Война (СИ) - Гордон-Off Юлия - Страница 61

— Николай Александрович! Я и не бьюсь об заклад, но попытаться хочу и шансы не плохие. Вот завтра всё и обсудим. Потерпит день ситуация, господа?

— Хорошо! Николай Оттович! Идите отдыхать если утром выходить, а завтра жду с докладом!

— Хорошо! Честь имею! Господа!

Так, что придётся Феофана с запиской домой послать! Машеньку не увидим. Жаль, уже успела соскучиться. Николаю, чувствую, тоже взгрустнулось. "Николай! Вот объясни мне! Два адмирала и не последних планируют операцию, ничего не известно! Из пальца прикинули и готовы вперёд ломиться! Как так можно?" "Ты, знаешь, до знакомства с тобой я бы им и не возразил! Что-то известно, а там разберёмся!" "Ну, как так можно? Я — женщина понимаю, что это всё на авось!" "Варвара! Не бери в голову. Завтра всё посмотрим и доложим!"…

Ночью вышли к Эллиотам. Пока держим курс на Бицзыво, потом нам нужно прижаться к острову Куанг-Лу-Тау. Там с восточной стороны есть бухта и деревенька китайская, поэтому нам лучше подходить со стороны материка с юго-запада. Вот эту задачу Волков сейчас выполняет. Вышли к острову перед самым рассветом, Клёпе Никифорыч выдал свежую нарезку с икрой и разваренной пшёнкой, нашёл таки матёрый кок, что девочка любит. С первым лучами солнца вылетели, хорошо, что с погодой повезло. Больше четырёх часов кружили с ней над островами. Насчитали семь истребителей, двенадцать крупных миноносцев и восемь малых, две канонерские лодки, два военных транспорта или вспомогательных крейсера, четыре береговые батареи, и довольно большую береговую базу. При нас выходил один миноносец и заходил другой, проход прямо под пушками береговой батареи. Две рыбацкие деревни стоят совершенно пустые, как и третья на берегу бухты с восточной стороны острова, где мы притаились. Численность на берегу до батальона. Пушки на батареях не пехотные, а морские крупного калибра, хотя и короткоствольные. Скорее всего и расчёты из моряков, то есть стреляют лучше, чем сухопутные. Перед обедом снялись и пошли обратно на полном ходу.

По пути дорисовывали и уточняли всё, что рассмотрели. Ещё бы точно знать, где минные поля и можно было бы считать, что собрали полную информацию. Обсудили возможные планы. То, что здесь с одними миноносцами делать нечего, это однозначно, но не броненосцы же сюда тащить. А Вирен как раз увёл свой отряд к Чемульпо заблокировать его. В результате у нас в Артуре остались кроме миноносных отрядов и броненосцев, старички "Забияка", "Джигит" и "Разбойник", канонерка "Маньчжур", минный крейсер "Всадник", минный заградитель "Амур" и транспорты "Ермак" и "Ангара", ну и мы, само собой. И с кем воевать против двадцати миноносцев и истребителей при четырёх батареях и двух вспомогательных крейсерах. А броненосцы туда даже подойти толком не смогут.

Так, что господа военно-морские офицеры не совсем дурили, а пытались найти решение при минимуме имеющихся сил и средств. Вообще, даже все пять крейсеров Вирена здесь не особенно бы помогли. Не смогут пять крейсеров заблокировать такое большое пространство. Специфика ситуации в том, что миноносцы быстрее почти всех наших кораблей, а с нашими миноносцами они могут воевать на равных и ещё вопрос у кого выучка и шансы выше. А от крейсеров они просто могут разбегаться в рассыпную, и попади в них ещё попробуй, ведь у них нет магического наведения. А самая большая проблема, это те, кто высажены на берег. Ведь берег чистить надо, к чему в тылу оставлять толпу злых вооружённых японцев? Мы в одиночку тоже мало что сможем, ведь при всём желании не разорваться.

Как ни прикидывали, а обеспечить полное уничтожение или захват всего на островах не получается. Как доставить на берег батальон пехоты? Наших двух транспортов не хватит, ведь и с берега не будут мирно наблюдать нашу высадку. Ну, положим, мы сможем войти во внутреннюю акваторию, между двумя канонерками перекрывающими проходы Ермака и Бобра мили три будет. Против, скорее всего бронированных канонерок нашим калибром придётся долбиться, как зубочисткой окоп копать. А с учётом неизвестных минных полей и моих купированных возможностей подойти на торпедный залп остаётся проблематичным. То есть нужно как-то нейтрализовать канонерки, ведь их калибрами нам и одного снаряда будет не мало, не утонем конечно, но проблем хватит надолго. И ещё не забывать, что южная канонерка стоит под прикрытием двух береговых батарей, что делает наш возможный с ней бой вообще нереальным. А главное, что есть два десятка миноносцев и истребителей, которые, как тараканы разбегутся во все стороны очень быстро, из чего следует, что любая операция должна быть неожиданной и молниеносной. Но есть у меня очень большое подозрение, что в этом времени о таком не только солдаты и матросы ничего не знают, но и самые продвинутые генштабовские теоретики в эту сторону соваться не пробовали. И дело не в тупости или кондовой шаблонности, ведь ещё в прошлом веке великий Суворов сформулировал свою легендарную формулу победы, где скорость стояла во главе. Вот только эта скорость в восприятии моего времени — как Кан-Кан пьяных улиток, потому, что в корне вопрос упирается в связь и координацию, без которых никакого смысла и реализации скоростных действий.

И вообще, я сейчас упёрлась в классику… Как-то подкинули мне "халтурку", надо было капельницы на дому поделать. Пациенткой оказалась жена Занданова* генерала медицинской службы. И вот пока капельница медленно капала, мы за чаем болтали с этим удивительным дядечкой. А когда он сказал, что преподаёт на кафедре ОТэМээС в Академии, я видимо выразила на лице что-то пренебрежительное, и он стал объяснять. Нам в училище преподавали военную подготовку, ведь на случай войны мы все военнообязанные, а я, так вообще — прапорщик медицинской службы запаса. Так, что понятия этапов медицинской эвакуации, правила первичной и вторичной сортировки, уровни оказания помощи на каждом этапе и маркировка эвакопакетов, это нам вдалбливали со всем возможным тщанием и сумели внушить уважение к преподаваемому. К слову, во время своей работы на скорой не раз вспомнила добрым словом старого отставного майора медицинской службы, который вёл у нас занятия, потому, как оказывалась практически в условиях передовой, когда ты одна, а перед тобой куча раненых и покалеченных, на тебе белый халат и никакого права на истерику или промедление. Конечно, в салоне стоит "Алтай" и водитель связался с Центром и к нам уже летят моргая синими маячками собратья со всех окрестных станций, но пока они приедут разгребать надо самой. И ещё нужно помнить, про возможные будущие претензии прокуратуры, за уничтоженные улики или невнятные показания, ведь им плевать на медицинскую помощь, им дело нужно расследовать. Вот и вывернись через собственный воротник замечательная девочка-припевочка по имени Фельдшер-Выездной-Бригады-Скорой-Медицинской-Помощи в белом приталенном накрахмаленном халатике, которого хватает на половину суточного дежурства, потом его как корова пожевала. И ещё молись, чтобы водитель оказался толковый и свой, который тебе спину прикроет, пока будешь пострадавшими заниматься. Совсем не шутка, однажды, когда на перекрёстке гружёный КамАЗ на скорости въехал в экскурсионный автобус с детьми, обезумевшая толпа на мне не только халат, но блузку с клочья разорвали, хорошо, что джинсы такими крепкими шьют, а прикомандированный водитель сидел в машине вцепившись в руль, с выпученными как у какающего хомячка глазами. Так, что водитель с крепкими кулаками, который сможет лужёной глоткой и затрещинами удержать толпу на расстоянии — это дорогого стоит.

А Занданов открыл мне другие аспекты, которых я не касалась ни разу, ведь моё дело маленькое и конкретное. А оказалось, что медицинское обеспечение морской десантной операции — это высший пилотаж для начальника медицинской службы. Я тогда влезла, что и воздушные десантники есть, на что он поморщился и сказал, что есть, конечно, но у них задачи локальнее, а работают чаще всего автономно, так, что ничего глобального и сложного в их обеспечении. Просто по разумному максимуму всё с собой, а если есть раненые и возможность вызвать эвакуатор, то вызвать и передать. Если не вызвать, то лечить, как можешь и всё. Исключение, если десант высадочным способом с развёртыванием плацдарма, тогда просто развёртывается этап эвакуации на аэродроме, откуда нуждающиеся вывозятся в тыл, принципиально, это то, что обычно делает вся медицинская служба армии. А сложность и специфика морского десанта — это чаще всего масштаб операции не менее батальона с высадкой на защищённый берег, то есть первые раненые и пострадавшие появляются ещё, когда никто не ступил на желанный берег, то есть их уже нужно лечить и вывозить. А на море скорости, расстояния, а значит время вывоза чаще всего гораздо дольше, чем авиацией, поэтому желательно лечить уже при транспортировке, но для высадки редко когда используют большие корабли, ведь к берегу вплотную часто могут подойти только маленькие катера или охотники. А, к примеру, оперировать на болтающемся как поплавок на воде катере в каком-нибудь тесном полутёмном отсеке — это странное развлечение. Поэтому в группировку кораблей обеспечения десантной операции желательно включить специализированное госпитальное судно и санитарные катера, и опять вопрос, сколько судов, сколько катеров?! Куда каких врачей, фельдшеров, санинструкторов, а ведь у врачей ещё и специальности есть, и каждая категория раненых требует своих специфичных условий и так далее. И это только вершина айсберга вопросов и проблем, которые нужно решить начальнику медицинской службы десантной операции, ведь любая его ошибка или небрежность это погибшие, как и у командира допустившего просчёт, только у второго гибнут в бою, а у первого гибнут от неоказания своевременной и соответствующей помощи…