Чёрное Кольцо (СИ) - Иванов Алексей - Страница 37

— Мы знакомы? — Спросила девушка

— Вы меня не знаете. Да и куда мне, простому тренеру Боевой Школы до ваших интересов государственной важности? Хотя, я удивлён, что Тантей обо мне помнит.

— Почему? — Спросила Мирия.

— Он меня сюда и изгнал.

— За что?

— Это было давно и сейчас уже не имеет никакого значения, — сказал он на русском, потом перешёл на Арейский. — Зовут меня Николай Андреевич Волков — не спрашивайте — и, если ты хотите безопасно влиться в этот мир, то рекомендую слушать меня во всём.

Мирия послушно кивнула.

— Хоть там ты и была всесильным Великим Магистром, здесь ты — никто. И чем раньше ты это усвоишь, тем лучше будет для тебя. Ты не первая, кто попадает сюда, поэтому план действий отработан неоднократно. Прошу его не нарушать.

Мирия ещё раз кивнула.

— Завтра я займусь вашими документами. Это может занять пару недель. Зато потом никто не усомнится, что ты родом из, — он задумался, разглядывая её, пусть будет Норвегии. Пока ждёшь паспорт, учи язык. Если тебе негде жить, можешь пока остаться тут, — он многозначительно посмотрел на Александра. — Но, думаю, это ненадолго. Уже решили, какое возьмёте имя, — последний вопрос он задал на русском, обращаясь к Александру.

— Думаю, Мария — будет неплохо.

— Ну да, — иронично ответил Николай Андреевич, потом как-то в сторону добавил, — Мария никак не может быть с Норвегии. Тогда… Дания?

Александр подумал, что от него ждут ответа.

— Вы в этом вопросе специалист, вам виднее.

— Виднее, — холодно сказал Волков. — Значит, Дания. После этого он опять перешёл на Арейский язык. — Тебе будет по нраву, но не все местные и это получают. Дальше уж сама.

— Я всё поняла, — сказала Мирия. — Но я не думаю, что ты всё это делаешь из добрых побуждений. Полагаю, мне чем-то придётся отплатить?

— Вот не зря она возглавляла Школу! — С нотками восхищения сказал Николай Андреевич Александру на русском, потом ответил Мирии. — В течение года будешь платить мне небольшую компенсацию. Или двух. Зависит от того, как скоро ты покинешь мой дом и как много будешь зарабатывать. Договор, конечно, заключим, — спешно добавил он в конце, и уже собирался уходить.

— Можно последний вопрос? Остановила его Мирия. — Он раздражённо вздохнул и уставил на неё безразлично-ожидающий взгляд.

— Много наших здесь?

— Меньше, чем ты думаешь, но больше, чем тебе хочется.

— И что это значит?

— Это значит, что я не знаю. Я не веду учёт пришедшим. И не слежу за вернувшимися. И мне уж точно плевать на умерших. Располагайся.

Развернувшись, Николай Андреевич, покинул дом.

— Какой приятный человек… — С сарказмом сказал Александр.

— Мне он приятным не показался. Скорее совсем наоборот.

— Тебе ещё многому надо научиться, — сказал с улыбкой Александр и, обняв девушку за плечи, нежно прижал к себе.

Глава XXXIII

Стелла нервничала. Кроме того, что идти по полуразрушенной и пустой Крепости было страшно, она сомневалась, что её затея сработает и уже в который раз повторяла в голове инструкции, которые прочитала всего раз и быстро.

Она вообще сомневалась, что найдёт устройство там же, где его спрятала, но одной в Крепости всё равно делать было нечего. Зал Суда выглядел особенно разрушенным. Видимо, сотни заключённых, находившиеся в его подвалах вырвались, когда магия покинула запирающие их замки, и в общей суматохе решили таким образом отомстить.

Стелла осторожно ступала по пепелищу, освещая себе дорогу очень хитрым фонарём, который оставил ей Тантей. Почерневшие от сажи стены выглядели особо зловещими. Висевший в воздухе пепел затруднял дыхание, поэтому Стелла закрыла нос и рот рукавом.

Пройдя до тла сгоревший зал, она зашла в дверной проём, в котором когда-то была массивная деревянная дверь. По бесконечной черноте коридоров она шла по памяти, но в итоге она нашла нужную ей камеру. Она была приоткрыта. Без особой надежды Стелла протянула вперёд руку с фонарём — устройство было на месте. Ровно посередине камеры, где она его и оставила.

Девушка подобрала небольшой бочонок и, в очередной раз повторив мысленно инструкции, торопливо покинула с ним темноту камер, а затем и Зала Суда, сгинувшего в очищающем огне.

Когда она вернулась в одно из немногих практически непострадавших мест — их с Тантеем покои — он уже ждал её там.

— Всё примерно так, как я и ожидал, — сказал он. — Оружие растащили. Этим и объясняется наплыв преступности последнего месяца. Не считая, конечно, голода. А вот Архив не тронули, чему я несказанно рад. Каким-то чудом и огонь до него не добрался. Это была бы невосполнимая потеря.

Стелла рассеяно слушала, крепя фонарь на какой-то настенный крюк. Почему она его раньше тут не замечала?

Тантей только сейчас заметил, что она держит в руке.

— Где ты это нашла? — Обеспокоено спросил он.

— Там, где спрятала.

— Но зачем? Ты же знаешь, как магическая бомба опасна!

— Я сама сомневаюсь. Была одна мысль… но…

— И почему она не сработала, когда по всей Арее они колыхали магию? — Тантей грубо её перебил.

Стелла сжала бочонок в руке

— Ты больше не мой Великий Магистр, поэтому не смей со мной так разговаривать! — Стелла подняла голос, отчего Тантей виновато сжался.

— Прости, — согласился он, опустив глаза. — Ты права.

— Я сама удивилась, что она цела, — успокоившись, сказала Стелла. — Я заперла её в одной из наших противомагических камер и поставила противомагическую защиту. Сама не знаю, на что я надеялась, но это сработало.

— С остальными я не мог так рисковать, — тихо сказал Татней.

— Я знаю, — Стелла сделала к нему шаг. — А я решила рискнуть.

— Для чего?

— Дети, — она сделала ещё шаг. — Мы с тобой хотим детей.

— И как нам это… — он внимательно посмотрел на приближающуюся Стеллу и всё понял. — Нет… Ты этого не сделаешь.

— Я уже сделала, — Стелла бросила себе под ноги бочонок и подошла вплотную к своему мужчине.

Ослабив на нём пояс, она скинула с него свободный домашний балахон и все её сомнения развеялись.

— Татуировок нет, — с улыбкой сказала она. — Может получиться.

— Ты понимаешь, к чему это может привести? — Едва сдерживая свою страсть спросил Тантей.

— Какая разница? — Сказала она и впилась губами в любимого человека, прижимая его к себе, что есть сил. Тантей перестал сопротивляться и повалился со Стеллой на кровать.

Эпилог

— Маша! — Назидательно говорила пожилая женщина, чуть повысив голос. — Сколько раз тебе говорила, отмачивай рис перед готовкой, а то он в кашу превратится!

— Простите, я… — Я не знала, что ответить, я правда забыла.

— Ладно, — примирительно сказала бабушка. — Главное, что вкусно — она улыбалась и её лицо в такие моменты по-настоящему светилось. — Помоги мне с тестом, а то руки уже не те.

Я никогда раньше этим не занималась, но опустила руки в вязкую белую массу и начала её размешивать. Это было… Интересно. Бабушка села за стол и продолжила пить чай. Чай… До чего странный и вкусный напиток. Когда Александр первый раз меня им угостил, я выпила, наверное, кружек пять подряд.

— Правду соседка говорит, нынешние девки ничего не умеют и ничего не хотят, — ворчала она, глядя куда-то перед собой, потом перевела взгляд на Марию и продолжила весёлым голоском. — Но я научу тебя. Я уж боялась, что некому будет секреты семейные передать. Дочка-то у меня свои рецепты придумывает или в этом, в интернете ищет. Муки добавь.

Мука. Сейчас вспомню. Белый порошок. Точно.

— Много? — Нерешительно спросила я, боясь показаться совсем глупой.

— С полстакана, думаю.

Порошок отправился к белой массе. Она стала меньше растекаться под пальцами. Интересно, можно из этого что-нибудь вылепить?

Бабушка начала рассказывать очередную историю, и не замолкала ни на секунду. Ей, видимо, совсем не с кем поговорить, живя одной. Я понимаю, почему Александр предложил пожить у неё, и почему она не была против. Но если так подумать, это не плохо — лучше узнаю место, где мне придётся жить.