Андердог (СИ) - Гусев Роман Витальевич "Jormungand" - Страница 5

Пожалуй, сегодня с меня хватит откровений. Будь у меня бутылка чего-нибудь крепкого, я бы выпил, не задумываясь, и ушёл в небытие на несколько часов. Действительно, это тяжело…»

Забежав в свою комнату, он начал быстро носиться по ней, поднимая в воздух всю пыль, которая здесь собралась.

- Ну, и где же он? – раздражённо спросил он. – Я же где-то здесь его оставил… сюда уж точно никто не заходил, так что он должен быть здесь, и нигде больше.

Ещё десять минут скитаний по комнате, и вдруг, он наткнулся на небольшую кучку из пыли на столе.

- Охренеть, это же, сколько здесь убираться надо… - вздохнул он, а затем провёл ладонью по столу, чтобы скинуть этот толстый слой пыли.

Прозвучал громкий стук, и, опустив голову вниз, Джонатан заметил, что на полу лежит его телефон.

- Великолепно, не хватало ещё разбить его…

Подобрав с пола свой некогда любимый телефон, он на несколько секунд застыл, погрузившись в воспоминания. Его глаза были открыты, и он даже не моргал. Взгляд опустел, и действительно, будто умер на несколько секунд. Джонатан встряхнул головой, очнувшись от наплывших на него моментов из прошлого, и затем в одном из своих шкафчиков нашёл USB-кабель.

- Как я рад, как я рад… - начал он напевать самому себе. – Это же счастье! – подсоединяя телефон, через USB к недавно добытому плееру. – Осталось только включить телефон, и вуаля! – нажимая на кнопку включения, сам себя комментировал парень.

Экран засветился, и прозвучал характерный сигнал включения телефона.

- Как давно я тебя не слышал. Ностальгия.

Перекачав абсолютно все песни, которые у него хранились на телефоне, на плеер, он чуть ли не начал прыгать от счастья, а затем лишь надел наушники, включил первую попавшуюся песню. Его глаза закатились от наслаждения, веки закрылись, и он полностью погрузился в музыку, настраивая громкость на максимум. Счастью его не было предела, а когда в ушах заиграл припев песни, его глаза открылись, и он заорал:

- Да-а-а-а! Я всё ещё жив!

После этой фразы он ещё долго ходил по дому, и напевал строки из песен, которые играли в плеере, и, решив заодно убраться, он погрузился в это дело на пару часов. Жизнь, казалось, налаживается. Убрав кухню, прихожую комнату, затем свою спальню, он поднялся в комнату родителей, и решил убраться там. Ещё пятнадцать минут прошли незаметно для него. Решив, что постельное бельё здесь больше не потребуется, да, и вообще, оно было уже далеко не в том состоянии, чтобы на нём спать, Джонатан начал собирать его, чтобы выбросить, но как только он приподнял подушку, на которой спал отец, ему пришлось снять наушники.

- Если это было ради защиты, я ничего не имею против этого, папа, – взяв в руку пистолет, сказал парень.

Пистолет был довольно старым, но его можно было просто почистить, смазать, и тогда он мог быть весьма боеспособным, хотя, и сейчас, не факт, что он не мог выстрелить. Джонатан вытащил обойму, и увидел, что она была полной, а значит, отец никогда не стрелял из него, тогда-то он и понял, что пистолет был действительно для защиты.

- Ну что же, мало ли, что со мной приключится, – вставляя его в пояс своих штанов, сказал парень. – А теперь продолжим уборку,- обратно надевая наушники, и погружаясь в музыку, произнёс он.

Ещё некоторое время он провёл в этой комнате, порой на него накатывали воспоминания, связанные не только с отцом, но и с матерью, и от этого ему становилось только больно. Не закончив уборку в комнате родителей, он вышел из неё, а затем сел в угол, положил руки на колени, а голову откинул назад, опираясь об стену.

- Почему же всё именно так произошло? – тяжело дыша, говорил он в пустоту. – Неужели всё не могло быть по-другому?

Закрыв глаза, он через несколько минут задремал. Даже мимолётный сон был связан с родителями, но он быстро закончился, так как парень проснулся от какого-то резкого стука. Сняв наушники, он огляделся по сторонам, но ничего подозрительного не заметил, после чего, выглянул из-за угла, и увидел, что его входная дверь выбита, и через неё заходят какие-то люди. Он быстро достал пистолет из пояса, покрепче взял его в руку, и почувствовал, что как только обхватил рукоять пистолета, то сразу же снял предохранитель, который встроен в стенку рукояти.

- Весьма удобно… - прошептал он, а затем осторожно выглянул из-за угла.

Как только он выглянул, сразу же заметил, что один из зашедших в его дом, уже смотрит на него, от чего сердце начало стучать в бешеном ритме, и так сильно, что звук от каждого биения откликался в ушах. Не прошло и двух секунд, как Джонатан нажал на курок, и выстрелил этому человеку прямо в голову, и тот сразу же повалился на пол.

- Он справа, захватить живым, – прозвучал спокойный голос.

- Вы чего здесь забыли, уроды? – прокричал Джонатан. – Если сейчас же не свалите отсюда, я перестреляю всех вас.

- Ориентируйтесь по его голосу, и обезвредьте, – говорил всё тот же человек.

Джонатан замолчал, и быстро отбежал от стенки, открывая дверь комнаты родителей, а затем захлопнул её вслед за собой. Послышались быстрые шаги в сторону этой комнаты, и тогда парень решил выпрыгнуть в окно, и сбежать. Разогнавшись, он с ходу врезался в окно, и вылетел наружу, но и тут его уже ждали два человека в незнакомой униформе. В воздухе Джонатан успел выстрелить два раза, и попал в шею одного из ожидавших. Униформа закрывала практически все части тела, но самыми уязвимыми были шея, ступни и подмышки. Раненый сразу же упал, и схватился за рану, а второй даже не обращая на это внимания, попытался схватить Джонатана, и прижал его к стене.

- Я на улице, с правой стороны дома, цель задержана, – сказал он.

- И кого же ты схватил, идиот, глаза разуй, – ухмыльнулся парень, а затем выстрелил ему в плюсневую область стопы.

Тот сразу же отпустил Джонатана, и схватился за стопу, но можно сказать, что своё дело он сделал, так как люди, находившиеся в доме, уже окружили его, и взяли на мушку. Бежать было практически некуда, за спиной стена дома, по бокам люди с пистолетами, а впереди забор.

- Веселье продолжается, – улыбнулся Джо, и в два шага добежал до забора и перепрыгнул через него.

Пока он делал те самые два шага, услышал несколько странных выстрелов, будто он стреляли не пулями, выстрелы были слишком тихие.

Вслед за ним начали перепрыгивать забор и те странные люди, но первый из них тут же получил пулю в зад, которая, судя по всему, затем попала в бедренную кость, потому что после падения, он уже не смог встать. Джонатан резко сорвался с места, и побежал «куда глаза глядят». Люди в униформе были позади, они бежали намного медленнее, и поэтому Джонатан слегка расслабился, и сделал это не вовремя, так как из-за поворота выскочил какой-то человек, и выстрелил ему в грудь, а парень, даже толком и не понял, что произошло, пока падал на землю. Через несколько секунд его веки начали закрываться, и он уже смутно видел, как над ним встали бежавшие за ним люди в униформе, и тот самый человек, которого он так и не смог разглядеть.

«Тюремный дневник. День третий.

Вчерашний день был тяжёлым, и запись, которую я сделал, тоже оказалась тяжёлой. Сегодня мне бы хотелось порадовать самого себя, и написать что-то хорошее о тех временах, когда я был счастлив. Да, эти времена давно прошли, но воспоминания о них иногда продолжают греть моё сердце, хоть после них и наступает ещё большая тоска и печаль.

Был 2036 год, великолепное время, я тогда был ещё сопливым малым, который везде бегал за своими родителями. Да, тогда ещё была жива моя мама. Самый прекрасный человек из всех, кто мне встречался, вторым в этом списке был отец, но любил я их одинаково сильно. Даже в том возрасте я уже понимал, что мне очень повезло с семьёй. Денег в нашей семье не было так уж много, мы не шиковали, как некоторые, но и не жаловались, подбирая последние крошки, всё было в меру. Наша семья была крепким середнячком в финансовом плане, и это, как мне кажется, и есть та самая золотая середина, когда в доме есть что поесть, есть во что одеться, и уделяется необходимое внимание ребёнку. В богатых или бедных семьях всё построено на деньгах. Ведь что бедные, что богатые, они все ищут способ, как добыть денег. В случае бедных - это способ добыть денег на еду и одежду, а в случае богатых - это способ добыть ещё больше денег, чем они имеют сейчас, дабы потешить своё самолюбие новыми «бриллиантовыми» игрушками. При этом дети, в подавляющем большинстве случаев, остаются морально брошенными. Они вроде как члены семьи, но с ними не считаются, они никому не интересны, и вообще от них одни проблемы.