Святая Мария (СИ) - Гордон-Off Юлия - Страница 25

  Укоротившаяся практически вдвое не нанесшая никакого видимого ущерба нашей английская броненосная линия, видимо, совсем не собиралась разворачиваться для продолжения боя, а не потеряла надежду двигаясь этим курсом дойти до Вей-Ха-Вея. С началом боя остававшиеся позади и слева от линии лёгкие крейсера англов, уверена, очень внимательно наблюдали избиение их броненосных сил и сейчас пытались отойти ещё западнее, дальше от линии наших броненосцев, которые сейчас неспешно заканчивали последовательный разворот, чтобы догнать и продолжить "воспитание" линии англов, вернее того, что от неё осталось. Но надвигающаяся ночь сейчас играла на руку англам, а оставшиеся пять кораблей линии англов, не собирались останавливаться из-за болтающегося без хода бывшего головного броненосца, похоже, что на головном командования эскадры не оказалось. Я показывала Николаю расклад сил на море, и становилось очевидно, что второго прохода нашей эскадры не выйдет, англы разгонялись до максимальной скорости, а это значит, что их двадцать узлов выиграют у нашего эскадренного максимума в шестнадцать узлов в самом лучшем случае, воевать англы больше сегодня не хотят.

  Почему же стратег и тактик Макаров так неудачно построил свою атаку, что фактически отпустил остатки английской эскадры? Ведь даже в предварительном обсуждении виделось, что наша эскадра будет проходить и с большого расстояния расстреливать англичан, что само по постановке задачи предполагаем многократность, а в результате один проход и теперь англов не догнать. Видимо Макаров не мог предположить, что хвалёные просвещённые мореплаватели поведут себя как шавка поджавшая хвост после первого пинка. И даже увёл эскадру для разворота Макаров так далеко, с гарантией выведя её из-под возможного накрытия артиллерии противника, учитывая сохранившийся вбивавшийся столетиями пиетет и уважение к "Владычице морей". В результате, сейчас наша победа фактически уплывала из рук, ведь всегда любая победа "по очкам" оставляет душок в послевкусии, по сравнению с "чистым нокаутом"... Очень не хотелось оставлять бриттам эту лазейку, ведь с их гнусной изворотливостью, они из этой лазейки себе главный парадный вход соорудят и всех в него ходить заставят...

  И когда Николай предложил провести ещё одну атаку, я сама поняла, что это может единственная возможность поставить в этом бою выразительную финальную точку, а может и восклицательный знак. И хоть мы со Степаном Осиповичем этот вариант не рассматривали, но, думается, что он нас не осудит. Вообще, я так разозлилась, это же надо быть такими уродами, столько пальцевого растопыра на весь мир, а едва по сусалам дали, так сразу драпать, а я ещё с вас за Севастополь до конца не спросила, не говоря про расстрелянные мирные дома Копенгагена вашим Великим-Героем-Горацио-Нельсоном. Когда мне про это рассказал наш сосед - старый капитан, он тогда сказал, что в знак траура по мирным жертвам этого преступления и память об этом позоре всех военных моряков, в морской форме всегда будет чёрный цвет. Нет, города захватывали и грабили во все века и само собой страдали мирный и невинные жители, но так цинично без цели захвата, расстреливать мирный беззащитный город, а главное - выдавать это потом за великую военную победу... Ох! Большой счёт к джентльменам накопился, а они удирают, обидно! Воодушевление, с которым "Новик" рванул в новую атаку охватило весь экипаж, и шансов загнать кого-нибудь под палубу не было ни одного, так, что, Варенька, ни одного снаряда близко не подпускать! Тем, более, что четверо из минного расчёта палубного аппарата с лейтенантом Миллером попавшие под шрапнель сейчас забинтованные, к счастью, все живые, уже лежат в лазарете у Георгия Самуиловича и нам этого хватит на сегодня!

  От наших броненосцев вы убежать можете, но не от "Новика"! Мы даже не успели приблизиться на четыре мили, как англы уже открыли сумасшедший огонь в нашу сторону, но словно ангел мщения, неуязвимый сквозь лес водяных фонтанов наш красавец настигал хвост линии и уже выходил на первый залп, когда вся английская линия кинулась врассыпную. Это оказалось настолько неожиданно, что Николай промедлил с командой на торпедный пуск секунд пятнадцать, но в результате торпеда всё-таки покинула аппарат. А артиллеристы отводили душу, садя нашим главным калибром в пытающегося маневрировать замыкающего, с плещущимся за кормой огромным английским военным флагом, это у капитана мания величия, или просто, чтобы видно было лучше? Но сложность была в том, что два последних корабля атакованные нами левым бортом удирали влево, а следующая пара повернула вправо, в отличие от головного броненосца, который выбрал левую сторону поворота.

  И вот сейчас нам для того, чтобы стрелять, нужно как-то извернуться в манёвре, и главное, что красивого выразительного прохода не получится никак. Можно немного принять правее и догонять четвёртого в линии, чтобы потом разворачиваться и гнаться за парочкой ушедшей вправо. Вообще, они здраво решили спасаться как получится и шансы удрать хоть у кого-нибудь они повысили, но не учли, что этим разозлили меня ещё больше. Так, что когда Николай приказал идти прямо, чтобы потом поворачивать вправо и выходить на залп правым бортом, я подсекла под кормой удирающего четвёртого, но видимо была не очень внимательна, и вместо того, чтобы отсечь ему винты и перо руля, кажется срезала часть днища на корме, потому, что он непросто потерял ход, а стал садиться вводу кормовой частью и кажется взорвался один или несколько паровых котлов, потому, что после глухого хлопка позади труб из него вырвалось бело-серое облако, а в воду начали спускать шлюпки и прыгать просто так. Когда мы поравнялись с шедшим раньше третьим и начали выворачивать для залпа, дошла до цели первая торпеда, от которой не спасло судорожное маневрирование, и взрыв под бортом доказал этот тезис. На палубе прервали стрельбу, чтобы громкими криками приветствовать это попадание.

  Так как в нашу сторону стрельба почти прекратилась, я старательно доводила каждый наш снаряд до цели, и наконец удалось довернуть так, что наш борт покинула вторая торпеда и подхваченная пошла к своей цели, а Николай, с моей высоты показалось, не очень правильно скомандовал принять влево, чтобы догнать и обойти нашим правым бортом, выгоднее было принять правее и выходить левым бортом, как мне кажется. Но сейчас мы настигали второго в линии и первого из броненосных крейсеров следуя ему строго в кильватер, и этот негодяй выпустил в нас две торпеды, которые, скорее всего, не попали бы и не сработали при таком остром угле встречи. Но ведь испугал меня, когда заметила их, когда они успели пройти больше кабельтова, как-то совсем выпустила из поля внимания наличие на многих крупных кораблях подводных торпедных аппаратов и когда Николай довольно резко отклонился от курса ведущего к торпедам и выводящего нас правым бортом для стрельбы, с крейсера на полном ходу стали спускать шлюпки, что не остановило наш торпедный залп, как и его результат...

  Оказавшиеся в момент начала нашей атаки русские лёгкие силы восточнее и дальше нас на пятнадцать кабельтовых, рванули за нами. Николай со смешком заметил: "Видела, что первой повернула "Фемида"?! Молодец - Тремлер, сразу понял, что мы в атаку пошли...". Теперь впереди шёл "Аскольд" и уже с трёх миль начал гвоздить почти остановившегося и накренившегося замыкающего, а миноносцы пошли собирать тонущих к тонущему кормой к бывшему предпоследним в строю англичанину. Конечно, огонь и калибры "Аскольда" не шли в сравнение с тем, что творила на проходе наша броненосная линия, а я не могла направлять его снаряды, слишком далеко и не отвлечься было. Наша эскадра, наконец, вышла на дистанцию стрельбы и стала добивать бывший головной английский броненосец, который кажется, спустил флаг, но наши предпочли этого не замечать, вспомнив завещанное: "Кто к нам тогО, тот от тогО и тогО!".