Корнет из нашего времени. Часть 2 (СИ) - Мелик Валерий - Страница 20

После опять подошел к своему командиру штабс-ротмистру Фрейтаг фон Лоринговену и старшему полковнику полка Абалешеву, председательствующему в офицерском собрании. По установившейся традиции я обязан был проинформировать собрание о предстоящей дуэли и получить формальное согласие на участие в ней. Разъяснив им обстоятельства моей ссоры с князем Эристовым и желании буквально завтра направить секундантов для официального вызова, получил полное одобрение своими действиями. Особенно мои старшие товарищи были удовлетворены тем, что я проявил хладнокровие, дав возможность и время князю Эристову без "потери лица" выйти из этой ситуации, не стал горячиться и требовать сатисфакции. Ну а то, что он не воспользовался предоставленной возможностью…Они так же одобрили мой выбор секундантом корнета Лишина. Юра был мне близким другом и было бы странным, если бы я не рассчитывал на него. Вторым секундантом рекомендовали штабс-ротмистра Коленкина, офицера второго эскадрона нашего полка. Он, кстати, буквально на днях был повышен в звании. Во-первых, Александр Эристов был штабс-капитаном, а не только драться с корнетом на дуэли, но и решать формальности этой дуэли с таким же корнетом — хоть и не было нарушением правил, но считалось mauvais ton[58], предпочтительнее в этом качестве видеть офицера в более высоком чине, приблизительно равным vis-а-vis[59]. К тому же новоиспеченный штабс-ротмистр водил дружбу с многими слушателями артиллерийской школы, к которой был приписан штабс-капитан Эристов, поэтому эта кандидатура была удобна по "политическим мотивам", те были соседями, не хотелось бы натянутых отношений с ними, которые могут возникнуть после дуэли. Хотя, как выяснилось, эта приписка носила очень формальный характер, на самом деле тот был на отдыхе после прибытия с войны.

Тут же собрался, так сказать, "орг. комитет" причастных к этому делу, и были разъяснены все нюансы обязанностей секундантов, стиль поведения, мои права, обязанности. Что бы, не дай бог, не запятнать славное имя представителя лейб-гвардии Его Императорского Величества Кирасирского полка.

Решено что завтра же, поутру, секунданты отправятся в дом князей Эристави, что на Аптекарском острове и в случае отказа от извинений передадут мой официальный вызов. В этом случае, так как я являюсь оскорбленной стороной, то право выбора оружия остается за мной. Мое предпочтение, конечно же, пистолет. Чай, ХХ век на дворе, не на мечах же драться. Ну а остальные вопросы — чисто формальные. По установившей традиции, дуэли проводились на окраине Лесного парка на Выборгской стороне, на месте знаменитой дуэли Новосильцева и Чернова[60]. Я хотел бы все решить завтра к исходу дня. Думаю, мой противник не будет против, он должен понимать, что не следует оттягивать неизбежное, в обществе не поймут. Все остальное — расстояние, стрельба в схождении или в неподвижном состоянии, очередность — как договорятся секунданты, я им полностью доверяю. Обычно стреляются с 35–40 шагов, раньше было принято с 15–20, но сейчас, с современным оружием, меньшая дистанция — это просто взаимное убийство со стопроцентным результатом. Очередность — или по жребию, или первой — оскорбленная сторона. Как говорится, на все воля Божья!

Утром, сразу после завтрака, я, в компании с Юрой Лишиным и штабс-ротмистром Коленкиным отправились в Петербург. Во второй половине дня должен был подъехать полковой врач, Лебедев Владимир Александрович. Вопреки тому, что писали об офицерских дуэлях в будущем, на самом деле это было далеко не рядовое события для полка, представитель которого дрался, все формальности должны быть соблюдены, престиж полка не должен пострадать. По указанию командира врач был откомандирован в наше распоряжение, а Абалешеву Александр Александрович, как старший полковник, уже наверное встречается с руководством офицерского собрания Артиллерийской школы, к которой был приписан мой противник. Решались и другие вопросы, связанные с проведением дуэли. А пока мои секунданты поехали с визитом в особняк князей Эристовых, а я к себе, на Васильевский.

Как оказалось, у меня гости, в зале меня ждала Мэри. Увидев меня, она встала ко мне на встречу.

— Александр, Вы не должны этого делать! — порывисто воскликнула она.

— Здравствуйте Мэри, я тоже рад Вас видеть! — холодно ответил я. Она как бы натолкнулась на стену, остановилась в шаге от меня и пристально посмотрела своими бездонными глазами.

— Александр, я прошу Вас, ради нашей дружбы…

— Мэри, я, право, не понимаю о чем Вы… Вчера приезжал Прокопий Левонович, Вы… Если Вы о разговоре со штабс-капитаном, то я уже говорил, я готов принять извинения, готов забыть… Сейчас именно с этой целью к нему отправились мои друзья. Если князь Эристави так же не желает доводить дело до дуэли, у него будет возможность исправить это. Но я, право, не понимаю, как я могу повлиять на его решение? Свою позицию я обозначил, у князя было время, да и сейчас еще есть, чтобы решить все мирно.

Она несколько мгновений просто молча смотрела на меня, потом вплотную подошла и положила руку мне на плечо.

— Саша, я очень прошу тебя. Он старше тебя, он приехал с войны, он опытнее тебя. Что бы ты не думал, я боюсь за тебя…

Мне было приятно ее прикосновение, я вспомнил тот вечер в Бадене, те прогулки… Она смотрела мне в глаза, я смотрел в ее… Боже, как она красива!

В коридоре что то грохнуло, послышался звон разбитой посуды, быстрые удаляющие шаги. Я вздрогнул, наваждение прошло. Осторожно взял ее за запястье и снял ее руку со своего плеча.

— Не надо, Мэри. Я тронут твоей заботой, обещаю, он не умрет.

Она отстранилась от меня, поправила шляпку, попыталась открыть радикюль, будто что-то забыла там, потом успокоилась.

— Саша, Саша! Я же боюсь за тебя… Мне жаль…, - молвила она, поддернула плечом, будто стряхивала что и совсем другим тоном продолжила: — не провожай меня, — и направилась к выходу.

Ближе к обеду подъехали мои секунданты. Штабс-капитан ожидаемо отказался принести извинения, больше того, по словам Юрия, попытался истребовать извинений от меня, впрочем, ничем не обосновывая это. Он так же определился с секундантами. Это были офицеры лейб-гвардии уланского полка, в котором служил младший Эристави. Уже состоялась встреча. Как и предполагалось, противная сторона согласилась с местом проведения в Лесном парке на Выборгской стороне. Решили стреляться, на пистолетах, дистанция — 35 шагов, по команде. Оружие — специальная дуэльная пара, однозарядные пистолеты старого образца, c капсюльным замком. Я предупредил секундантов, что если мой соперник не против и доверяет мне, то я готов представить их из своей коллекции, дав честное слово, что ни разу не пользовался и не пристреливал их. В повседневной жизни этого типа оружие давно было вытеснено револьверами и автоматическими пистолетами, но на дуэлях пользовались именно ими. Традиция!

Как правило, дуэли проводились по утрам. Не стали нарушать этот порядок и сейчас, решили встретиться в 9 утра на окраине парка. Таким образом, мои друзья решили все формальности с противоположной стороной, все предельно ясно, никаких неожиданностей, остается дождаться утра.

Приняв, в качестве аперитива[61] ароматный кампари[62] разыграли партию в бильярд, играли в американку[63]. К этому времени подали обед.

Прислуживала молодая горничная, Анна. Чувствовалась, что она чем-то взволнована. Легкое подрагивание рук, красные пятна на лице, что впрочем никак не портило ее, наоборот, придавая некую изюминку во внешности. Я так понял, причина этого волнения — подслушанный мой разговор с Мэри. Кто это был, я сразу догадался, но не думал, что она так близко к сердцу воспримет все это. Обстановку пытался разрядить Лишин, наш "штатный Казанова". Он всячески уделял внимание девушке, еще больше вводя ее в краску, сыпал комплиментами, иногда даже на грани, пока я не попросил его не смущать ее и не мешать ей выполнять свои обязанности. Почему то эта моя защита еще больше смутила ее, она вышла, будто бы по делу, дальше нас стала обслуживать старая экономка, Татьяна Федоровна. Ну, здесь не пошутишь, она дама серьезная, но искренне любящая меня. Да, честно сказать, как то и обстановка не располагала к продолжению шутливого разговора, завтрашняя дуэль — это не самый удачный повод для шуток.