Выполнение замысла (СИ) - Савелов Сергей Владимирович - Страница 11

- Вот как? Хотелось бы тебя послушать и оценить. Может, встретимся, и ты споешь? Заодно хотелось бы и песню о блокаде услышать, - предлагает.

- Не знаю, как получится? - затрудняюсь с ответом, - тут решил с ремонтом знакомым помочь. На неделю думаю, растянется, а там домой надо будет ехать, к школе готовиться, - сообщаю, намекая, что не только у взрослых бывают проблемы и желательно не затягивать с принятием решения по моим сообщениям.

- Ты понимаешь, что не от меня многое зависит, - отвечает сочувственно. - Вечером жду звонка! - прощается.

- Всего доброго! - желаю в трубку.

«Похоже, Петр Петрович решил наладить со мной дружеские отношения», - соображаю по дороге в квартиру. «Романов порекомендовал или его собственная инициатива?» - гадаю.

Нудный дождь не унимался. «Может зонт купить?» - закралась мысль. В период учебы и службы в Вооруженных Силах мне на всю оставшуюся жизнь привили правила офицерского этикета. Всегда находиться в общественных местах и на улице - застегнутым на все пуговицы. Не носить в руках пакеты и зонты. Не допускал сам курения и лузганиясемечек на ходу и требовал этого от подчиненных военнослужащих и сотрудников милиции.

«Сколько времени нахожусь в Ленинграде, а только сегодня вспомнил о творчестве!» - мысленно отметил. «Постоянное внутреннее напряжение, стрессы и отсутствие свободного времени не способствуют творческому настроению», - оправдываю себя.

Пока Вадим возился с электрикой, попытался припомнить песни о женщинах. «Ах, какая женщина», «Дорогая» Амирамова мне не нравились и по возрасту не подходили.А вот песня - «Женщина средних лет» красивая, мелодичная и отражает настроение большинства одиноких женщин.

Представляю тетю Свету. Привлекательная, умная, еще не старая, но в жизни не повезло. Оказалась к сорока пяти годам одна. Впереди - одиночество и старость. Жалко ее.

Вспоминаются слова песни: «Женщина средних лет… Дома никто не ждет... Перекресток и красный свет - можно и не спешить... День ее рождения... Дай ей бог терпенья и любви немного!» Зачитывая рифмы, напеваю. Вспоминаю мотив и придумываю слова. «Накроет на кухне стол, к чаю достанет тортик. Вспомнит о чем-то личном, сделает два звонка…»

Мое творчество прерывает приход плиточника. Дедок, лет шестидесяти, невысокого роста, одетый в старенький плащ хитро рассматривает меня из-под кустистых бровей. Вадим в нерешительности топчется у него за спиной и со скрытым весельем и любопытством наблюдает за мной. «Чего он ожидает? Развлечения?» - мелькнула мысль.

- Здравствуйте, проходите, пожалуйста, - проявляю вежливость.

- Взрослые, когда будут? - интересуется гость, не трогаясь с места и не отвечая на приветствие.

Понимаю, что происходит что-то непонятное, но не врубаюсь. Я еще мысленно на поэтической волне. Пытаюсь перестроиться и понять, чего от меня хотят? Кажется, начинаю соображать, что это обычный развод «клиента» на «бабки». Сделать меньше, а получить больше. А чтобы заказчик еще остался и благодарен, то сразу поставить его в унизительное положение просителя.

- Вам «шашечки» или ехать? - интересуюсь, сбивая дедка с его темы.

- Какие шашечки? - удивляется.

- Анекдот такой, - отвечаю устало и рассказываю:

«Девушка голосует у дороги. Останавливается машина.

- Девушка, вам куда?

- А вы такси?

- Садитесь.

- А «шашечки» где?

- Вам «шашечки» нужны или ехать надо?»

Дедок тонко рассмеялся, а Вадим понимающе улыбнулся. Внутри чувствую поднимающееся раздражение. Тут и так проблем немеряно, а еще с этим «гегемоном» время терять приходиться.

- Вам заказ нужен? Если я не устраиваю в качестве заказчика, то до свидания! Позднее найду и заплачу другому мастеру, - сообщаю обоим. - Взрослых не будет, я за хозяев и деньги мои, - добавляю.

Дедок весело и с любопытством рассматривает меня, склонив голову набок.

- Договоримся, - сообщает, соглашаясь, и протягивает руку: - Валентин Валентинович!

Рука жесткая, крепкая и неожиданно крупная ладонь.

- Показывай заказчик, чего ты хочешь? - предлагает и проходит в коридор.

Вадим с каким-то облегчением проходит мимо нас на кухню. Показываю плиточнику объем работ и высказываю наши с тетей пожелания. Дедок достав рулетку, замеряет помещения санузла и записывает в потрепанную записную книжечку. Потом поднимает хитро прищуренные глаза на меня:

- Материал купили уже? Размер плитки какой? Стандарт?

- Некогда мне с этим возиться. Я рассчитывал, что Вы мне в этом поможете. Транспорта для доставки тоже нет, - признаюсь.

Хмыкнув, мастер начал опять чиркать в своем блокноте, чего-то подсчитывая.

- С цветом определился? - интересуется.

- Приблизительно. Я ведь не знаю, что можно выбрать? - сообщаю.

- А денег-то у тебя хватит? - интересуется, хитро улыбаясь.

- Хватит и на мороженое останется, если плитка будет не антикварная, без золотых изразцов и не из Вавилона, - улыбаюсь.

- Договоримся, - повторяет мастер. - В какие сроки тебе надо это сделать? - интересуется.

- А Вам, сколько понадобиться времени на качественную работу? - по еврейски отвечаю вопросом и киваю в сторону санузла.

- Как материал будет. Дней восемь, - прикидывает. - За плиткой можно будет съездить завтра.

Я в растерянности. До конца каникул успеваю с ремонтом, но тогда срываются все остальные планы. «Надо советоваться с тетей», - принимаю решение.

- У Вас есть телефон? - интересуюсь. - У меня нет времени на такой срок. Надо посоветоваться с родственниками, - поясняю.

- Хорошо, звони, - покладисто соглашается и протягивает визитку (!). (Вот так плиточник!). - Учти, что на мою работу очередь, - предупреждает.

Киваю и протягиваю «трояк» за беспокойство. Дедок с достоинством убирает купюру в старенький кошелек.

У Вадима тоже возникли какие-то проблемы с совместимостью резьбовых соединений. Ему пришлось спускаться в подвал и отлучаться на участок. Похоже, поначалу казавшимся таким легким ремонт, затягивался. Теперь понимаю тетин скептицизм. «Все равно выполню все, что задумал!» - пообещал себе.

Вечером отчитываюсь перед родственницей за проделанную работу. Она с удовольствием вертит блестящие ручки кранов непривычного дизайна и щелкает новыми выключателями. «Действительно красиво выглядят импортные краны и смесители», - отмечаю про себя.

- Какой же ты умница у меня, племянничек! - радуется по-детски. - Это, наверное, очень дорого? - смущается.

- Не дороже денег, - отмахиваюсь. - Я Вам не сказал, что встречался по поводу вызова по телеграмме. Сейчас жду решения. Не знаю, когда вызовут еще, а время поджимает - надо к школе готовиться, - сообщаю. - Сегодня встречался с плиточником. Завтра можно ехать выбирать и приобретать плитку. Однако работа займет больше недели. Я опасаюсь не успеть до школы, - предупреждаю расстроенно.

Теперь озадачилась хозяйка.

- Ну и ничего, жила без плитки и проживу еще, - успокаивает меня.

- Может купить плитку завтра, а положим потом, - предлагаю. - Мне, вероятно, неоднократно еще придется приезжать в Ленинград, - предполагаю.

- Это было бы замечательно! - радуется. - То, что приезжать будешь, - объясняет причину радости. - А с плиткой, бог с ней. Проживем и без нее.

- Вы же мечтали о плитке, кухонном гарнитуре и стенке? - напоминаю. - Я уже обо всем договорился насчет плитки и плиточника. Остается только привезти и кому-то находиться в квартире, пока ее кладут, - настаиваю. - А мебель потом куплю, - обещаю.

В ожидании смотрю на нее.

- Добрый ты слишком. Мне стыдно пользоваться твоим бескорыстием, - признается. - Лучше прибереги эти деньги, на что нибудь другое или маме отдай. Ей на новую обстановку понадобятся и на ремонт в квартире. Знаешь, в каком состоянии у нас сдают новые квартиры? - советует.

Глядя в пол, стараясь не показывать своего недовольства, начинаю медленно говорить:

- Маме я уже оставил денег достаточно, чтобы обставить и отремонтировать несколько квартир. Денег у меня хватает, и заработаю еще. Мне просто хочется помочь своим близким и родным людям. Сделать то, чего они пока позволить себе не могут. Позвольте тетя мне Вам помочь. Не отказывайтесь, пожалуйста!