Долгая дорога в небо (СИ) - Краснов Алексей - Страница 9

Примерно в половину восемнадцатого(никак не привыкну, что полдень здесь в 15-00 и путаюсь с вечерними часами) я выбрался на улицу и пошлепал в сторону ближайшего магазина, торговавшего связью, имея целью уменьшение своей радиобезграмотности. А то взял я на себя дофига – теперь надо вывозить. Ведь прослыть в глазах пока что единственного из потенциальных работодателей балаболом было бы нехорошо и в корне неправильно. Движимый этой нехитрой мыслью, я дошлепал до магазинчика «Army Radio World», в котором оставил «рублевую» монету и стал обладателем заламинированного куска картона с латинским алфавитом и кодировкой Морзе напротив каждой буквы. Я глянул на него повнимательней и…

Вы когда-нибудь чувствовали себя идиотом? Пренеприятнейшее ощущение, честно скажу. И сейчас я им сполна наслаждаюсь. Согласитесь, обидно потратить деньги для того, чтобы узнать, что смущавшие меня специфически латинские буквы имеют до боли знакомые обозначения и напевы. Хорошо, что меня сейчас не видит мой ДОСААФовский препод по радиоделу полковник Ребров. Он бы меня за подобную тупость прибил на месте. Ну можно же было догадаться, что в процессе адаптации морзянки для русскоязычных пользователей никто не морочился с новыми обозначениями для отсутствующих в инглише Ш, Ы, Й и прочих, а просто взял не имеющие русских аналогов Q, Y, J и так далее! Но я закранил[затупил – армейский сленг], причем капитально. Надо перебарывать эту тенденцию, а то на моей новой работе тупые вряд ли долго живут.

Сеанс самобичевания я завершил на подходе к причалу. «Фурор» представлял собой довольно узкий корабль гладкопалубной архитектуры длиной метров под сорок. Откуда познания в корабельной архитектуре? Так я всю юность разрывался душой между морем и небом. Но до ближайшего моря было дофига, а до аэродрома – пара километров. Корабельные надстройки были сгруппированы в единую конструкцию, начинавшуюся примерно по центру корпуса и продолжавшуюся к корме. Из этой же конструкции «росли ноги» единственной мачты. На носу и на корме приватира располагались две автоматических пушки, судя по размерам – миллиметров 37 калибром. Примерно там, где корма переходит в среднюю часть корабля, побортно располагались два «крупняка, так же зачехленных. Ну и позади надстройки было установлено что-то непонятное – под брезентом не разобрать. Я не спеша подошел к сходне и окликнул сидевшего на раскладном стульчике на палубе индивидуума:

- Ола, омбре![Здорово, парень – испанский] Боцман на борту?

Индивидуум не торопясь встал, уставился на меня пронзительным взором и изрек:

- А тебе-то что до него?

- Мне он сюда подойти сказал. – ответствовал я.

Вахтенный снял с пояса «Мотороллу» и что-то в нее пробубнил. Через пару минут в поле видимости нарисовался мой разрисованный знакомец-боцман.

- Явился? – буркнул он вместо «Здрасьте». – Ну пошли.

Я проследовал за ним в одну из настроек, оказавшуюся радиорубкой и, по совместительству, каютой радистов. В ней обитал мелкий жилистый латинос.

- Это Рауль, наш штатный радист. В море подчиняешься ему. При досмотре действуешь в составе досмотровой команды. Про это я всем новичкам расскажу потом, перед выходом. Обживайся.

Произнеся данную тираду, боцман покинул помещение, оставив меня наедине с напарником. Тот особой радости при моем появлении не проявил и ограничился буквально парой фраз:

- Как меня зовут – ты знаешь. Твоя койка – верхняя. Вещи кидай в вон тот рундук. Длинноствольное оружие берем на вахту или по тревоге. По аппаратуре вопросы есть?

Я огляделся вокруг. ДКМ[датчик кода Морзе. Представляет собой клавиатуру с блоком преобразования. Какую кнопку на клавиатуре нажал – такая буква в эфир и ушла] присутствует, что радует. А то были у меня сомнения, что я на ключе выдам хотя бы шестьдесят знаков за минуту, соответствующие третьему классу. Нет, в лучшие времена я выдавал все девяносто и удостоверение радиотелеграфиста 2-го класса у меня имелось, но давненько это все было. Наличие ДКМ значительно все упрощает. Помимо самой радиостанции я опознал радиосканер, пеленгатор и генератор помех. То есть все связное хозяйство собрано в одном месте. Логично. Теперь надо насесть на напарника, чтоб просветил о тонкостях эксплуатации данной аппаратуры. Да и коэффициент кривизны верхних конечностей заодно уменьшить надо до приемлимых величин. А то кто его знает – вдруг тут не заморачиваются со списыванием профнепригодных на берег, а банально швыряют таковых за борт, предоставляя добираться до берега самостоятельно. Меня подобная перспектива решительно не устраивает. А в ее нереальности я как-то не уверен. Помощник капитана как-то не произвел на меня впечатления гуманиста с тонкой душевной организацией, да и рожи бандитского облика на борту присутствуют. Хотя странно было бы ждать иного. Моряки с интеллигентами довольно мало общего имеют, даже абсолютно мирные. А уж моих новых соплавателей к таковым не отнести.

26й день 3го месяца 24го года.

Большой залив, недалеко от побережья Исламского Халифата.

Простояли мы в Порто-Франко еще два дня, за которые народа на борту ощутимо прибавилось. «Охотники за головами» на Новой Земле присутствуют в довольно заметных количествах. А желающие ими стать – в на порядок больших. Уж больно красиво живут тутошние хедхантеры. Потому необходимое количество человекоголов было набрано быстро. Правда качество их меня шибко огорчает – мне же с ними бок о бок пиратские плавстредства штурмовать. Я не настолько наивен, чтобы ожидать увидеть тут бывших спецназовцев, но возникает ощущение, что наши боцман с «замполитом» - ярые фанаты теории Дарвина. Точнее – той ее части, где про естественный отбор сказано. «Кто выживет – тот научится. А помрет кто в процессе учебы – новых наберем.» - видимо, так они рассуждают.

Немного странным кажется мне такой подход. Особенно если учесть, что корабельный экипаж – рулевые там, механики, артиллеристы и так далее – вполне профессионален и компетентен. Большинство раньше служило в различных латиноамериканских военных флотах, остальные тоже приличный морской опыт имеют. А вот досмотровая команда набрана с бору по сосенке. Из полутора десятков впечатление серьезных бойцов производят только трое латинос, нанявшихся на «Фурор» еще в Виго, да примкнувший к команде в Порто-Франко югослав Анте Олич. Кто он там по национальности – я не спрашивал, но имя вроде хорватское. Причем в общении Анте абсолютно нормальный, в отличие от выше упомянутой троицы, к которой не знаешь на какой козе подъезжать.

По радиочасти я за прошлые дни немного освоился. Основное занятие во время пятичасовой вахты – следить за работающим в поисковом режиме радиосканером. При обнаружении активности в эфире – настроить на данную частоту пеленгатор и определить направление, после чего доложить вахтенному офицеру посредством переговорной трубы. Для меня сие устройство было экзотикой, но на новоземельных кораблях оно достаточно популярно. Все, имеющее отношение к электричеству и связи здесь нифига не дешевое, вот и обходятся там, где можно, старыми проверенными методами. Сеанс связи с берегом у нас раз в сутки и вчера выпал он на мою вахту. Связывались морзянкой, а не голосом, причем текст был шифрованный. У меня ожидаемо возникли проблемы с приемом и пришлось просить повторить, хотя скорость была по меркам нормальных радистов вполне себе средняя. Но меня к нормальным радистам отнести трудно и со второго раза я радиограмму тоже не принял. После очередного «RPT»[просьба повторить передачу. Происходит от английского repeat – повтори] мне прилетел, по видимому, местный аналог «ДЛБ»[(непереводимая игра слов. Выражает крайне низкое мнение о собеседнике и его радиоспособностях]. Потом, правда, смилостивились и передали заново, потребовав полного повтора принятого текста. Ну чтобы убедится, что идиот «на том конце провода», то есть я, ничего не напутал и все принял как надо. После этого я потратил минут пять на то, чтобы превратить записанные от руки русские буквы в латиницу и перепечатать на машинке. Это Раулю хорошо – он сразу «на машинку» принимает. Я же так пока не могу. Приходится сначала работать «на карандаш», а потом перепечатывать, попутно транслитерируя.