Дело о Короле оборотней (СИ) - Петровский Александр Владимирович "Алекс" - Страница 26

Я огляделся, но Аллы нигде не увидел. Было несколько девчонок с детскими фигурками, но ни одной со светлыми волосами.

— Где она? — уточнил я.

— Где-то там, — Тома показала вниз по течению. — Ветер оттуда. А что, без неё мы купаться не пойдём?

Плавала она, действительно, по-собачьи, но очень быстро. Я с трудом держался вровень с ней. Она заплыла аж к правому берегу, и когда мы были шагах в трёх от него и нащупали дно ногами, будто из-под земли возникли два вервольфовских пограничника, один — в волчьей форме.

— А, это ты, Тамара, — сказал тот, что сохранял человеческий облик. — Ты можешь вылезти отдохнуть, а вот если вылезет твой дружок — оштрафуем. Имперцам сюда нельзя.

— Привет, Гюнтер, — отозвалась Тома. — Мы не будем выходить на берег. Я только спросить хотела — не знаешь, кого я тогда остановила?

— Ты остановила? Тамара, я по службе сыт по горло ложью эльфов. Давай хоть друг другу не врать. Я видел труп, от него так воняет серебром, что подойти противно. Его эльф убил. Этот, да? — он кивнул на меня.

— Неважно. Я не лгала. Остановила его я. Кто он такой?

— Скажем ей? — спросил Гюнтер у своего напарника-волка.

— Да, — ответил тот. — Не секретно.

— Имя, Тамара, нам не сказали. Он наёмник, частный сыщик без лицензии. А зачем тебе это знать?

— Я приказала ему сдаться, он даже не остановился. Тогда я не удивилась, а потом узнала, что это операция монархистов. А они должны мне подчиняться.

— Не монархист, — пролаял волк. — Их наёмник.

— Ладно, ребята, поплыли мы обратно. Всего хорошего!

— Подожди, Тамара, — попросил Гюнтер. — Расскажи, как тебе там живётся, у эльфов.

— Нормально, — хмыкнула Тома. — А когда течка кончится, станет совсем хорошо.

— Удачи! — пожелал нам волк и почему-то подмигнул мне.

Мы поплыли обратно, а когда вылезли на песок, нас там с нетерпением ждал Вася. На весь пляж он был единственным одетым, и очень многие отдыхающие смотрели на него с осуждением, а то и с ненавистью. На лице работника спецслужбы читалось отчаяние, но в глазах робко светилась надежда.

— Стас, поехали, — плачущим голосом попросил он. — Понимаешь, это снова случилось!

— Опять тигр сбежал?

— Не тигр. Ублюдка снова похитили.

— Ну, и хрен с ним, — отреагировал я. — Всех денег не заработаешь. Пусть им занимается кто-то другой. Меня от него уже тошнит.

— Где это случилось? — резко спросила Тома.

— В городском парке, — начал рассказывать Вася. — Он там гулял с Борисом, старшим братом, и тут налетели два оборотня, самец и самка. Бориса жестоко избили, Олега утащили с собой. Наверно, он уже в Вервольфе.

— Так поехали! Чего мы ждём?

— Никуда мы не едем, — категорически заявил я. — Мы отдыхаем. А ты, Вася, снимай свой дурацкий костюм, на этом пляже он совершенно лишний, и отдыхай. Твоя любовница тоже где-то здесь.

— Алла мне не любовница!

— Всё равно снимай и отдыхай.

Мы вволю накупались, и оба обгорели на солнце едва не до волдырей. Тома справилась с этим просто — перешла в волчью форму и обратно, и вновь стала слегка смуглой. А мне вечером предстояло обтираться спиртом или кефиром, и всё равно несколько дней ходить красным, а потом обожжённая кожа или отшелушится, или облезет.

Когда возвращались, на стоянке такси заметили карету спецслужбы — с огромными перекрещенными мечами на дверцах, синим фонарём на крыше и писающим мальчиком при полной форме в роли кучера. Вася и Алла, стоявшие возле неё, едва нас увидав, стали прыгать и размахивать руками, как потерпевшие кораблекрушение на необитаемом острове из пьесы «Рита и двенадцать пиратов», при появлении, как они думали, спасательного корабля.

Я был не против сэкономить на такси, Тома тоже не возражала, сказала, что рыбный запах Аллы перенесёт спокойно. Сели и поехали. Вася снова пытался меня заинтересовать печальной судьбой мерзкого Олега, но неудачно. Настойчивым он не был, и я забеспокоился — не иначе приготовил какую-то пакость. И точно — поехали мы вовсе не к моему дому и даже не к офису спецслужбы. Вася объяснил это фразой «Так надо», и мне пришлось выбросить его из кареты. Он завопил, гвардеец остановил лошадей, мы с Томой вышли.

— Это тебе даром не пройдёт! — пригрозил мне Вася, горестно разглядывая порванные брюки и ссадину на колене.

— Ах, как это было брутально! — мечтательно вздохнула Алла, не покидая кареты.

— Другого стоп-крана не нашёл? — язвительно осведомилась Тома.

Я посчитал, что добавить мне нечего, и молча зашагал к дому. Тома очень быстро меня догнала и взяла под руку, а потом позволила обнять себя за талию. Она хотела что-то мне сказать о похищенном в третий раз пацане, но я предложил не болтать о делах на улице, где любой нас может даже не подслушать, а просто услышать. Лучше поговорить за ужином.

Но за ужином поговорить не получилось. Когда Тома увидела на леднике сырую телятину, она так жалобно на меня посмотрела, что мне оставалось только улыбнуться и кивнуть. А короткими отрывистыми фразами, на которые только и способны оборотни в волчьей форме, да ещё и с набитым ртом, она не смогла ничего толком сказать.

— После еды, — быстро сдалась она. — Обязательно!

Но мы ещё не закончили с ужином, а демоны притащили нам гостей. Я не сомневался, что Вася меня в покое не оставит, но не думал, что он явится так скоро, да ещё и притащит с собой губернаторшу. Выглядела первая леди Приграничья ужасно — взгляд пустой, глаза красные, по распухшему от слёз лицу, да ещё и с размазанной косметикой. Настоящая убитая горем мать, сына которой похитили третий раз за неделю. Мне её облик показался несколько нарочитым — вчера вечером её выплодка тоже похитили, но она не размазывала по физиономии краску для век и ресниц.

Надо отдать ей должное — поздоровалась и со мной, и с моей напарницей, хоть та сейчас и была волчицей. Зато Васю аж передёрнуло, едва он увидел, как Тома есть сырое мясо. Он постарался стать там, откуда её не видно, но кухня, где мы ужинали, была маленькая, а волчица — большая. Тогда он уткнул взгляд мне в лицо, и внимательно следил, как я ем. Знаю, что многим это мешает наслаждаться трапезой, но мне так просто аппетит не испортишь.

— Небось, жрать хочешь? — спросил я у него.

— Да, я не успел пообедать, и…

— Попроси у Томы, — предложил я. — Сырого мяса много, она поделится.

Васю ещё раз передёрнуло. Тома повернулась к нему, оскалилась и прорычала «Загрызу!». Он отпрыгнул и врезался в спиной в стену. Дом задрожал, окна задребезжали.

— Ещё раз так сделаешь, вышвырну на хрен, — предупредил я.

— Да что ты глумишься над нами? — заорал Вася. — Тебе что, совсем не жалко первую леди и её сына?

— Нет, — честно ответил я, не отрываясь от ужина.

— Станислав, я вас чем-то обидела? — безжизненным голосом спросила губернаторша.

— Вы уже второй раз потеряли своего ублюдка после того, как я вам его вернул. Мне надоело.

Они вдвоём принялись меня уговаривать. Вспомнили, что я служил в разведке провинциальной гвардии, не уточняя, что я там был шифровальщиком, а не полевым агентом. Обещали двойной гонорар, и я ненадолго задумался, откуда у этой семейки столько денег, жалованье-то губернаторское невелико. Не иначе, взятки берёт. Потом Вася стал подробно рассказывать, что он мне устроит, если я откажусь, но совсем не напугал. Закончил он тем, что обозвал Тому нелюдью.

Я вскочил из-за стола, левой рукой схватил его за галстук и уже замахнулся правой, но неожиданно вмешалась Тома. Она ухитрилась схватить мою руку зубами, с которых капала кровь телёнка, и что-то невнятно прорычать вроде «Не трогай его!». Перепуганный Вася извинился, побледнел и съехал по стене на пол. Я вытащил руку из волчьей пасти и стал разглядывать кровь на рубашке, радуясь, что кровь не моя.

— Нужно вернуть! — сказала она, уже куда разборчивей. — Прошу! Не справлюсь. Если одна. Пожалуйста, Стас!

— Ублюдка вернуть? — переспросил я.