Месть подана, босс! (СИ) - Лакс Айрин - Страница 37

— Не хочешь составить мне компанию? — выставил руки в стороны Давид.

— Хочу, но позже. Или мы из отеля никогда не выберемся. А у нас, кажется, самолёт сегодня после обеда.

— Да, Бэмби… Но, если хочешь, мы можем всё отменить и зависнуть здесь ещё немного.

— Только если у тебя нет крайней необходимости здесь задерживаться. Деловые вопросы или что-нибудь ещё?

— Нет, Бэмби. Меня просто пригласили на открытие спортивного комплекса. Больше меня здесь ничего не держит.

— Врун! Ты же говорил, что здесь и деловые вопросы, важные, требующие решения и помощницы под рукой.

— Конечно, важные. Я хотел совратить тебя и заполучить в своё распоряжение, — сыто улыбнулся Давид. — План выполнен, движемся дальше.

— Коварный мужчина!

Я прошмыгнула мимо Давида, пока он опять не затянул меня в пучину отвязного секса, и принялась собираться. А пока мужчина шумел водой в душе, решила позвонить Алику.

Тот ответил практически мгновенно. На заднем фоне слышался шум.

— Сучка, чтобы ты также страдала от недостатка информации! — выдал сразу мой приятель.

Я опешила, но рассмеялась:

— Расслабься, Алик! И, кстати, чем ты так подозрительно шумишь? Ты что, на работе? А как же царство красоты и гармонии и твои синяки?

— Тыковка, сидеть взаперти даже в такой милой квартирке, как у тебя, очень трудно! Я всё же сделал это!

— Боже, ты мой герой… А как же?..

— Пришлось немного порыться в твоей косметичке и поколдовать. Я поэкспериментировал, выкинул половину твоего барахла. Господи, как ты могла этим пользоваться? Я обновил тебе ассортимент и всё протестировал на себе!.. Я заказал такую классную штучку! Тебе, кстати, тоже… Она даже мои синяки перекрыла так, словно их и не существует. Главное, не переборщить и наносить тоненьким слоем, лёгкими взбивающими движениями… — тараторил приятель.

— Ты решил стать ещё и бьюти-блогером, Алик?

— Была мыслишка… Но ты мне зубы не заговаривай. Рассказывай!

— Я решила закопать топор войны и проститься с вендеттой, — честно призналась я.

— Наконец-то! Давно пора это было сделать! Надёжно закопала? Неоднократно и глубоко, надеюсь?

— Проказник!.. Мы возвращаемся. Давай, увидимся уже в столице и поболтаем?

— Разумеется. И ещё одно…

— Что такое?

— Я постараюсь съехать сегодня же. Я понимаю, что тебе не нужны неприятности, если вдруг секси-босс решит обрадовать своего Оленёнка внезапным визитом. Но вдруг не успею собрать все свои вещи? Не выкидывай их в панике через окно, хорошо?

Я рассмеялась:

— Алик, о таком я даже и не думала. И о визите сам знаешь кого — тоже.

Алик фыркнул:

— Конечно, не думала. И я даже понимаю, почему ты ещё не способна здраво мыслить. Всё, тыковка, я за тебя рад! Хорошая девочка, продолжай в том же духе. Целую!

Я едва успела попрощаться с приятелем, как в комнату зашёл Давид.

— Ты уже собираешь вещи? — поинтересовался он.

— Только начала.

— А который час? — потянулся Давид за телефоном. — Как удачно! Мы ещё успеем сходить в кинотеатр.

 — Кинотеатр? С утра? Зачем?

— Затем, что мы выберем самый непопулярный фильм и возьмём билеты на последний ряд.

Обаянию Давида и его напору было очень сложно сопротивляться. Поэтому через час мы сидели в кинотеатре, в котором кроме нас было ещё несколько человек, сидящих по разным углам зрительного зала. Шла какая-то невероятно глупая и абсолютно несмешная комедия.

— Бэмби, ты пришла сюда смотреть фильм или целоваться со мной? — прошептал Давид на ухо, прихватывая губами мочку. Он перегнулся ко мне через сиденье, обхватив рукой за плечи.

Я повернула голову. Глаза Давида поблёскивали огоньком, лицо выглядело невероятно притягательным, лёгкая колкая щетина придавала лицу ещё больше брутальной сексуальности.

— Ты решил наверстать упущенное?

— Мы перепрыгнули через конфетно-букетный период и сразу перешли к сексу. Надо немного отмотать назад и восполнить этот пробел, — улыбнулся Давид, притягивая меня к себе.

— Куда ты меня тянешь?

— К себе на колени, куда же ещё?

— Плохая идея.

— Почему? Очень-очень хорошая. Я просто тебя поцелую…

Хитрый огонёк в глазах Давида говорил о том, что он лукавит, но я уже подалась магнетизму этих глаз и послушно залезла к нему на колени, обвив за шею руками.

— Да, Бэмби, вот так… — ладони Давида обхватили талию, согревая своим теплом через тонкую ткань платья, — а теперь поцелуй меня. Покажи, как я тебе нравлюсь.

— Наглый…

— Хочу попробовать, так ли это вкусно — целоваться в кинотеатре с любимой девушкой, как об этом рассказывают на всех углах.

Сердце забилось чаще от его слов. Я легонько коснулась его губ своими, обдав их тёплым дыханием, и отстранилась.

— И всё? Так мало? Наверное, я тебе не нравлюсь ни капли, — разочарованно выдохнул Давид.

— Просто думаю о твоих словах. Неужели ты никогда не целовался в кинотеатре с девушкой? — удивилась я.

— Попытка была. Но тогда мне было восемнадцать, я бегал за одной девчонкой. Но как только я полез к ней с поцелуями в кинотеатре, она начала вертеть хвостом и ушла, оставив меня ни с чем.

— Тебя обломали? — удивилась я. — Не могу себе представить, как это выглядело. Все женщины липнут к тебе, как мухи, и смотрят… плотоядно.

— Мне понравилось, как ты это сказала. Так недовольно поджала свои губки, ревнивица. А в тот раз меня обломали, да… Потом, правда, на городских соревнованиях я отличился, меня заметили и пригласили играть за футбольный клуб. А та девчонка на вечеринке в честь этого сама начала ко мне клеиться. Короче, одним поцелуем не обошлось, и выклянчивал его уже не я, — усмехнулся Марков. — Именно так я и понял, что необязательно бегать за тёлками, если они сами готовы вешаться тебе на шею. И тема кинотеатра у меня больше не всплывала.

— Какой ты… хищник!

— Самому смешно, Бэмби, — прижал меня к себе теснее Давид. — Мне тридцать пять лет, у меня была жена и куча самых разных девок, но ни с одной из них я не целовался в кинотеатре. Покажешь мне, как это может быть вкусно?

— Значит, я первая?

— Да, Бэмби, а теперь целуй меня поскорее, — нетерпеливо сказал Давид, обхватывая рукой мой затылок и приближая к своему лицу.

Губы Давида находились соблазнительно близко от моих, и не было ни одной причины отказаться от поцелуя. Мы самозабвенно целовались, ласкаясь языками, млея от близости тел друг друга. Отстраниться не давала рука Давида, лежащая на затылке. А вторая его рука нагло скользнула с талии на колено, а потом немного выше, до кружевной кромки чулок, и ещё… Пальцы Давида уже касались кромки трусиков, оттягивая её. Он нащупал пульсирующую горошинку и принялся растирать её подушечками пальцев. Я едва могла сдержать стоны, когда оторвалась от его рта.

— Давид, — прошептала я, — это уже не только поцелуй…

— Конечно, — нагло заявил босс, — я уже большой мальчик, и одного поцелуя мне мало. Тем более, когда ты сидишь у меня на коленях, широко расставив ножки. А я чувствую, какая ты горячая… И влажная.

Давид не дал мне ответить, притянул к себе, врываясь в рот языком глубоко и нещадно. И одновременно с этим он толкнулся пальцами дальше, в лоно, сочившееся влагой. Мужчина не дал мне возможности насладиться медленной и изощрённой лаской: его пальцы двигались внутри меня на предельной скорости, прижимаясь к эластичным стеночкам лона, массируя их изнутри. Ещё несколько быстрых глубоких толчков пальцами, и меня рассыпает на мириады осколков удовольствия.

— Какая послушная девочка, — прохрипел Давид и заставил меня потереться мокрыми трусиками о его эрекцию, — а теперь отодвинься немного назад.

Я, всё ещё плавая на волнах блаженства, исполнила его просьбу. И удивлённо ахнула, заметив, как Давид невозмутимо расстёгивает ширинку и достаёт презерватив из кармана.

— По-моему, это чересчур, Давид, — прошептала я, отдавая себе отчёт, что внутри полыхнуло огнём предвкушения.