Смеющаяся Тьма. Книга 3 (СИ) - Громова Полина - Страница 38

Маг начитывает заклинание… нет, просто ругается. И кидает в меня какое-то серебряное заклятье, похожее на надколотое сердце. Не увернуться.

Ему тоже.

Да, это усовершенствованный Кнут. Я привесил к нему несколько дополнительных функций, слил с одним самодельным заклинанием. На мелкие атаки он пока не работает, но если по серьезному… Можно считать, что мой Кнут полевые испытания сегодня прошел. Может, он и станет однажды моим основным оружием — как меч у Лая, секира у Немезиса? Колен как-то мне говорил, что у каждого демона есть такое оружие… Интересно, а у него самого что? Ах, да, длинная костяная коса… Вот бы посмотреть…

Маг вскрикивает, падает рядом со мной. У меня голова полна сизого тумана, но прихожу в себя я быстро. Не успевает он подняться, я уже над ним.

Они рядом. Но мне нужно дать им время, чтобы спасти людей.

Я на секунду выпускаю когти. На полную длину, чтобы намертво пригвоздить его ладони к крыше. Маг орет, как резаный. Хм, он и есть резаный. Я сделал бы из него филе, если бы не…

Спешно вытаскиваю когти, возвращаю рукам нормальную форму. Я вдруг ослаб? Да? Маг пытается немедленно воспользоваться этим. Он с заметным трудом, но все же переворачивает нашу пару, подминает меня под себя… и подставляет спину одновременным атакам Колена и Ланса Коэна.

Маг выгибается в дикой агонии и пытается спроецировать их атаку на меня.

У него почти получается. Но я просто проваливаюсь сквозь крышу на чердак.

Ну, вот и все.

Какое-то время я лежу, осмысляя, что и в самом деле — все. Здесь, на чердаке, сумрачно и пыльно, пахнет пылью, крысами и гнилыми яблоками, под спиной шуршит солома. А еще слышны крики Кэролла. Я не знаю, мертв он или нет, но скорее всего уже мертв, а кричит так, по привычке.

Если могущественный маг потерял разум, наилучшим выходом и для него, и для окружающих будет его смерть. Его могли бы оставить его в живых — для допроса. Но это, кажется, не нужно. В конце концов, есть на рубеже мастера, что и мертвого разговорят, если понадобится, и вообще это не мое дело. Есть кое-что, над чем следует подумать именно мне.

За секунду до того, как провалился сквозь крышу, я сбросил личину светлого мага. Никакие оболочки и иллюзии все равно не могли бы уцелеть при одновременной атаке Коэна и Колена, к тому же мне нечего было опасаться их — или за них. Но в самый последний момент мое настоящее лицо увидел и Кэролл. И не отвернул обожженных глаз, как это сделал бы любой другой на его месте. Он улыбнулся. Несмотря на муки, он умер счастливым, прошептав напоследок:

— Да здравствуют Предтечи Тьмы.

Ничего хорошего это не предвещало.

— Рик! — послышался вдруг знакомый голос. — Эй, Рик! Ты живой?

— Да! Я в порядке!

Я приподнялся, сел. Исайя как раз добрался до меня. Был он в пыли, к его роскошным волосам пристала длинная серая нитка с пылью. Заметив меня, он хотел что-то сказать, но вместо этого громко чихнул, и только потом произнес:

— Привет, Рик. Как не стыдно развлекаться в одиночку? Приключениями надо делиться!

— Это было не приключение, а недоразумение. И вообще, я не один был, со мной Гин и Кальт и вообще… Как они?

— Все в порядке.

— Людей спасли?

Иса ухмыльнулся.

— Рик, когда-нибудь ты из могилы встанешь, чтобы спросить об этом.

— Хорошая идея. Помоги мне подняться, пожалуйста, — я протянул руку.

На схватку с магом ушло больше сил, чем мне показалось. Пока мы спускались вниз, я подумывал над тем, чтобы восполнить запас потраченных сил через Поток, но всякий раз останавливался. Поток здесь пах Кэроллом. Я не пью из посуды после мертвых.

Улица перед гостиницей была полна народа. Здесь были темные и светлые маги; некоторых я не знал, но некоторые — например, госпожа Елена — были мне хорошо знакомы. Не разошлись еще и обычные люди. Неподалеку, дожидаясь указаний, топтались стражники, еще дальше шушукались старушки. Не обращая ни на кого внимания, азартно ссорились мальчишки:

— Я выиграл! Гони медяк!

— Это не честно! Ему помешали прыгнуть!

— Он не прыгнул! Я выиграл! Гони медяк!

— Отвали!

— Гони медяк, а то получишь!

— Сам сейчас получишь!..

— Зря ты Рика напугал, — услышал я вдруг голос совсем рядом. Голос был слабым, еле слышным, но принадлежал он, без сомнения, живому существу. Я повернулся и увидел Кальта — он шел рядом с Гином, тот закинул его руку себе на плечо.

— Я просто сказал правду, Кальт, — ответил Гинлав. — Вообще-то, ты и меня заставил поволноваться.

— Извини…

Я был рад видеть их… Я был рад видеть их не мертвыми. Кто бы мог подумать, что все мы так рисковали сегодня! Я пошел им навстречу. Но вдруг рядом со мной возник Ланс Коэн.

— Рик, давай-ка в штаб, — шепнул он. — Быстро и тихо. Тебя здесь не было, понял?

Я кивнул и рухнул в Поток. Не в моих привычках выяснять причины приказа. В штаб так в штаб. Не было так не было… Интересно, что это с нашим Верховным светлым?.. Хотя, нет, не так. Интересно, что вообще на рубеже происходит?!. Да, вот так гораздо правильней.

Я поднялся из Потока перед самым крыльцом штаба особого отряда Стражи, торопливо оглянулся по сторонам — вроде бы, все было спокойно — и взялся за дверную ручку.

— Тяжелый день? — спросил Слав. Странно было видеть его после всего сегодняшнего не за зеркалами… А, нет, кое-что в этом мире не меняется: раскачиваясь на стуле, Слав держал зеркало на коленях. Я взглянул на систему слежения и связи, за которой он обычно работал, и вместо этого увидел россыпь забрызганных воском осколков. На щеке Слава, кстати, алел длинный порез.

— Тяжелый. И он еще не закончился… Есть какие новости?

Слав посмотрел на меня невинными глазами.

— Ты Лайнеда Кэролла убил. При его попытке устроить без известной цели в центре города массовые жертвоприношения. Новость дня.

Я улыбнулся, хотя весело мне совсем не было.

— Во-первых, это не я. Я только отвлекал его, пока Колен и Коэн к нему с тыла заходили. А во-вторых… Его правда не я убил, Слав.

Слав присвистнул.

— Верю, — ответил он. — Охотно верю. Как будто бы на рубеже кроме тебя некому убивать самых опасных магов!

— Скажешь тоже… Еще новости есть?

Он поджал губы и, немного помолчав, все-таки ответил:

— Нет, Рик. Нет. А так быть не должно. Ты ведь сам понимаешь это… Знаешь, что? Расскажи-ка мне поподробнее, что там произошло.

Я кивнул. Разговаривать мне сейчас хотелось меньше всего. Хотелось открыть ближайшую дверь, но так, чтобы попасть в наш особняк на Перекрестке Наваждений, зайти в душевую, выкрутить вентили на полную — и вломиться под струи такой горячей воды, чтобы она показалась ледяной. Но на мне могла остаться ценная магическая информация, так что с душем придется подождать. Я уселся и принялся рассказывать — довольно быстро, последовательно и содержательно, как любил Слав с его аналитическим складом ума.

— Да, непростая история, — сказал он, когда я закончил. И, пристально взглянув на меня, добавил: — Рик, может, ты домой пойдешь? Ты же устал, наверное…

Я встрепенулся. Да что же это меня сегодня целый день гоняют? Сначала Коэн с места происшествия — а я там осмотреться хотел, между прочим. Теперь Слав…

— Слав, в чем дело? Что-то происходит? Почему я об этом ничего не знаю?

Он перевел дыхание.

— Тебе кофе сварить?

— Давай.

Отложив зеркало, он поднялся и принялся готовить кофе. Я заметил, что и руки у него изрезаны, причем довольно сильно. Похоже, тяжелый день сегодня был не только у меня.

— Что-то и в самом деле происходит, Рик. Вот только почти непонятно, что. Есть ряд разрозненных фактов, которые никак не хотят связываться между собой. И никаких предположений о том, чем это может закончиться… Вот, держи, — он протянул мне кружку с кофе и, держа в руке свою кружку, уселся на место. — Помнишь случай с кораблем месяц назад?

— Случай с кораблем?..

Чуть больше месяца назад на рейде у островных побережий пошел ко дну военный фрегат. На борту было около ста двадцати человек… Сто двадцать восемь, как записано в протоколе. Должны были состояться какие-то учения… Но произошла трагедия. Взорвался порох в трюме. Выживших не было.