Ксавьер Колд (ЛП) - Валентайн Мишель - Страница 48

Анна потирает мою спину.

— Так и есть.

Наконец вопросы, которые я задавал всю жизнь, получили ответы. Отец никогда не бросал меня и мать. Он был убит моей бабушкой, которая провела остаток жизни, скрывая свое зло от общественности. Но я знал правду о ней, и теперь ее узнает и весь остальной мир.

Глава 35

Анна

Я ставлю свой кофе на стол, а потом подкрадываюсь и ставлю чашку на ночной столик Ксавьера. Прошлую ночь он плохо спал, потому что мы обсуждали вещи, найденные в его доме детства. Ему было трудно переварить все, что с ним случилось. Это была тяжелая ноша, но, по крайней мере, мы находимся в такой точке наших отношений, когда он чувствует себя достаточно комфортно, чтобы поговорить со мной о своих чувствах.

Я пытаюсь встать на цыпочки, но рука Ксавьера выскальзывает из-под одеяла и хватает меня за запястье.

— Куда собралась?

Он игриво тянет меня на кровать, оборачивает вокруг меня руки и нюхает.

— Хорошо пахнешь.

— Я приняла душ, — хихикаю я. — Это называется мыло.

— М-м-м. Может, нам не стоит сегодня выходить. Я все еще должен тебе день в постели.

Я провожу пальцем по его носу, стараясь не зацепить раны на лице.

— Мы могли бы, но, думаю, лучшей мыслью будет найти квартиру до того, как отправимся на «Напряжение».

Он кивает.

— Ты права, — кивает он. — И нам нужно найти тебе кольцо.

— Мы не обязаны делать это сегодня.

— Обязаны. — Он утыкается носом в мои волосы и целует в шею. — Так как мне больше не разрешено мочить придурков за то, что они на тебя глазеют, кольцо на твоем пальце будет следующей лучшей вещью, чтобы каждый мужчина в мире знал, что ты занята.

— Для этого мне не нужно кольцо. Все, что им будет нужно делать — смотреть мне в глаза и видеть женщину, чье сердце занято.

Ксавьер касается моей щеки.

— Я люблю тебя, красавица. Ты — лучшее, что когда-либо со мной случалось, мой ангел, мое все, и я никогда снова не отпущу тебя.

Эпилог

Анна

Список, который я хранила в сумочке последние одиннадцать месяцев, истрепан. Я, должно быть, по три раза проверяла его более ста раз, убедившись, что ничего не забыла о дне, до которого мы отсчитывали почти год.

Квинн вытаскивает несколько салфеток из коробки, стоящей на столе, и засовывает их под мышку, затем повторяет сценарий для другой руки. Она выглядит нелепо, стоя в свадебном платье с торчащими из подмышек салфетками.

— Здесь жарко, как в преисподней, — поясняет она.

Я смеюсь.

— Здесь не так уж плохо. Просто ты нервничаешь.

— Не нервничаю. С чего бы? Я выхожу за мужчину, которого люблю, и мы собираемся быть вместе до конца жизни. Никакого давления.

Я заметила, что Квинн тараторит, когда слегка паникует. Я встаю и беру ее за руки, пытаясь успокоить.

— Все будет отлично. В женитьбе нет ничего такого.

— Тебе легко говорить. — Она закатывает глаза. — Вы с Иксом не женились в церкви, полной людей, следящих за каждым твоим шагом.

— Нет. Но женитьба в городской ратуше была самым быстрым способом покончить с этим.

Я улыбаюсь, думая о причине, побудившей нас пожениться. Но после того, что случилось с Бишопом, мы решили, что жизнь слишком коротка, и хотели официально скрепить свою вечную любовь.

С другой стороны двери слышится стук. Я пересекаю маленькую комнату, которую церковь предоставила для подготовки невесты, и открываю дверь.

Там стоит Ксавьер, держащий в своих огромных руках нашего малыша. Он выглядит как щегол с волосами, зачесанными назад и собранными в пучок, в черном костюме-тройке. Я убеждена, что мой мужчина хорошо выглядит во всем, что надевает. Ксавьер гримасничает.

— Извини, я знаю, что это время для девочек, но кто-то хотел увидеть маму, прежде чем она должна пойти выполнять свои обязанности подружки невесты.

— Он спит, — говорю я, когда отодвигаю одеялко.

— Я не говорил, что в тебе нуждается Саймон, — ухмыляется Ксавьер.

— Ты перегибаешь. — Я наклоняюсь и целую его в губы. — Мои родители и брат уже здесь?

— Ага. Мы все вместе будем сидеть во втором ряду.

Я наклоняюсь и оставляю легкий поцелуй на лбу нашего ребенка, а потом еще раз целую Ксавьера.

— Увидимся на регистрации. Буду в пышном платье подружки невесты.

Он отступает и оценивает, во что я одета.

— Оно легко снимается?

— Сегодня вечером узнаешь, — отвечаю ему с улыбкой.

Он выгибает брови.

— Это свидание. Позже, красавица.

Ксавьер разворачивается и направляется назад в часовню, где ждут все остальные.

Я поворачиваюсь к Квин.

— Готова сделать это?

— Да, — подтверждает она и начинает идти ко мне.

Я кривлюсь и показываю на ее плечи.

— Салфетки?

Она быстро вытягивает их и выбрасывает в мусорную корзину, а потом делает глубокий вдох.

— Давай сделаем это.

Я вывожу ее за дверь и до меня доходит, что у меня прекрасная жизнь. Дорога сюда была сложной и длинной, но вместе с Ксавьером мы улучшили ее, став сильнее, как никогда. Обстоятельства испытывали нас на этом пути, но умение опереться друг на друга помогло нам пройти через свидетельствование против Бишопа и Кая. Благодаря тому, что мы с Ксавьером выступали в суде, Бишоп и Кай будут сидеть почти семьдесят лет. Улицы Детройта намного безопаснее без них.

Дина и Рекс все еще время от времени становятся занозами в заднице, когда пересекаются со мной и Ксавьером на «Напряжении», но они решили, что развести нас нереально, как только разошелся слух о моей беременности. Ксавьер был в дороге без меня с момента, когда родился Саймон, но, как только малыш слегка подрастет, мы планируем брать его с собой в поездки, пока ему не придет время идти в школу.

Мама предложила присматривать за ребенком, если мы переедем в Портленд, но я объяснила, что теперь для нас домом стал Детройт. На месте разрушенного дома в Сикаморе Ксавьер строит центр отдыха для малообеспеченной молодежи по соседству. Коул, Нетти и Квинн много работали, чтобы продвинуть проект и запустить его для нас, пока мы в дороге. Это очень личный проект для Ксавьера. Ему нравится идея создания положительного места, чтобы забрать детей с улиц.

Никогда не видела Ксавьера счастливее. Я не могла и просить о лучшем муже и отце для нашего сына, чем он. Наличие собственной семьи на самом деле вытягивает его из темноты, и теперь весь остальной мир начинает узнавать то, что я знала все это время, — Ксавьер хороший мужчина с огромным сердцем. Я очень им горжусь и знаю, что наша жизнь вместе будет становиться все лучше и лучше.