Чёрному, с любовью (ЛП) - Андрижески Дж. С. - Страница 70

Брик посмотрел на него.

Судя по слегка поджавшимся губам, он явно расслышал эмоцию в голосе видящего. Он впился в него пронизывающим взглядом, затем эти стеклянные глаза переключились на Ника.

— Этот питает к тебе довольно нежные чувства, Наоко, — заметил он, слегка нахмурившись. — Ты забыл упомянуть его.

— Потому что я не думал, что он знает, кто я вообще бл*дь такой, — сказал Ник.

Голос Ника заставил меня буквально подпрыгнуть.

Затем моё сердце бешено заколотилось.

Его голос звучал так знакомо, что мою грудь пронзило болью. И всё же я слышала в его словах намёк на ту мелодичность.

Он продолжил совершенно скучающим тоном.

— …Не считая того, что он трахал человечку, которую я хотел трахать, и привлекал взгляды каждой женщины в нашем лагере, я ничего о нём не знал. Он один из тех, кто вошёл в дверь в Нью-Мехико. Он их лидер… был лидером, пока не примкнул к Блэку.

— Ну, он тебя знает, — сказал Брик, всё ещё всматриваясь в лицо Джема. Он казался ошеломлённым этим наблюдением и адресовал следующие слова Джему. — У нас возникнет проблема, друг? Или ты сумеешь контролировать себя, пока мы тут не закончим?

Нахмурившись, я во второй раз посмотрела на Джема.

В этот раз я увидела то, что видел Брик.

Джем задышал тяжелее, из его света исходила густая холодная ярость. В этот раз он не просто выглядел воинственным; он выглядел так, будто готов убивать голыми руками.

Блэк тоже явно почувствовал это.

Взглянув на Джема, он показал на него несколькими взмахами пальцев. Я почувствовала, что он также послал что-то своим светом.

Что бы там ни было, он не сопроводил это словами.

Джем посмотрел на него.

Его зелёные глаза полыхали жаром, но он действительно смотрел на Блэка и, похоже, что-то увидел — какое-то родство или понимание.

Что бы там ни было, это заставило его сдать назад.

По крайней мере, временно.

Брик продолжал настороженно оценивать Джема, хотя адресовал свои слова Нику.

— Ты определённо более популярен в этих кругах, чем говорил нам, дражайший.

Ник не ответил. Выражение его лица даже не изменилось.

От него исходило ощущение мысленного пожатия плечами.

Брик посмотрел на меня, затем на Блэка, и выражение его лица оставалось настороженным.

— Я приношу извинения за эмоциональную травму, которую всё это, несомненно, наносит тебе и твоим людям… особенно твоей жене, — сказал вампир таким же настороженным тоном. — Но мне нужно было, так сказать, поженить наши лагери. Это показалось мне самым эффективным способом… а возможно, и самым безопасным способом для меня.

Я взглянула на Блэка.

Теперь он пристально смотрел только на Брика.

Его лицо ничего не выражало. Я чувствовала его через структуру связи, которую мы делили, но ни капли этого не показывалось на его лице или в глазах.

— Ты знал, что я этого хотел, — добавил Брик, переводя взгляд между мной и Блэком. — Изначально я готовил это для твоей жены, как тебе известно. Я действительно думал, что так будет лучше для обоих миров, для нас обоих. Я знаю, как ты любишь, когда один из нашего вида забирает твою кровь, Квентин. Я поистине надеялся и верил, что если у твоей жены будет эта способность… эта дополнительная возможность доставить тебе удовольствие… то это станет дополнением к вашему браку. К вашей сексуальной жизни, как минимум. К тому же, разве есть лучший способ понять наш вид, чем брак с одним из нас?

Лицо Блэка не дрогнуло.

И всё же я чувствовала завиток жара под моими ногами, от которого становилось сложно держать лицо. Это так сильно напоминало мне об острове Мангаан, что я не могла перестать коситься на Блэка.

— …Однако я обратил внимание, — осторожно продолжил Брик, теперь наблюдая в равной мере за мной и за Блэком. — Что обращение Мириам сопряжено с некоторыми рисками. Не столько из-за её смешанной крови. Я уже почти уверен, что её кровь совместима с превращением в одного из нас. Нет, проблема крылась в её браке с тобой, Квентин.

На мгновение переменив позу на стуле, он оценил наши лица, затем продолжил тем же осторожным тоном.

— Из-за природы того, как связываются ваши люди, я не мог предсказать, как Мириам… или ты сам, Квентин… отреагируете на такое радикальное изменение в физической природе одного из вас. Мне сказали, что связь и без того делает вас крайне восприимчивыми к любым изменениям друг в друге, и внесение ещё большей нестабильности в эту смесь может привести к серьёзным последствиям. Не только для Мириам, но и для тебя, Квентин. И для меня, поскольку я изменил бы её так, как изменил Наоко, что сделало бы мою жизнь зависимой от жизни Мири. Возможно, это связало бы жизни всех нас троих.

Слегка нахмурившись, он добавил:

— Меня и ранее предупреждали о подобном представители вашего вида. Эфраим, в частности, очень настаивал, что если Мири станет одной из нас, то это должно случиться до завершения связи между вами. Похоже, он считал, что я играю с огнём, экспериментируя с подобными вещами даже тогда, Квентин… но он сказал, что пробовать такое с полностью завершённой связью равносильно самоубийству.

Склонив голову, Брик взглянул на меня, затем на Блэка.

— Честно говоря, Эфраиму эта идея была ненавистна вне зависимости от времени реализации. Теперь, лучше понимая ваш вид, я склоняюсь к такой точке зрения. Связь священна для ваших людей. Я уважаю это чувство. Поистине. Я не стал бы и помышлять о подобном, если бы не существовало столь отчаянной необходимости связать наших людей до того, как Чарльз полностью завербует тебя в свои расистские помешательства.

Нарочито помедлив, Брик добавил:

— После Нью-Йорка, и после того, как Дориан вытащил меня из той адовой дыры в Вирджинии, я предполагал, что нашим видам уже поздно заключать союз, Квентин. Я предполагал, что к тому времени армия дяди Чарльза полностью промыла тебе мозги.

Губы Брика подёргивались в улыбке.

Это была не саркастическая улыбка. Она показалась мне вполне искренней.

— Представь себе моё удивление, когда ты, Квентин, заявился на то болото в Луизиане, ища меня. Поначалу я совершенно растерялся и не знал, как реагировать. Я также не мог заставить себя надеяться, что означает эта твоя перемена настроения. Затем, когда ты позволил мне и Дориану уйти невредимыми из той засады в Вашингтоне, и даже запросил нашей помощи на том острове с чокнутыми людьми, я знал, что боги преисподней непременно посылают мне знак.

Я почувствовала, как тот жар всё жарче распаляется вокруг Блэка.

Я также ощущала его сокрушительное чувство вины, когда он осознал слова Брика.

И всё же выражение его лица не дрогнуло.

— Однако я никогда не забуду предостережение Эфраима, — задумчиво сказал Брик. Он легонько постукивал пальцами по столу. — Я помню, что он говорил про вас двоих. Я помню, как он объяснял мне, что использование одного из связанной пары для создания кровной связи с нашими людьми может окончиться феерическим провалом… не говоря уж о трагедии, за которую я никогда себя не прощу. Так что я стал искать другой способ.

Посмотрев на лица по нашу сторону стола, он выразительно пожал плечами.

— Я решил, что будет лучше, если я буду избегать тех, кто совместим с моей вампирской кровью, хотя у меня есть возможность создавать любых своих детей через кровную связь, если я пожелаю. Однако что более важно, я хотел того, кто станет активом… и для моих людей, и для ваших.

Помедлив, он вновь сделал один из тех извиняющихся жестов.

— В итоге выбор оказался очевиден. По крайней мере, для меня.

Взгляд Брика метнулся к Нику, голос оставался задумчивым.

— Признаю, я сделался неравнодушен к Наоко, как только заметил его. Как только я увидел, насколько тёплые чувства к нему питает твоя жена… и ты сам, Квентин, вопреки явной ревности к его отношениям с Мириам… я знал, что это должен быть он. Чем больше я наблюдал за ним и замечал его личные черты, навыки, ум, тем сильнее я убеждался, что он станет отличным прибавлением к моей семье. По правде говоря, я остался вполне доволен.