Мой любимый Бес (СИ) - Лакс Айрин - Страница 29

Ты опять ударился из-за меня головой. Станешь ещё более сумасшедшим?

Она встаёт и подаёт мне руку. Пытаюсь собрать себя по частям сам, но хрена с два это у меня получается. Снежана хохочет над моими жалкими попытками.

— Не дури, Бес, мы застопорили всё движение. И скорее всего, в нас точно скоро врежется кто-нибудь. Покатались, довольно.

Приходится принять её руку. Досадую на себя и немного нервно сдёргиваю с ног коньки, грохоча ими по прилавку кассы. Снежана всё ещё стоит у бортика, с улыбкой глядя на меня, и когда я останавливаюсь напротив, вдруг хватает меня за воротник пальто, притягивая к себе. Тянется немного вверх, вставая на остриё коньков, и целует меня. На губах скользит лёгкая улыбка, которая щекочет мне губы, а меня словно вышибает напрочь из собственного тела.

Я машинально обхватываю её за талию одной рукой, второй рукой хватаясь за бортик, потому что мне кажется, что я падаю. Или мы падаем вдвоём. Но только не стоим на месте. И может быть, мы разобьёмся. Нет, отчего-то уверен, что мы обязательно разобьёмся, больно приложившись о твёрдую поверхность реальности, но сейчас так вкусно падать прямиком в её распахнутый ротик. Исступлённо и жадно покусывая губы, чувствую, как её язычок мягко и неторопливо касается меня в ответ. Растворяюсь в нежных прикосновениях, как в чане с кислотой. Пусть обжигает. Чёрт… Как же вкусно.

Глава 29. Бес

Едва заставляю себя оторваться от её сладких губ. И кажется, что кислорода в воздухе сразу стало намного меньше. Я могу спокойно вдыхать, только когда пью его из её губ.

— Я больше не хочу кататься, — чуть задыхаясь, говорит Снежана.

— А чего хочешь?

— Поехали обратно.

Проще простого. Подхватываю её на руки.

— Стой. А моя обувь?

Чёрт. Так пьяно ударило в голову, что совсем забыл она ещё в коньках, а светло-коричневые угги сиротливо дожидаются нас на стойке. Снежана переобувается в два счёта и обхватывает меня за локоть одной рукой. Быстрым шагом иду к стоянке автомобилей и едва нырнув в тёплый салон машины, тянусь к губам Снежинки. Утыкаюсь в ладошку, моментально выставленную ею, как преграду.

— Поехали?

Чуть скрипнув зубами от досады, согласно киваю, понимая, что если сейчас получу её сладкий ротик в своё распоряжение, не смогу удержаться и плюну на благоразумие и все правила приличия. Нужно немного выдохнуть и не сходить с ума хотя бы на тот короткий промежуток времени, что будем ехать до квартиры. Но хрена с два это получается… Машина, взвизгнув шинами, срывается с места. Дорога, чуть присыпанная снегом, пляшет перед глазами. На локоть опускаются пальчики Снежаны.

— Ром, не гони, хорошо?

Ладно. Хотя хочется не только гнать, но телепортироваться прямиком отсюда, чтобы Снежинка не успела подумать ни о чём другом. Это не просто животная жажда секса, это жизненная необходимость — чувствовать её рядом с собой, касаться кожи, знать, что она рядом и перехватывать её взгляды. Снежинка доверчиво прячет свою ладошку в моей. Придерживаю руль левой рукой и заставляю себя не жать на педаль газа изо всех сил. Но кажется, что мы ползём слишком медленно, а свободного воздуха в салоне автомобиля становится всё меньше. Задохнусь от его недостатка, если окажется, что Снежинке взбрело в голову отнекиваться или капризно воротить от меня своё носик. Не сдержусь, сорвусь в неё с головой. Это пытка, со вчерашнего вечера, видеть её на своей территории и бить себя по пальцам, чтобы не сорвать с желанного тела лишние тряпки.

Бросаю машину на углу дома. Потому что вижу издалека, что не обошлось без идиотов, нагло занявших моё привычное место на парковке. Гораздо проще подхватить Снежинку на руки, не давая ей сделать и шагу, чем ждать, пока она подстроится под мои длинные и быстрые шаги. И вся дорога от машины до квартиры, пролетает за несколько мгновений. Щёлкаю кнопкой выключателя, сбрасываю пальто на пол и стягиваю с ног Снежинки мягкие угги. Шалею от того, как она запускает пальцы в волосы и тянет моё лицо. Кажется, что готов разложить её прямо здесь, в коридоре, но заставляю себя подняться. Снежана не может справиться с собачкой молнии, видимо, зажевавшей ткань подкладки на куртке.

— Потом разберёмся, — спускаю куртку вниз по её плечам.

Толкаю её к стене в коридоре и подхватив под попку, иду в комнату, сбрасывая на ходу свою обувь. Усаживаю Снежинку поверх себя. Запустил руку в волосы, зажав тонкие пряди в кулак, а второй рукой пробираюсь под свитер. Подушечками пальцев оглаживаю тонкую кожу и заставляю себя притормозить: хочется сорвать к хренам с неё всё и зацеловать каждый сантиметр её тела. Сглатываю слюну от промелькнувших картин. Снежана замерла на мгновение. Передумала? Блядь, не понимаю, что она вытворяет со мной. Но, обхватив её лицо ладонями, говорю совершенно не то, о чём думаю:

— Если… не хочешь… Я остановлюсь.

Снежинка трётся о мою ладонь щекой и, смотря глаза в глаза, говорит:

— Хочу. Тебя хочу. И не давай мне передумать.

Большего мне не требуется. Я дёргаю её свитер наверх. Снежинка послушно поднимает руки над головой, помогая избавить себя от свитера, и спрыгивает с моих колен на пол. Стягивает джинсы по стройным ножкам, запинывая их куда-то в сторону. Пальчики ложатся на резинку трусиков.

— Стой. Хочу снять их с тебя сам. Повернись.

Обхватив за талию, заставляю ею повернуться вокруг своей оси, как изящную куколку на музыкальной шкатулке, и тяну её на себя. Прикладываюсь губами к шее и провожу по коже языком, спускаясь к ключицам. Обхватываю ладонями грудь с твёрдыми пиками сосков. Жадно сминаю кожу, перекатывая соски между пальцами.

— Ро-о-ома…

— Нравится?

— Очень.

Снежинка обхватывает меня за шею и нетерпеливо прижимается к моим губам, пускаясь в пляс язычком у меня во рту. Умопомрачительно быстро дразнится и трётся им о нёбо. Чёрт. Оказывается так вкусно и нестерпимо сладко. Сжимаю до одури её грудь одной рукой, а второй обхватываю попку, дёргая на себя. Лёгкий вскрик.

— Извини. Тебе больно?

— Немного. Но нравится. Ещё…

Я боюсь показаться резким и грубоватым, нещадно терзая её, но после маленького признания и просьбы срывает оградительный шлагбаум. Нравится… Чёрт. А мне как нравятся её острые зубки, прикусывающие кожу так, что крошечный укол боли подчёркивает сладость всего остального. Она царапает меня своими коготками, проникнув под ткань джемпера так, что я даже не заметил, когда она это успела сделать. Поцелуи становятся жаднее и откровеннее, дыхание тяжелее и срывается в обрыв громким вздохом напополам со стоном.

Мне кажется, ты чересчур одет, Бес.

Снежинка встаёт и делает пару шагов назад. На кончиках пальцев — прочь от меня. Сбрасываю джемпер и в два счёта скидываю джинсы. Подхожу и обнимаю свою Снежинку, крошечную в моих объятиях. Она послушно льнёт ко мне и трётся бёдрами о напряжённый член. Эротично, мягко. От покачиваний её бёдер напряжение становится невыносимым. Больше нет сил ждать. Тяну её трусики вниз, задеваю снизу и едва не выстреливаю в воздух от того, какие они влажные. Накрываю пальцами клитор, разгорячённый и пульсирующий. Немножко подразнить, кайфуя от того, как охотно она трётся о мои пальцы. Цепляется за мои руки и запрокидывает голову назад.

Чёрт… Может быть, чуть позже я буду медленно и долго наслаждаться нашей близостью, но сейчас готов сдохнуть от того, как сильно хочется войти в неё. Толкаю её к дивану. Снежинка садится и стягивает с меня боксеры, обхватывая пальчиками член.

Ладошка и пальчики горячие и мягкие. Она движет пальчиками по стволу и, озорно сверкнув своими глазищами, обхватывает головку губами. Медленно скользит вверх. Мечтал оказаться между её пухлых губок… Но то, как она легко и без малейшего стеснения взбирается вверх по члену, втягивая его в себя… Обводит уздечку язычком и бьёт им снизу, заставляя упереться концом в горячее влажное нёбо и потереться. Блядь… Это в тысячу раз лучше, чем я мог себе представить. Обхватываю её затылок и матерюсь от того, как хочется дёрнуться вглубь до самой глотки и разрядиться. Судорожно вдыхаю воздух через сжатые зубы. Он кажется обжигающе горячим. Он как кипяток ошпаривает лёгкие, а по позвоночнику вниз спускается острые шипы удовольствия. Колют кожу и заставляют покрыться испариной.