Зеленый жемчуг (СИ) - Токарева Оксана "Белый лев" - Страница 87

 — Да мы ей можем и за бесплатно устроить крутейший бордель, — поддержал товарища еще один обладатель кустарной брони на основе защитного костюма.

Однако предводитель его прервал:

— Отставить разговоры! — проревел он. — Много бы вы этот корабль отыскали, если бы Онегин не засекла сообщение в открытой сети. А тебе, Дергунчик, за то, что адмиральский катер упустил, ближайший месяц не девок окучивать, а гальюны вместо дронов чистить! За работу, бездельники! — повернулся он к остальным. – Корабль тщательно обыскать. Все ценное оборудование демонтировать. Пленников — в трюм.

Продираясь сквозь дым и туман, застилавший глаза, словно через густо наложенный на изображение колор, Туся наблюдала, как пираты грубо поднимают на ноги выживших членов абордажной команды, как конвоируют к выходу уцелевших пилотов, как с хозяйским видом шарят по рубке и прилегающим помещениям. Когда наручники сомкнулись на запястьях Феликса, она испытала что-то вроде маленького мстительного удовлетворения: Серый Ферзь за сегодняшний день ухитрился угодить аж в две ямы, которые с завидным усердием рыл другим.

Тусей и Наташей предводитель заинтересовался лично. Похоже качество «товара» он умел определять и сквозь защитный костюм.

 — Так-так! — удовлетворенно хмыкнул он. — Похоже наш жемчужный принц драпанул, даже бросив свой гарем. Не расстраивайтесь, дамочки. Милости прошу. На корабле старого Саава Шварценберга вас будет, кому утешить.

Наташа сделала какое-то движение, то ли хотела выхватить у пирата скорчер, то ли пыталась залепить ему пощечину, но вместо этого пошатнулась и осела на пол. Саав Шварценберг подхватил ее, взвалил, точно мешок, на могучие плечи и понес по лестнице на абордажную палубу и далее на свой корабль. Туся покорно следовала за ним. Какими мытарствами грозят им новые испытания, она старалась даже не думать.

Комментарий к IX [1]danse macabre – Пляска смерти.

[2]«G» — Гравитацио́нная постоя́нная, постоянная Ньютона (обозначается обычно G, иногда GN или γ) — фундаментальная физическая постоянная, константа гравитационного взаимодействия.

Коллаж к главе. В центре Саав Шварценберг https://vk.com/photo-148568519_456239222

====== X ======

— Ну все, дамочки, теперь раздевайтесь! — распорядился Саав, вталкивая Тусю в одну из заполнявших трюм клеток и достаточно бесцеремонно сгружая туда Наташу. — Ну, что застыли? Спецкостюмы гребаные, говорю, снимайте. А вы что подумали? Или у вас там под ними нет ничего?

Он оглушительно захохотал над собственной шуткой, щедро сбрызгивая рыжую бороду слюной. От шлема и брони он успел освободиться еще в кессонной камере своего корабля и теперь с наслаждением, надсаживая ворот растянутого свитера, скреб густую шерсть на груди.

— Ну что вы там копаетесь? — продолжал он, наблюдая за неловкими попытками пленниц освободиться от костюмов и не стянуть вместе с ними мокрую от пота, противно липнущую к телу одежду. — Мне тут что, до морковкина заговенья стоять?

Не решаясь перечить, Туся кое-как протолкнула внутрь подкативший к горлу спазм и ускорила движения, непослушными руками пытаясь снять костюм с себя и помочь Наташе, которая еще не до конца освободилась от обморочной пелены и лишь с трудом хватала воздух открытым ртом. Когда с неудобной конструкцией удалось почти совладать, последовал новый приказ:

 — А помедленнее нельзя? Совершая красивые телодвижения. Чему вас только учили?! А ну-ка, шалавы пустоголовые, покажите старому Сааву апсарский танец змей! Или вы только перед альянсовскими толстосумами привыкли шевелить задницами? Ну, ничего, я вас быстро обломаю. А будете кочевряжиться, отдам команде, а потом отправлю змееносцам в коллоид. Если останется чего отправлять.

Если Саав Шварценберг отдавал противоречащие друг другу приказы, чтобы запугать и еще больше сломить волю пленниц, то своей цели он достиг. Тусю не просто трясло, она не могла попасть в рукав толстовки, которая почему-то расстегнулась и снялась вместе с защитным костюмом. Голова, казалось, уже раскололась на осколки, которые вращались по неведомой орбите, образуя новый пояс астероидов. Распаленное нервной перегрузкой, подстегиваемое страхом воображение рисовало картины, одна безнадежнее другой, так что памятная встреча с легионерами уже казалась просто забавным приключением.

В спутанном меркнущем сознании ржавым гвоздем засела единственная мысль: «Встречу с пиратами спровоцировали они сами». Не просто так внутренний голос бунтовал против попыток Наташи отправить сообщение любой ценой. Не зря водоворот реки времени выбросил к ее берегам этот странный сон и звучавший предостережением разговор Арсеньева и Галки. И кого теперь винить за то, что не проявила достаточно настойчивости и не сумела остановить подругу? Да и о какой настойчивости тогда шла речь: открытая дверь каюты казалась чудом, шансом единственным на миллион.

Ну что ж, усердие возымело результаты: сообщение услышали. Кто ж знал, что в команде у Саава Шварценберга окажется оператор сети уровня Пабло. Тусе казалось, что молодой барс как-то раз в беседе о классической литературе упоминал неуловимого хакера, взявшего в качестве псевдонима фамилию пушкинского героя.

Впрочем, теперь это не важно. Пабло, так же, как и Арсеньев, остались где-то далеко на расстоянии даже не световых лет, а кровавых тысячелетий, темных веков, из глубины которых пришла эта железная клетка с заплеванным полом и парашей в углу. И участь наложниц в гареме полудикого князька на краю обитаемых миров сейчас представлялась едва ли не избавлением.

 — Клод показал мне, как останавливать сердце, — прошептала Наташа, глядя на подругу переполненными ужасом глазами, в которых расширенный шоком зрачок занимал почти всю радужку.

Туся с сожалением подумала, что Командор не преподал ей таких уроков. И зачем она только позволила Феликсу вытащить их из злополучной каюты.

Впрочем, Жемчужный Кардинал тоже не ожидал такого бесславного краха своих блестящих планов. Взмокший и растрепанный, похожий на щипанную ворону, он сидел в одной из близлежащих клеток и изо всех сил старался слиться с обстановкой. Он не повернул головы, даже когда в трюм внесли окровавленных и обессиленных пилотов и выживших членов абордажной команды.

 — А с этими что делать? — спросил у предводителя носатый рябой пират, пока его товарищи распределяли пленников по клеткам.

 — Запереть и стеречь, — раздражено ответил Саав, явно раздосадованный тем, что приходится разжевывать очевидные вещи.

 — Я имею в виду, что до Васуки, если оставить их как есть, они не дотянут.

 — И что же ты, Майло, предлагаешь лазарет для этих ушлепков альянсовских устраивать? — предводитель начал выходить из себя.

 — Ну, лазарет не лазарет, а медицинская помощь им не помешала бы, — не сдавался рябой Майло. — Хотя бы самая, того, э-ле-мен-тарная, — добавил он, не без труда выговорив последнее слово.

 — У Онегина, помнится, аптечка где-то была, — подал голос еще один пират, темнокожий парень с разномастными дредами, перевязанными пестрой косынкой.

— Еще бы лекарства я на эту падаль не тратил! — окончательно взбесился Саав. — Не доживут до встречи с покупателем — не моя проблема! Из вашего жалованья вычту. Да и кто их лечить станет? Забыли, что нашего прежнего дока забрала Нага? А у нас своих раненых сегодня пятеро.

 — Четверо, кэп, — уточнил темнокожий, которого звали Рик. — Вакидзаси своему японскому богу душу отдал.

   — И остальным без дока худо придется,  — вздохнул Майло.  — А нам на борту только балласта не хватало. Помимо пленных.

 — Ну не будешь же ты хворых корешей продавать на батарейки,  — резонно заметил Рик.

 — Можно было бы Жемчужного принца заставить наших ребят лечить, — предложил какой-то долговязый бородач с глазами навыкате. — Он же, вроде как, тоже доктор.

 — Балда ты, Штырь! — сердито осадил его Саав. — Доктор — это научное звание! А так он только и умеет, людей в коллоид запихивать и энергию из них качать.