Зенит Левиафана. Книга 2 (СИ) - Фролов Алексей - Страница 87

— Кто знает, — донеслось у них из-за спины. Карн не видел Ивана и не касался его ауры, но абсолютно точно знал, что Брат Вюрда широко улыбается, хитро сощурив глаза.

Они вышли к брошенной стоянке лесорубов еще до полудня. Карн попросил Ивана остаться в полусотне метров от крайних домов и маг понимающе кивнул. Танай же впервые проявил откровенную эмоциональность.

— Зачем? — голос его напоминал утробное рычание волка. — Он не просто проник в святая святых нашей великой твердыми, он поставил на грань весь мир! Для таких есть лишь одно наказание.

— Танай, друг мой, — Иван посмотрел на воина снизу вверх. За счет доспехов тот был выше мага на полголовы. — Именно потому, что он проник в библиотеку, мы просто не имеем права отправить его к праотцам. По крайней мере, не так скоро.

Из-под шлема донесся глухой рык. Танай отступил в тень молодого дуба и замер, обратившись изваянием, высеченным с филигранным мастерством из цельного куска зачарованной стали.

Карн и Мидас поспешили к стоянке и парень, на ходу проанализировав этот короткий диалог, со всей четкостью осознал — какая же удивительная картина предстала перед ними! Иван и Танай действительно идеально контролировали свои ауры и физические тела. Но Карн был не просто смертным с уникальными способностями к истинному зрению. Он был чем-то большим, и что-то внутри, какая-то глубинная сила, позволила ему увидеть ситуацию в целом, без ограничений, накладываемых его телом, личностью и окружающим миром.

Он понял, что это была всего лишь сценка, которую оба — Брат Вюрда и командир отделения Золотого Крыла — разыгрывали уже неисчислимое количество раз перед десятками и сотнями тысяч людских взоров. Так было нужно — чародей представал мудрым и рассудительным лидером, а воин — цепным псом, палачом, разящим врагов расы без колебаний. Иван внушал уважение, Танай — животный ужас.

— И неужели люди на это ведутся? — зло хмыкнул Мидас, едва Карн хотел сообщить ему о своих выводах. Но парень в очередной раз недооценил древнего бога, который даже без истинного зрения, видел и слышал гораздо больше, чем ему позволяли.

Однако фригийскому царю ситуация представлялась несколько иначе. Могло статься, что им дали это понять намеренно. И это уже совсем другой уровень контроля — протянуть раскрытые ладони, показав, что даже их в случае чего будет достаточно.

Этими мыслями он решил с Карном не делиться. Тем более, что подобные игры всегда утомляли парня, поэтому мечты о большой политике он бросил лет в шестнадцать, решив, что упругая задница Снежанны дает больше перспектив и уж точно больше удовлетворения. Был ли он наивен? Несомненно, но — лишь с одной стороны…

Зак не скрывался. Он стоял ровно на том самом месте, где прошлым утром (чуть более суток назад!) закапывал Антару. Карн услышал, как молодой воин тихо плачет, а потом почувствовал холодную каплю на кончике носа и спустя мгновение — еще одну, на щеке. Сначала он подумал, что это иллюзия разыгравшихся эмоций, но потом капли стали падать чаще и со всех сторон донесся характерный шорох. Шорох дождя в лесу.

Они с Мидасом замедлили шаг и подошли ближе, остановившись в дюжине метров от Зака, у стены дома, в котором втроем провели минувшую ночь.

Нет, вчетвером.

Молодой воин, поглощенный собственными переживаниями, кажется, не заметил их. Немудрено — осторожные шаги не так-то просто разобрать в дождь даже умелому уху. А может, он просто не видел смысла реагировать. До поры до времени. Но потом парень заговорил и развеял все сомнения.

— Ее можно вернуть, — слова звучали низко и хрипло, это не голос человека, обретшего надежду. Скорее, так мог говорить тот, кто собирается сделать нечто, чего, как он знает, делать не следует. — Всех можно вернуть. С помощью Зеркала Теней.

Иван, разумеется, рассказал им о свойствах артефакта. Его создали скиаманты ныне сгинувшего рода древних выходцев с Туле. О них не принято вспоминать, потому что они были первыми из расы, кто ступил на гибельный путь. Первыми и, увы, не единственными.

Зеркало Теней действительно могло вернуть в Ра любое существо, умершее из этой реальности. Реанимировать его в полном соответствии с образом, который запечатлелся на материи мира смертных в момент перехода. Грубо говоря — восстановить из последней резервной копии, которая не погибала, не была «за гранью», соответственно — оставалась собой.

Вроде бы за подобное можно отдать многое, даже собственную жизнь. Но Зеркало Теней требовало большего. За одного оно забирало всех, поглощая душу целого мира. Поэтому даже скиаманты никогда не использовали свое детище по прямому назначению.

Зачем тогда они создали его — на этот вопрос Иван не мог ответить. Может, сошли с ума от обретенной власти, а может — ими в тот момент руководил уже кто-то другой.

Так или иначе, но Карн сразу же присек закономерную мысль. Мидас поступил также. Они уже выбрали свой путь и не могут бросить его, не дойдя до финала. Тем более, что Зеркало сулит откровенно мутные перспективы. В отличие от того, что обещал Всеотец.

Зак медленно развернулся вокруг своей оси. Он изменился — сильно похудел, глаза ввалились, кожа посерела, ее избороздили глубокие морщины. Брат Вюрда говорил об этом — Зеркало Теней выпивало его жизнь. Но оно не выпьет ее до конца, оставит ровно столько, чтобы хватило исполнить задуманное.

Парень обеими руками прижимал артефакт к груди. На Зеркало Теней был наброшен лоскут непрозрачной ткани, плотно облегавшей его по контуру. Это был ровный круг сантиметров сорок в диаметре, судя по всему — довольно легкий, так как Зак не прилагал видимых усилий, чтобы удерживать его.

Иван предупредил, что Зеркало работает, если можно так выразиться, в обе стороны. Если в него смотрит мертвый — он возвращается в Ра, а если живой — происходит обратный процесс. Проблема в том, что «на той стороне» у живых нет «резервных копий», поэтому они не переходят в другое состояние, а просто перестают существовать.

Другой момент — от артефакта нельзя защититься, просто прикрыв глаза рукой. Зеркало отражает суть, а ее не скрыть. Иван сказал это, чтобы Карн и Мидас четко понимали, на что идут. Это окончательная гибель, без возврата. И тут даже Всеотец не поможет. Вопрос в другом — знает ли сам Зак об этом свойстве артефакта?

При этом пробить парню голову стрелой или усилием воли разорвать ему сердце не выйдет. Зеркало Теней обладает нечитаемой даже для Братьев Вюрда аурой. То есть артефакт в некотором смысле — живой, и он надежно защищает своего владельца силами, что много древнее подвластных владыкам Аркаима.

Карн и Мидас не стали спрашивать колдуна о том, как он намеревается забрать у парня опасную игрушку. Было ясно, что Иван готов пожертвовать хоть всеми воинами, лишь бы Золотое Крыло своими жизнями купило ему пару мгновений, необходимых, чтобы сблизиться с Заком и вырвать артефакт из его рук. Но теперь Карн подумал, что, быть может, стоило задать магу этот вопрос. Кто знает, может был у него другой вариант? Они то с Мидасом хотели просто попытаться уговорить парня, но, глядя на его нынешнее состояние и, что важнее — ощущая его измененную ауру, их общий параметр уверенности устремился к нулю с неожиданной для обоих стремительностью.

В энергетическом плане Зак почти перестал быть собой. Собственно, от молодого воина осталась лишь та часть его личности, которая хотела любой ценой вернуть Антару. Все остальное было оплетено и быстро поглощалось бесцветной аурой Зеркала Теней.

Неожиданно внутри Карна всколыхнулся мимолетный импульс узнавания. Он среагировал на ощущение и почти сразу понял, с чем его восприятие сравнило энергетику артефакта. С Арминиусом. А если точнее — с той аномальной пустотой, которую в эфире создавало его присутствие. Аналогия была безумной, но она БЫЛА.

— Ты прав, — Карн звучно выдохнул и как воздух покинул его легкие, так же все сомнения и неуместные мысли освободили сознание. А потом воздух вернулся в его тело, но сознание продолжало оставаться кристально чистым. Лишь так он имел шанс за что-то зацепиться в остатках личности Зака, ведь противостоять ауре Зеркала Теней он не мог. Потому что в привычном ему смысле — нечему было противостоять.