Золотая "Цапля" (СИ) - Шило Александр - Страница 7

«Рипаблик эр си три Морская Пчела» появился у меня полгода назад и при несколько забавных обстоятельствах.

Примерно через три месяца после того, как я начал летать на «Цапле», в аэропорту Кампу-Гранди ко мне подошёл крупный мужчина лет пятидесяти, представился как Педро Алвареш да Силва и выразил желание зафрахтовать мою «птичку» на неделю. Я уточнил маршрут полёта и назвал цену. Согласившись, синьор да Силва повел меня знакомиться с пассажиром, а точнее пассажиркой, своей матерью донной Луизой Алвареш да Силва.

Вышеозначенная синьора, вдова крупного скотопромышленника, лет этак за семьдесят, обладала махонькой и сухонькой фигурой, больными ногами, суковатой полированной клюкой, железным характером и взрывным темпераментом. Впоследствии, когда она стала моей постоянной клиенткой, мне не раз доводилось наблюдать, как её клюка гуляла по бокам как самого синьора Педро, так и немалого клана её младших сыновей и внуков. И эта самая донна Луиза не испытывала никакого доверия к двухмоторным самолётам, а одномоторные так вообще считала созданием врага рода человеческого. Как потом рассказал синьор Педро, в семьдесят девятом году его отец разбился на одномоторной «Цессне» из-за отказа двигателя.

И вот, увидев в аэропорту небольшой, но ЧЕТЫРЁХМОТОРНЫЙ самолёт, она воспылала желанием воспользоваться его услугами, а в дальнейшем стала регулярно заказывать его для полётов в разные места Бразилии. Синьор Педро даже сделал мне предложение продать «Цаплю», но встретив непреклонный, хотя и вежливый отказ, настаивать не стал.

В октябре прошлого года донья Луиза полетела к своей подруге молодости в Петролину. Меня пригласили на ужин, и во время застольного трёпа всплыло, что у хозяйки в загородном доме уже около семи лет стоит в сарае маленький самолёт. На нём в своё время летал её младший брат. Потом, в один не самый прекрасный день, у него клинанул в полёте движок. Брат сумел посадить самолёт на поле и даже не поломать, но охладел к полётам, а через несколько месяцев у него обнаружился рак, и стало совсем не до авиации. Через полтора года он умер, а машина с тех пор так и пылилась в сарае.

Я выразил желание взглянуть на него в видах возможной покупки, и хозяйка согласилась. Правда, донья Луиза потом весь вечер выговаривала ей за то, что та собралась продать её любимому лётчику ОДНОМОТОРНЫЙ самолёт, а мне досталось за то, что, имея прекрасную и, главное, четырёхмоторную машину, я хочу найти себе приключений на пятую точку.

На следующий день я поехал с сыном хозяйки смотреть самолёт и с удовольствием обнаружил страшно пыльный, разобранный, со снятым движком «Рипаблик эр си три». Крохотный четырёхместный самолёт-амфибия понравился мне сразу, а донья Луиза, убедившись, что я твёрдо решил купить себе «это безобразие», сменила гнев на милость и провела среди своей подруги такую разъяснительную работу, что птичка досталась мне аж за двенадцать тысяч реалов!

Через два дня погруженная на машину «Пчёлка» отправилась в Сан-Паулу и добралась до Кампу-Ди-Марти даже раньше меня.

За прошедшие месяцы я её отреставрировал, покрасил, но больше всего времени ушло на поиск запчастей и капремонт двигателя. Как бы в насмешку, когда движок был уже почти готов, я нашёл в интернете ещё один, практически новый. Конечно, я его купил и поставил на «Пчёлку». Оставалось утрясти последние вопросы с официальным допуском птички к полётам. Будь бы это на каком-нибудь провинциальном аэродроме, я бы без колебаний забил на всю эту бюрократию, но в аэропорту, расположенном в черте крупнейшего города страны, такие номера были чреваты. Так что свой первый после ремонта вылет на «Пчёлке» мне суждено сделать уже там, куда меня грозится запулить Эухенио.

Малышку мы разобрали без проблем, там, собственно, нужно было только снять консоли крыла да изготовить раму под сам самолёт, а заодно и под движки. Стабилизатор и руль направления «Цапли» сделали быстро. Дальше началась возня с подгонкой ложементов под фюзеляж «Цапли», и с этим мы проваландались до вечера.

Когда технота распрощалась со мной и отправилась по домам, я прикинул и решил всё-таки не рисковать и, предварительно звякнув Энрико, отправился ночевать в небольшой отельчик для командированных и коммивояжёров средней руки.

20 апреля 2008 года, 08 часов 11 минут. Бразилия, Сан-Паулу, аэропорт Кампу-Ди-Марти. Алехандро Бланко

Наутро воскресенья мы снова встретились на аэродроме, а перед этим мне позвонил Энрико и сказал, чтобы я не переживал, первые телодвижения в направлении розыска Александра Белого будут сделаны, в самом лучшем случае, к середине недели.

Уложив с помощью заказанного крана самолёты на ложементы рам, мы тщательно закрепили их с помощью широких такелажных лент.

После этого я отзвонился Эухенио, и тот сказал, что пусть самолёты лежат до завтрашнего утра на аэродроме. Мне же порекомендовал затариться комплектом бытовой техники, потом позвонить ему и уточнить сумму, на которую я буду брать золото. Потом он добавил, что мою фотографию ему уже дал Энрико, и спросил, под каким именем я хочу отправиться в новый мир. Я поблагодарил его за совет и сказал, что меня устраивает моё нынешнее.

Но решил начать не с покупки холодильников-морозильников, а позвал с собой двоих механиков, отправился к своему контейнеру и тщательно проинспектировал его содержимое, заодно укладывая всё покомпактнее и швартуя. Запчастей и расходников у меня было более чем. Техника старая, проще заказать сразу много, чем потом ждать, когда же найдётся нужное. Потом заказал тонну масла для движков и десять досок-пятидесяток. А закрепив бочки с маслом, вспомнил офицерскую юность, навыки загрузки контейнеров, и быстренько соорудил из досок перегородку, отделявшую авиационно-техническую часть контейнера от бытовой. И уже после этого отправился по магазинам бытовой техники и затарился от души.

Здоровенный холодильник, морозильник не меньших размеров, стиральная машина, микроволновка, электродуховка, газовая и электрическая плиты, кухонный комбайн, миксеры-тостеры, набор кастрюль и сковородок (тут я ориентировался примерно на то, что заказывала для дома Светка), пара утюгов, гладильная доска. Потом отправившись в отдел, торгующий инструментом, затарился и там, тоже по полной программе, а на закуску купил десятикиловаттный дизель-генератор. Заказав перевозку всего этого на аэродром, я забежал в охотничий магазин, закупился там четырьмя комплектами камуфляжа, обувью и трёхдневным рюкзаком. По максимуму запасся и боеприпасами к своим стволам.

Вернувшись на аэродром, затолкал в контейнер бытовую технику и отправился домой.

Приехав, позвонил квартирной хозяйке и сообщил, что съезжаю по срочным обстоятельствам, и занялся сборами. Меня опять удивило, что, даже прожив на одном месте почти шесть лет, я снова имел лишь три большие сумки с вещами и лёгкий алюминиевый сейф с оружием.

Всерьёз охотиться я начал в Африке, и мой нынешний комплект нарезного оружия состоял из почти нового американского «слонобоя» фирмы «Монтана»## пятьсот пятого калибра под патрон Гиббса и норвежской винтовки Краг-Йоргенсена## калибра шесть и пять.

«Монтану» я купил в Замбии весной двухтысячного у венгра, приехавшего поохотиться и влипшего в проблемы. Пока он валил слонов и буйволов, дома на него подали в суд и арестовали счета, а налички в этот момент при нём практически не оказалось. В итоге «монтана» досталась мне за две тыщи «убитых енотов».

В школе я весьма наплевательски относился к биологии и, только приехав в Бразилию, с изумлением узнал, что Южная Америка — это континент мелочи, самое крупное дикое животное, тапир, весит около двухсот килограммов, и для «монтаны» здесь просто нет целей. Пришлось покупать ствол полегче, и я остановил свой выбор на норвежской винтовке.

Пистолетов у меня было тоже два — привезённый из Африки «макарка»## и кольт «Дженерал оффисир»##, слегка укороченная версия кольта «девятнадцать одиннадцать», выпускавшаяся в США для вооружения генералов и адмиралов, подаренный мне одной из моих любовниц. Судя по надписи на накладке рукояти, мой экземпляр раньше принадлежал бригадному генералу Дж. Стивенсу.