ИХ. Книга четвертая (СИ) - Свадковский Алексей Рудольфович - Страница 27

«Ты что, таким образом составлял карту этой части уровня?!» – возмущенный голос Тайвари сверлом вонзился мне в мозг.

«Это была хорошая возможность!» – возразил я. «Пока они игрались со мной, отгоняя прочую нежить, я мог безопасно изучить это место, чтобы найти выход к лестницам на шестой ярус.»

«А с чего ты решил, что они не нападали по настоящему?» – скепсис явно боролся в моем симбионте с любопытством.

Я лишь пожал плечами – для меня это было очевидно. «Стреляли охотники по очереди, охотничьи псы, пару раз обогнав, отгораживали меня от части коридоров, значит они могли бежать и быстрее. В общем, после веков охоты за нарисованными птицами, принц со свитой впервые за столь долгое время получил живую добычу, и явно хотел с ней поиграться. Не использовать это было глупо.»

«Это было опасно...» – после долгого молчания наконец тихо выдала Тайвари. «Они могли в любой момент перестать развлекаться и начать нападать по-настоящему.»

«Ну, тогда бы их ждало Дыхание. А в плюсе мы имеем пусть и не подробную, но все-таки карту этого участка гробниц. И теперь, полагаю, нам нужно туда, куда нас не пускали нарисованные песики: думаю, проходы на верхний уровень где то в том направлении.»

Пора. Встав и размяв ноги, я призвал Книгу и зарядил Активатор новой картой, расстегнул застежку на цепи и, свернув, убрал в сумку. Я еще размышлял куда идти, когда чувство опасности буквально взвыло. Прыжок в сторону в попытке уйти с линии атаки, но тело подхватили буквально в воздухе, с силой бросив об остатки разбитого ограждения пруда. Я попытался вскинуть Активатор, но боль затуманила разум и я толком не мог видеть своего врага, когда новый удар заставил все тело корчится от боли, содрогаясь в судорогах, пока Активатор не выпал из ослабевшей руки.

Не в состоянии двинуться, спеленатый невидимыми путами, я наконец увидел своего врага – светящееся полупрозрачное тело, не касаясь ногами пола, неспешно плыло ко мне. Призрак точно повторял того, кем он был при жизни: золотая маска на лице, на голове корона со сверкающим драгоценным камнем и белое ниспадающее одеяние с погребальным амулетом на груди. Подлетев ко мне поближе, гад ненадолго замер возле меня, словно изучая. После чего призрак, развернувшись, полетел к дверям, а мое тело потащило волоком вслед за ним.

Быстро полетев вдоль коридора, он потянул меня за собой. Поворот, еще поворот, теперь мы спускаемся вниз, и я своей головой считаю ступени лестницы. Вниз, еще один длинный коридор, и мы оказываемся перед массивными воротами из черного дерева, украшенными бронзовыми вставками. Взмах руки и врата открываются перед хозяином гробницы, а меня снова тащат за собой мимо высоких статуй с головами шакала и крокодила и с массивными топорами в руках. Они проводили меня поворотом головы и взглядом горящих глаз, а я уже оказался в следующем зале, полном разнообразных мумифицированных зверей и птиц, стоящих на пьедесталах. Они заполняли его целиком, насколько мне хватало взгляда. Что-то было в них не так, но что – я понять не успел. Новые двери, украшенные позолотой, распахиваются по воле духа, и мое тело с размаху падает на массивный черный стол. В этом зале нет светильников, но вездесущий зеленый туман под потолком их успешно заменяет. В его свете я вижу, как металлические зажимы с легким щелчком сжались на руках и ногах и растянули мое тело, оставив свободной лишь голову.

Воспользовавшись тем, что на несколько мгновений призрак оставил меня в покое, я, напрягая шею, огляделся. И то, что я увидел, заставило меня судорожно выдохнуть. В дальнем конце комнаты, на высоком подиуме, стоял большой саркофаг, искусно вытесанный из бледно-золотистого камня. Светильники, стоящие вдоль стен сундуки и шкафы наполненные книгами, несколько столов и бюро. Больше всего это место походило на рабочий кабинет какого то книгочея или ученого. Вот только меня напугало не это, а дополнительные украшения, которые появились уже после того, как строители закончили свою работу, и открылись Врата.

Тела. Множество разнообразных тел, подвешенных на вбитых в потолок крюках, на некоторых из которых еще угадывались остатки одежды и формы. Вот эта парочка, судя по медальонам, в прошлом были искателями. Только теперь они больше походили на сиамских близнецов: одно общее тело в два раза шире обычного, сросшееся боками, две головы, две руки и две ноги. Рядом висели, судя по рваным обрывкам формы, трое солдат, а около них явно маг в остатках красной мантии.

Я выкручиваю голову и боковым зрением ловлю проступающие в полумраке зала новые и новые тела со следами трансформации. Какая-то неведомая сила игралась с их еще живой плотью, как с глиной. Видимо, сила Смерти пробудила собственные таланты хозяина этого склепа, и он оттачивал свой дар на попавших к нему в руки пленниках. Иначе я не мог понять, как он мог это делать: ведь магии Смерти неподвластно изменение живой плоти. Вот только как жертвы сюда попадали? Наверное, призрак покидал свою могилу и поднимался на верхние уровни и во время вторжения гильдий магов, и после, охотясь на искателей.

Тут я замечаю еще кое-что – небольшой столик, стоящий возле «моего», уставленный небольшими резными фигурками, с расчерченной на равномерные квадраты поверхностью. Разноцветные рисунки в клетках однозначно показывают – это же игровое поле для игры в нулшрок! В нечто подобное мы играли с Кессиром в перерывах между занятиями – довольно интересная игра. Видимо, она скрашивала досуг хозяина в ожидании дураков, над которыми можно будет ставить эксперименты.

Я не успел обдумать до конца мелькнувшую у меня в голове идею, как назад к столу вернулся призрак, а вслед за ним по воздуху подлетели разнообразные инструменты, от взгляда на которые я покрылся холодным потом. Зубчатые пилы, скальпели, щипцы, длинные спицы замерли в воздухе вокруг стола, а призрак начал водить над моим телом руками. И вслед за его движениями исчезли и Доспех Стремительных ударов, и все предметы Хранителя Ночи.

Один из скальпелей подлетел к моему глазу, и я заорал со всей мочи, преодолевая паралич:

– Бальвур на синий круг четыре, бальвур на синий круг четыре!

Слова на языке аритшеев произвели просто магическое воздействие: бритвенной остроты скальпель, собравшийся проколоть мне глаз, замер, а хозяин гробницы подлетел к игральному столику и расставленным на нем фигурам. Некоторое время он висел над столом, пока фигуры на доске не пришли в движение. А я облегченно выдохнул: немного времени у меня теперь есть.

– Ланкшер на белый квадрат два.

«Тай, ты уверена, что все правильно делаешь?»

«Да, у тебя мелькнула правильная мысль, придерживайся ее, а я затяну игру еще на десяток ходов. Хотя партия уже близка к завершению: или мы атакуем и продержимся еще несколько ходов, или он сможет протащить свою дуфу на красный круг, и мы утратим все фигуры, стоящие на красном, что неминуемо ведет к мгновенному проигрышу.»

«Ясно».

Ну давай же, соня, просыпайся! Все-таки мне следовало почаще использовать дар богини, выпуская время от времени ассирэя. А теперь этот лентяй впал в глубокий сон, и все то время, пока Тайвари затягивала партию, я пытался докричаться до его духа, упрятанного в медальон.

– Зилус на шаг назад на зеленый круг.

«Рэн, это предпоследний ход. Делай что-нибудь, наконец!» – голос Тайвари, обычно бесстрастный, был полон паники, и она словно разорвала сон ассирэя.

Я почувствовал пробуждение его сознания от сна как смывающую паралич теплую волну. Большой зверь просыпался сначала нехотя, потом с любопытством, а потом и некоторой обидой на меня, что я так давно не звал его поиграть. Впрочем, долго пообщаться нам не дали. Вонзившийся в ногу скальпель был хорошим намеком поторопиться со следующим ходом, и это явно не понравилось ассирэю. Сознание огромной кошки на миг наполнило мой разум, по телу пробежала волна преобразования, и, отзываясь на нее, с треском полопались металлические зажимы, не в силах сдержать изменяющуюся плоть.