Очищение (ЛП) - Ковингтон Харольд А. - Страница 117

— Ну да, — ответил Бреслер. — Однако не заметил ничего, что дало бы ключ. А ты не засёк что-нибудь подозрительное в ком-нибудь из ребят?

Паскарелла поднял одну из раздвижных дверей, и большой синий фургон с выключенными фарами въехал задним ходом на тускло освещённый настил. Двое мужчин вышли из машины, открыли заднюю дверь и начали погрузку двух миномётов и самодельных ракет на специальные стойки.

— Думаю, что все четверо — умные и преданные молодые люди, а те, кто их привлёк, знают своё дело, — ответил офицер-взрывотехник. — Эта девушка-байкерша Джоди — та самая цыпа, что была тогда на Фландерс-стрит с Котом Локхартом, верно? Так что она уже прошла боевое крещение?

— Ага, — подтвердил Бреслер. — Но это ничего не значит. Ты же, как и я, прекрасно понимаешь, что глубоко законспирированный агент вполне может завалить пару своих пидоров, чтобы заслужить доверие в Добрармии.

— Да, знаю. Чёрт возьми, Гэри, я бомбист, а не хорёк! Мне не по душе шпионить за нашими людьми, и я не люблю использовать своё тяжёлое оружие как приманку на твоей маленькой охоте за шпионом. Эти миномёты и ракеты, хоть они и дрянь, нужно сбросить на американские бошки, а не гонять по всему Портленду в качестве реквизита в этой мрачной бессмысленной возне.

— Это нужно сделать, Винс, — проворчал Бреслер. — У меня есть ещё не меньше двух групп, и я хочу, чтоб напоследок ты выполнил для меня ещё пару таких заданий. Я скажу тебе, куда доставить эти штуковины через пару дней.

— Я не говорил, что не нужно этого делать. Просто сказал, что это мне не нравится.

— Боже, Винс, думаешь мне нравится? — воскликнул Бреслер.

Из темноты улицы появились ещё двое мужчин, специальных оперативников Третьего отдела, которые прибыли из Сиэтла.

— Ну, Зик, ребята, вы устроились на той стороне улицы? — спросил Бреслер.

— Всё устроено, лейтенант, — ответил один из них, молодой парень по имени Эзикиел в строгой рубашке и галстуке, похожий на миссионера мормонов, которым он когда-то и был, пока не задушил полицейского-мексиканца и несколько трансвеститов-проституток в Твин Фоллз, штат Айдахо.

Спутник постарше Зика был одет как алкаш, и звали его «Батя» — а как иначе? Батя был мастером по пьяному нытью и мочился в штаны, если их останавливали патрули полиции или групп быстрого реагирования. Батя убеждал допрашивающего, что он просто жалкий пьяный бомж, заставляя того с отвращением отвернуться. Тогда старик, как нападающая кобра, втыкал ему в ухо пестик для колки льда, а спутники Бати, скрытые в темноте, из пистолетов и винтовок с глушителями добивали остальных патрульных.

— Хорошо, задача что и прежде, — сказал Бреслер людям из Третьего отдела. — Оставайтесь в укрытии, по крайней мере, два дня, и три, если ваш босс разрешит. Следите за этим домом круглые сутки, поочерёдно. Если «гнилушка» из этой четвёрки, то наши миномёты и ракеты должны стать большой удачей для него или неё и серьёзным соблазном для Мами и Обезьяны рискнуть прикрытием своего агента в обмен на большой выигрыш и появление их физий в новостях «Си-Эн-Эн».

При появлении каких-нибудь признаков интереса полиции к этому зданию, а не только полномасштабного налёта с выбиванием дверей ногами, но и вообще всего странного — непонятных машин, вертолётов в воздухе, загадочных инспекторов газовых компаний или почты «Ю-Пи-Эс» у пустого дома, слоняющихся пешеходов, которые кажутся неуместными, дайте мне знать. Хотя будем надеяться, что эти четверо молодых людей — преданные добровольцы Северо-Запада, а вам, ребята, предстоит ещё одна длинная и бесплодная стража. Кроме того, если сможете засечь Лэйни Мартинес и/или Джамала Джарвиса, изучающих это место, по возможности попытайтесь взять хотя бы одного из них живьём и в состоянии говорить. Никаких пестиков для льда, петель или других радостей, пока я не поговорю с ними, ладно?

— Всему своё время, — торжественно согласился Зик.

Действительно, Кики пришло на ум, когда она ехала обратно с Джимми в их нынешний конспиративный дом, что, если бы в ней всё ещё сидел «жучок», эти железки стали бы именно тем, что нужно Мартинес, Джарвису и сумасшедшей Линде Хирш, а её, возможно, убили бы во время налёта. Она снова спрашивала себя, где они, что делают, кому рассказали о ней, и как долго ей осталось до того, как всё вскроется. Потом Кики перестала думать об этом и вернулась в сегодняшний день. У неё это получалось всё лучше и лучше.

Но оказалось, что Кики подвергалась меньшей опасности, чем опасалась. Битва на Фландерс-стрит стала чудовищным провалом полиции, но федеральные власти, которые вмешались и взяли расследование на себя, были достаточно осторожны, чтобы понять, что такие провалы, как и ошибки врачей, лучше всего хоронить. После полного подведения итогов и должного размышления новый специальный агент, отвечающий за офис в Портленде, твёрдый как сталь кадровый офицер по имени Боб Уикер решил, что эту ошибку необходимо зарыть как можно глубже. На все папки поставили штамп «Совершенно секретно», и операция «Прожектор» исчезла из поля зрения.

Уикеру было очевидно, что Кики Маги стряхнула своих надзирателей, и столь же очевидно, что мир об этом вообще не должен узнать. Поскольку случай был связан с вице-президентом, его в настоящее время расследовали Конгресс, Служба охраны президента и министерство юстиции. Но эти расследования велись в значительной степени формально. Все думали, что просто произошло покушение Добрармии, сорванное доблестными Линдой Хирш и Эллиотом Вайнштейном на основании информации, полученной в последний момент, которую ни один из них теперь был не в состоянии огласить. Любое упоминание о наличии осведомителя полиции возобновило бы эти расследования, всплыли разные неудобные вопросы о таких событиях, как убийство посла Уитмена и его невесты из племени банту, и разбудило нескольких «спящих собак», которых лучше оставить в покое.

Лэйни Мартинес в частном порядке долго совещалась с Уикером в его кабинете, где она выложила ему всё начистоту и привела убедительные доводы, что надо сделать хорошую мину при плохой игре. Переговоры она увенчала искусным оральным актом на диване в кабинете Уикера. Уикера удалось убедить, и теперь они с Мартинес два раза в неделю предавались послеобеденным оргиям на тайных конспиративных квартирах и в гостиничных номерах, содержащихся их службами по всему городу.

Уикер направил ей и Джарвису тёплые письменные благодарности. Сам губернатор Орегона, чтобы не отстать, отдал распоряжение присвоить Мартинес и Джарвису звания лейтенантов уголовной полиции и наградить их медалями за отвагу. С начала операции «Прожектор» Лэйни предусмотрительно спрятала в сейфе банка все бумажные копии соответствующих документов, просто для уверенности, что при необходимости действительно сможет воспроизвести всю историю. И она дала знать об этом Уикеру, но тот прекрасно понимал её нужду в подстраховке, и всё выглядело так, будто документы не понадобятся.

Единственной ложкой дёгтя в бочке мёда было то, что Мэй и Мэри Эллен Маги исчезли. Начальник частной охраны был весьма смущен, когда рассказывал взбешённой Лэйни, что позволил своим пленницам ускользнуть. «Эта старая пьяная карга по-прежнему получала свою порцию пива», — оправдывался он. «Мы даже стали давать ей целый ящик на день. Но она, должно быть, выливала большую часть пива в раковину или вроде того, когда мы не видели. В вечер той перестрелки, когда вы были на Фландерс-стрит, мы не смогли получить от вас указаний, как действовать, старуха как-то попала в комнату ребёнка и вышла с девочкой из здания. Ей богу, мы не знаем, как».

Охранник, конечно, знал. Он трахал женщину-сержанта в одном из номеров отеля, но решил, что лучше выглядеть полным растяпой, чем откровенно смешным. Лэйни была так разозлена, что даже забыла английский и материла охранника по-испански. Но что бы ни придумала старушка Мэй, она придумала хорошо, так что они с Элли исчезли бесследно.

Мартинес вышла сухой из воды, но Джарвису не так повезло. Одна из последних пуль Кота Локхарта задела его кучерявую голову и оторвала левое ухо. Лэйни посетила негра в больничной палате и ввела в курс дела.