Золотая "Цапля" (СИ) - Шило Александр - Страница 9

20 апреля 2008 года, 19 часов 55 минут. Москва, съёмная квартира в Бирюлёво. Рогнеда Костина

Я сижу на диване и листаю затрёпанный трёхмесячной давности «Космо», Аня и Лялька пьют пиво на кухне, Сучка (это за глаза, а так она, конечно, Верка) сидит за столом и красит ногти. Чем занимаются остальные — мне не видно. Скоро заявятся «котики» и повезут нас на точки и по заказам. Долбаная Москва, долбаная жизнь…

Щёлкнул замок входной двери, и в комнату, оставляя на полу грязные следы, вошёл Паштет, один из наших «котов».

— Та-ак. Девулечки, радуйтесь! У вас сегодня воскресник, и предстоит ударно поработать с серьёзными людьми. Быстренько подорвались, нафуфырились и по машинам.

Я матюкнулась про себя. Опять нами расплачиваются за какие-то услуги, а то и просто за молчание.

Я встала и направилась в ванную. Паштет, когда я проходила мимо него, цапнул меня за нижнюю челюсть:

— А для тебя, милка, особый заказ, тебя попросил Махмуд.

Вырвав лицо из лапы Паштета, я заскочила в ванну и защёлкнула за собой дверь. Вот же… Опять не повезло! Опять этот сучий потрох Махмуд! От души пожелав и ему, и Паштету, пожизненной импотенции, цирроза печени и круглосуточного недержания сфинктеров, я по-быстрому умылась и отправилась наводить макияж…

20 апреля 2008 года, 21 час 36 минут. Москва, сауна «Полярное сияние». Рогнеда Костина

Я стояла, опершись четырьмя костями на диван, а сзади сосредоточенно сопел голый Махмуд. Вот откуда прилипло такое погоняло, к челу с сугубо рязанской рожей? Хотя, если судить по той же роже, интеллект не только не ночевал рядом с ним, но и ближе километра не приближался. Размышляя на эту тему, я не забывала делать ответные движения и в нужные моменты постанывать, ибо Махмуд по отношению к девочкам был изрядной сволочью и неоднократно заявлял «котам», что, мол, опять подсунули деревянную. Хотя мне было сложно представить себе женщину, которой доставило бы удовольствие трахаться с ни…

Дверь с грохотом распахнулась, и в комнату с оглушительным рёвом: «Лежать! Бояться! Работает ОМОН!» повалили здоровенные лбы в масках и с автоматами.

Я рывком распласталась на диване и успела с наслаждением увидеть, как один из ворвавшихся уронил замешкавшегося Махмуда прямо торчащим колом в паркет, и тот тонко завизжал от боли.

Ещё один из клиентов сдуру плеснул в глаза ближайшему омоновцу водкой и кинулся вглубь сауны. Два других омоновца рванули за ним, и через несколько секунд из дверей донеслись звуки «разъяснительной работы» и вопли «воспитуемого». Когда же они втащили этого придурка обратно, то он выглядел, как будто скатился по лестнице, как минимум, с десятого этажа и не пропустил не одной ступеньки.

Дальше начался обычный шмон, клиентов и «котиков» упаковали и увели.

Нам дали одеться и тоже увезли в отделение. Что меня немного удивило, не в ближайшее. Там уже сидело около десятка знакомых и незнакомых девочек. Нас оформили, а затем всем прямо на месте устроили медосмотр. Он тоже был не таким, как обычно — опрос и венеролог. Нас осмотрели врачи почти всех специальностей, взяли анализы, сделали кардиограмму.

Потом нам неожиданно сообщили, что всем сделают новую комплексную прививку. Часть девочек начала возбухать и скандалить. Но в ответ им пообещали отсидку на сутках и депортацию тем, кто с Украины, а учитывая, что таких было большинство, возражения сразу увяли. Медсестра вколола каждой по шприцу в плечо, и нас загнали в «обезьянник», заявив, что выпустят утром, а сейчас уже заполночь, и мы никуда не доберёмся.

В камере мне почти сразу захотелось спать, я завалилась на ближайшие нары и провалилась в сон.

04 число 04 месяца 24 года, 09 часов 52 минуты. База «Латинская Америка». Алехандро Бланко

…и вернуло в обычное состояние. Бля-я-я! Живой!! И даже целый!!!

Платформа тем временем выкатилась из ангара, в глаза мне ударил яркий солнечный свет, и я сразу почувствовал, что он незначительно, но отличается от того, под которым я прожил все предыдущие годы.

Примерно через пятьдесят-шестьдесят метров платформа остановилась, железнодорожник подскочил и, судя по всему, подставил упор. С одного из ветвившихся по двору путей маневровый тепловозик двинул платформы с самолётами и подкатил к моей. Сработала сцепка, железнодорожник немного повозился, и платформы покатились за тепловозом. Он протащил платформы вперёд, потом стал толкать их обратно, уже на другой путь, снова потянул вперёд и в итоге мы остановились под портальным краном. На пути, что слева, стояли шесть платформ, а колея, судя по моему глазомеру, была слегка поуже. Прикидки перед переходом начали оправдываться.

На платформу взобрался средних лет мужчина в незнакомой форме песчаного цвета, вооружённый короткой «эм шестнадцать». Перешагнув через ленты, которыми была расчалена машина, он остановился возле водительской двери и козырнул.

— Буэно. Рад приветствовать вас на Новой Земле. Вы находитесь на территории базы Ордена «Латинская Америка», — сразу чувствовалось, что португальский ему не родной. — Здесь вам гарантирована полная безопасность, так что можете не волноваться. Но если у вас есть оружие, то его необходимо опечатать. Нахождение с неопечатанным оружием на территории Базы запрещено, — он слегка усмехнулся, — да и бессмысленно.

— Оружие есть, — я вышел из машины, осторожно прошёл вдоль борта и открыл заднюю дверь. — Вот здесь, в кофре, винтовка… — я быстренько выудил из него контейнер с монетами, — а сейф с остальным — в кузове.

Военный достал пластиковую пломбу — синяя пластинка с фиксатором системы «туда суй, оттуда… кхгм» — и пластиковый же прутик, просунул прутик в ушки на кофре (а я их и не заметил!), а потом в фиксатор, и затянул.

Я перешёл к заднему борту «бандейранте», отпер и поднял крышку кузова.

— Здесь, к сожалению, ушек нет.

— Не проблема, — мужик порылся в небольшой продолговатой сумке на боку и достал бумажную полоску с какой-то надписью, отодрал от неё подложку и налепил на дверь и боковину сейфа. — Вот и всё. А теперь вам необходимо пройти в иммиграционный отдел, — мужик спрыгнул с платформы. — За своё имущество можете не волноваться, здесь с этим строго. Идёмте, я вас провожу, всё равно новых переселенцев через грузовые ворота не ожидается.

Я на всякий случай забрал с собой контейнер с крюгеррандами, запер машину и спрыгнул. Мужик повёл меня вдоль путей, я двинулся за ним, разглядывая первый кусочек нового мира.

Мы шли по здоровенному двору, перешагивая через пути, проходя мимо складов и стоящих то тут, то там контейнеров. Солнце пекло даже по бразильским понятиям.

Мы вышли через ворота в высоком заборе, украшенном по верху спиралью из «колючки», и пошли вдоль него.

— А по чьи души такой заборчик?

Мужик хмыкнул:

— Да, в общем-то, внутри базы это излишество, а вот внешний — тот вещь полезная. В первую очередь от местной живности, — он снова хмыкнул. — Если честно, когда я в первый раз увидел картинки с местными хищниками, то мне чуть не поплохело. Потом пообтёрся и привык. Человек ко всему привыкает, к местной живности — тоже. Есть немало любителей поохотиться, и причём на самых опасных.

— А во вторую очередь?

— Что? А-а-а… Во вторую, от местных «джентельменов удачи». Нет, на Базы они не нападали ни разу. Маленькой банде это не под силу, а сколотить достаточно большую, во-первых, элементарно сложно, а во-вторых, сложно и подойти, и, главное, уйти с добычей. Ну и бандиты тоже ведь не дураки и понимают, что тех, кто прыгнет на Базу, будут преследовать, пока не уничтожат. А вот переселенцев — тех щиплют. И тех, кто на машинах, и пару лет назад было даже нападение на поезд. После этого была большая охота, и с тех пор стало существенно спокойнее.

— А бандитов здесь много?