Из другого теста. Книга 2 (СИ) - Сергеева Александра - Страница 71

— Зияд, вы не представили нам гостей, — напомнила Наруга во всеуслышание и добавила тишком: — У меня такое чувство, что ты притащил нам очередную проблему.

— Притащил, — покорно сознался тот, делая гостям знак рукой, мол, подтягивайтесь ближе.

Ни тени, ни запашка сожаления, а паче вины — он смотрел на неё, будто требовал. И Наруга испугалась догадки, сквозанувшей в башке. Видать, на лице отразилось дуновение её озарения, потому что Азиль мигом отбросила тоскливую вялость и вцепилась в руку оборотня:

— Выслушайте их!

— Успокойся, — невольно улыбнулась Наруга, накрыв своей лапой тонкие красивые кисти пылкой просительницы. — Конечно, выслушаем. Только помоги: это по тому же поводу?

— Да, — ответил за смутившуюся жену Зияд. — Мы не смогли отказать. Это наши друзья. Очень близкие нашей семье люди.

— Что вы её обхаживаете? — язвительно прогундел за их спинами зловредный старикашка. — Вы меня обхаживайте.

— Отец! — испуганно проблеяла Азиль, натурально прячась за спину Наруги.

Гаффар хмыкнул и поинтересовался:

— Ты в своём уме, женщина?

Наруга точно угадала, кому адресуется вопрос, и ответила самым безмятежным тоном:

— Не в твоём же. Твой ум мне не пережить. В чём дело, отец?

— Тебе что, своих проблем мало? — едко осведомился Гаффар.

И выразительно уставился на её живот.

— С каких пор это стало проблемой? — залучилась Наруга сладенькой улыбочкой, скопированной у Ракны. — Я думала, что это наоборот решение всех наших проблем.

Зияд пучился на них, ни черта не понимая. А вот Азиль моментально уразумела, о чём толкуют эти двое:

— Ты ждёшь ребёнка? — вылезла она из-за спины защитницы, округлив глаза.

Гости планеты как раз дошли до их компании и остановились, как вкопанные. Оба смотрели на парочку оборотней с надеждой и приличным таким испугом. Особенно на Гаффара, которого, судя по всему, и прежде побаивались — в человеческом облике — и нынче не знали, чего от вредного старика ожидать.

— Жду, — всё так же безмятежно подтвердила Наруга и повернулась к гостям: — Добрый день, уважаемые. Меня зовут Наруга. Я… местный абориген.

— Самый местный из местных, — съязвил Гаффар и буркнул: — Привет, Мишари. Как поживает твоя уважаемая матушка? Всё ли у неё благополучно?

— Благодарю, сайеди Гаффар, — поклонился мужчина, прижав руку к сердцу. — Она здорова и благополучна. Велела тебе кланяться и прислала подарки.

Его жена поклонилась ещё ниже, но рта предпочла не открывать. Только жалобно таращилась на старика, о чём-то умоляя взглядом. Очень красивая и очень несчастная женщина.

— А что, кроме подарков? — внезапно посерьёзнел старый ворчун. — Вашему Рашаду совсем плохо? Его она тоже прислала?

— Да, — твёрдо ответил Мишари, стараясь смотреть ему прямо в глаза. — Когда мама узнала про Ханан…, - он осёкся и невольно покосился на упомянутое чудо.

Чудо удалялось от них, сидя на закорках матери. Навстречу ему от высокой скалы шагал огромный двухвостый монстр с уродливой треугольной башкой и немыслимыми клыками в приоткрытой пасти. Гаффар хотел, было, гавкнуть на увлёкшегося зрелищем сосунка — Наруга жестом попросила его не выкаблучиваться. Пусть посмотрят, чего добиваются. Он признательно кивнул, посмотрев на неё с какой-то затаённой тоской, которую прятал от детей. Тем, впрочем, было не до него. Все четверо неотрывно наблюдали, как маленькая Ханан стартовала со спины матери и понеслась навстречу монстру. А долетев до него, пропала — растворилась на глазах.

Зияд так выдохнул, словно не делал этого все два прошедшие года. Жена Мишари всхлипнула, а сам он просто окаменел. Азиль же улыбнулась и спросила у Наруги:

— Это её дубль?

— Это наша Ханша, — с чувством провозгласила та и похвасталась: — Знаешь, у твоей дочери самая отважная, самая мудрая и терпеливая нянька на планете.

— Точно! Ханша по праву выбрала нашу Ханан, — гордо подтвердил Гаффар и приосанился: — Самая достойная медведица из всех. Остальные пустоголовые зазнайки — прости Аллах!

— Я же тебе говорил! — вырвалось у Зияда, обнявшего улыбающуюся жену. — Отец, а у тебя?

— Супруг почтенной Ханши Дубль-Гаф отдыхает с долгой дороги, — со сволочной ласковостью в голосе оповестила их Наруга.

Азиль сдержалась, а вот Зияд всё-таки хмыкнул.

— Не смешно! — сурово одёрнул его Гаффар и обратился к Мишари: — Всё видел?

— Да, — снова довольно твёрдо ответил мужчина.

И не без вызова посмотрел на старика, решающего их судьбу. Тот вздохнул и разрешил:

— Несите. Посмотрим.

Ребят словно ветром сдуло, причём утончённая робкая супруга обогнала своего отважного Мишари. Гаффар же придирчиво осмотрел Наругу и поинтересовался:

— Племянника Мишари себе заберёшь?

Повод для придирок у него имелся. Ибо их деятельная планета, отмониторив весь процесс беременности и родов зеленоволосой Ари, взялась продублировать эксперимент. И в один прекрасный день Наруга, Ракна, Шатхия, Гранка, Бинка с Юлькой и даже Нэлл обнаружили, что беременны. Прямо так: хором. Планета решила не мелочиться, когда речь идёт о науке. Обалдели все: и берры, и люди. Обрадовались тоже коллективно.

Лишь беррихи призадумались: остановится на этом земля-матушка, или вплотную займётся воспроизводством собственных детей? Поделились тревогами со своими мужиками: не решит ли планета, что чужие дети ей теперь без надобности? И не захочет ли стереть их с лица своей земли? Короче, отравили радость отцам нарождающихся семейств. Правда, тут же возникла гипотеза, что ради такого случая планета может разрешить отлёт поселенцев. Но легче от этого не стало.

— Почему бы и нет? — пожала плечами Наруга. — Могу и себе забрать. Хотя вряд ли. Или Бинка отнимет, или Шатхия. У этих дочерей земли прямо зудит в материнстве. Помяни чёрта, — усмехнулась она, глядя за спину Гаффара.

Тот обернулся — к ним на всех парах неслась загорелая блондинка с вытаращенными голубыми глазами. Бинка не пожелала портить себе нервы душещипательной встречей Ханан с родителями. Однако нетрадиционная парочка гостей навела её на мысли — иначе узнать о случившемся она просто не могла.

— Какие у неё волосы, — подивилась Азиль на длинные сахарно белые пряди, развевающиеся за летящей на них торпедой.

Наруга с Гаффаром переглянулись и фыркнули — вспомнили, как со страхом ожидали озеленения Ханан. Но делиться причиной своей радости не стали — Зияду с Азиль и так хватило на сегодня.

Стыковка состоялась тика в тику. Бинка подлетела к ним, когда Мишари с женой донесли до оборотней свой свёрток: ребёнка не пойми какого возраста, завёрнутого в белое покрывало.

— Мальчик! — всплеснула руками Бинка.

И полезла отнимать его у обалдевших родственников. Малыш был так худ и бледен, что Наруга побоялась уточнять диагноз. На глаза навернулись несуществующие слёзы, и она поторопилась одёрнуть себя. Ни к чему пугать людей скорбными гримасами — ещё решат, что дело безнадёжно. Хотя оно и так было на грани осуществимого. Планета не желала принимать добровольные человеческие жертвоприношения — этой дуре детективные страсти подавай. Не станешь же сбрасывать больного ребёнка с орбиты, чтобы она приняла это за вторжение…

Видать, Гаффара терзали те же сомнения, потому что они переглянулись и поняли друг друга. Бинка что-то щебетала, тетешкаясь с полусонным мальчиком. Гости планеты окружили её и отвечали на пулемётную очередь вопросов. Гаффар оттащил Наругу в сторонку, воровато огляделся — новое чудачество — и прошептал:

— Только не сдавай меня ребятам.

— Не буду, — пообещала Наруга, сообразив, что сейчас узнает одну из жутчайше жутких тайн мужиков.

— Пятеро ребят из Таноля надумали стать беррами. Твёрдо надумали, — сделал невыносимо значительное лицо старый придурок. — Мы с ребятами посовещались и решили, что пусть. Два парня и три девки. Все наши, не пришлые. Тут выросли, тут и…

— Короче, отец, — вздохнула Наруга. — Не разводи драматизма. Я поняла: их сбросят с орбиты? Ничего умней не придумали?