Мой любимый Бес (СИ) - Лакс Айрин - Страница 43

— Не смотри на меня так, принцесса. Это и болвану понятно, что в голове у этой мадам щёлкают костяшки счетов: что, где, как… И дураку ясно, что если возьмёшь себе в спутницы такую девицу, жди сюрприза. И кому она будет готова отсосать за бо́льшие деньги, лишь вопрос времени. Ладно мне это неинтересно. Подобных шлюшек — море.

Было бы меньше проблем.

— На первый взгляд, да. И на второй, тоже. Кто же знал, что ты вдруг окажешься такой несговорчивой и начнёшь чудить. Любой другой на моём месте уже бы избавился…

— Это было бы просто чудесно, Михаил.

— Но. Во-первых, уже всё запущено, а съезжать с рельсов я не привык. Во-вторых, меня всё устраивает, кроме твоего вздорного желания во что бы то ни стало избавиться от меня. В-третьих, не забывай, что ты выполняешь не только роль красивого аксессуара. Но служишь своеобразным гарантом того, что Тахиров расплатится по своим долгам. Надеюсь, что он больше не станет лезть в те сферы деятельности, которые ему не по зубам.

— Я уже поняла, что папочка расплатился мной.

— Я озвучил причины в порядке убывания их важности для меня, принцесса. А Тахиров был очень рад. И дочку пристроил в хорошие, надёжные руки, и укрепил деловые связи. Все только выиграли. Кстати, он на самом деле заботится о твоём будущем.

— Договариваясь о браке без моего согласия?

— В нашем мире больших денег это случается гораздо чаще, чем ты себе можешь представить. Добавь к этому традиции. Булат не видит ничего ужасного в этом. И я, честно признаться, тоже. Только ты до сих пор играешь в Ромео и Джульетту. Без Ромео, — усмехнулся Земянский, — итак… Дальше что, Снежана, а? Срок, как я понимаю, ещё очень маленький, да? Будущих бабушку с дедушкой не успела обрадовать, да?

— Не думаю, что они обрадовались бы такому подарку.

— Если бы ты сказала, что ребёнок от меня, непременно бы обрадовались. Значит, никто, кроме нас двоих, не в курсе? Ты и я. Наш маленький секрет, один на двоих.

Земянский постучал пальцами по столу.

— Не вовремя. Придётся передвинуть свадьбу. На середину апреля. Ещё раньше?.. Нет, не получается. Итак, придётся поспешить. Ты же драпанула со всех ног неизвестно куда, потому что хочешь сохранить ребёнка?

Я молча кивнула, гадая, что ещё выдаст Земянский.

— Значит, мы сделаем так. Завтра ты отправляешься в поликлинику. Разумеется в ту, в которую я тебе скажу. Сдаёшь все необходимые анализы. Если хоть что-то покажется врачу неудовлетворительным… Аборт.

Земянский долил себе ещё виски.

— Если будешь продолжать вести себя, как взбалмошная идиотка, и продолжишь нарываться на неприятности… Аборт. На любом сроке. К счастью, современная медицина позволяет легко и быстро избавиться от нежелательного плода. И почти без следа.

Я сглотнула и внезапно сказала:

— Странный ты, Земя…

— Миша, — перебил меня он, — давай уже привыкай называть своего будущего мужа ласково. Я и без того позволяю тебе слишком много. А ты только и делаешь, что испытываешь моё терпение и вставляешь палки в колёса.

— Хорошо… Миша, — медленно произнесла я.

— Так-то лучше. Судя по твоему выражению лица, удивлена. А теперь подумай на сон грядущий о том, что я и вполовину не так ужасен, как ты себе представила. Просто я привык выуживать из любой ситуации плюсы, какой бы проигрышной она ни казалась.

Михаил довольно улыбнулся. В конце концов, сейчас он получил безотказно действующий рычаг давления.

— Можно поинтересоваться, что не так со складскими помещениями?

— Не так? А что с ними не так? — улыбнулся Земянский.7bde0b

— Я же не идиотка, Миша. Те самые.

Земянский с отцом разыграли какую-то партию с пустующими складскими помещениями. Папочка подарил их мне. А я, в свою очередь, якобы развернула предпринимательскую деятельность. Понятия не имею, какую именно. Разве меня кто-то спрашивал? Просто сунули под нос бумаги, вложили в пальцы ручку и для пущей убедительности положили на плечо руку. Подписывай.

— Нет, конечно же. Ты далеко не дурочка, Снежка. Хорошее пожертвование Тахирова ради успеха нашего маленького общего предприятия.

— Какого?

— Хочешь знать?

— Хочу. В договорах стоит моя подпись. Папочка якобы передарил их мне, а я сдаю в аренду… кому?

— Фирме, которая сдаёт помещение по договору субаренды другой фирме…

— Каков итог?..

— Расскажу самую малость. Например, чудесный цех по производству красной икры. Производят, закатывают, фасуют… Потом сбывают на рынке…

— У Тахирова?

— Не только. Но да, на его торговых рядах тоже. Долго рассказывать.

— Хорошая прибыль?

— Неплохая, во всяком случае. Так, мелочь. Но курочку по зёрнышку клюёт. Что-то ещё, Снежана?

— Это явно не всё.

Земянский вздохнул.

— Нет, конечно же. Ты хочешь забивать себе голову цифрами и схемами на ночь глядя? У тебя, между прочим, должен быть настроен режим, здоровое питание, прогулки на свежем воздухе. В общем, тебе всё распишут как надо.

Я встала, собираясь уйти.

Подойди сюда, принцесса. Давай-давай шевели своими ножками. Поцелуешь будущего мужа на сон грядущий. Я жду.

На деревянных негнущихся ногах я подошла к его креслу. Михаил обхватил мою талию руками:

— Ладно. Довольно на сегодня. Я провожу тебя к твоей спальне.

Земянский прицепился словно клещ, оглаживая кожу через ткань платья. В дверях спальни он остановился и, обхватив пальцами подбородок, повертел моё лицо:

— А всё-таки красивая ты, принцесса. Глаз не оторвать. Как только тебе станет полегче, лицо не будет выглядеть таким уставшим.

Он погладил меня по щеке:

— Надо бы ценить, что я с тобой ласков, внимателен и пока держусь на расстоянии, да?

Глава 42. Бес

У Земянского появилась новая служебная собака. Принеси, подай, отвези, договорись о встрече. Едва ли не ботинки начисти. Но если бы понадобилось, я бы и ботинки этой мрази начистил, смакуя в голове момент, как потом вдавлю свой ботинок в его холёную морду так сильно, что на коже отпечатается рельеф подошвы.

На некоторое время я превратился в робота, автоматически переставляющего ноги и выполняющего рутинные действия. Потому что так надо. Больше всего хотелось крушить всё подряд без разбора, но нельзя. Злость и ненависть разъедали моё нутро, скатываясь ядовитыми ртутными каплями по глотке, когда разговаривал и делал вид, что живу, а не существую. Пришлось даже вытащить шлюху Ленку, чтобы появиться с ней несколько раз в кафе, сесть намеренно близко, положив руку на колено. Ленка обрадовалась, но радость её была недолгой. В салоне автомобиля она сразу потянулась ко мне, призывно облизав свои губы, готовая отсосать и потрахаться, вообще, готовая на всё. Я остановил её жестом руки.

— На место сядь. И пристегнись. Поход в культурные места окончен.

— Я так соскучилась по тебе, ромашка. А ты… — Ленка картинно надула губы и всхлипнула.

— Я не ромашка. Чё губы надула? Сходила, развеялась, плохо, что ли?

— Без продолжения не то.

— Теперь то, Ленка. Составишь мне компанию через день-два? Посидишь в ресторане.

— Опять так, как целочка и девственник?

Я пожал плечами:

— Не хочешь как хочешь. Я себе другое сопровождение найду, более сговорчивое. Проблем не возникнет.

— Ну и гад же ты, Бес! Ты меня просто используешь, потому что тебе так надо!..

— Да. Говорю же, если не нравится, я тебя не заставляю.

Ленка громко хлопнула автомобильной дверью. Согласится. Подует губы, а потом будет усердно изображать из себя счастливую девушку. Я усмехнулся. Мне было плевать и на её якобы чувства и на всё остальное. Даже рот лишний раз раскрывать не хотелось. Потому что единственное чего я хочу, мне сейчас недоступно. А всё остальное — серое и унылое, с привкусом горького сигаретного дыма и остывшего пепла.

Зазвонил старенький телефон. Неубиваемая Нокиа с новой сим-картой. Звонит Бесов-старший. Я, немного помедлив, отвечаю на его звонок, перебрасываясь несколькими фразами. До сих пор не верится, что я нормально разговариваю с ним. Мне, вообще, во многое не верится сейчас. Моя жизнь превратилась в идиотский спектакль, в котором я и грустный Пьеро, и весёлый Арлекино. Я не горел желанием идти на контакт с папашей, но пришлось, блядь. Потому что если у кого и есть возможность прижать Земянского, то именно у него — одного из шишек областного ОЭБиПК (отдел экономической безопасности и противодействия коррупции). Разговор длится недолго, откладываю телефон, а в памяти первый разговор с папашей прокручивается…