоговорочно следовать их указаниям. При этом Ральф оставался главой колонистов и полномочным представителем Ее Величества в Новом Свете. Мидаса это требование позабавило, но виду он не подал.