Холод твоего сердца (СИ) - Спящий Сергей Николаевич - Страница 81

Напряжённое ожидание первых дней постепенно сошло на нет. Погони всё ещё опасались, но уже не так сильно. На сохранившемся в лазарете-лаборатории оборудовании учёные выяснили, что непривычно мохнатых птиц есть нельзя, если не хочешь заполучить жуткую аллергическую реакцию. А вот водившуюся в море длинную, как верёвка, рыбу, за которой охотились толстозадые птицы, употреблять в пищу возможно, но после соответствующей обработки. Пришлось заняться рыбалкой.

Лида поражалась сходству местных видов с земными и жаловалась на невозможность провести полноценные сравнительные исследования. Условно съедобными оказались плоды некоторых деревьев. Правда палитра вкуса у них простиралась от просто кислых, до едко горьких и длительная термическая обработка не могла исправить эти недостатки. Какое-то время пришлось посидеть на диете из рыбы и сохранившихся солдатских пайков. Сваренные в котле на костре, под небом полным звёзд, на берегу тёмного и совершенно неподвижного моря (или большого солёного озера пока оставалось непонятным) надоевшие солдатские пайки шли очень неплохо. К сожалению основной запас провизии сгорел вместе с лагерем или же достался решившим прервать переговоры и вырезать экспедицию эльфам.

Вопреки недовольству безопасников, им пришлось задержаться здесь на неопределённое время. Запасная установка открытия прохода между мирами оставалась в рабочем состоянии. Её техническая и, так сказать, биологическая части функционировали нормально. Видимо дело было в удалённости того мира, куда они попали, от знакомых им миров великой сферы. Все попытки открыть проход на Землю окончились неудачей. По началу проход вообще не открывался, и портальная площадка никак не реагировала.

Поторапливаемые безопасниками учёные что-то подшаманили и проход открылся, но с другой стороны явно была не Земля. Один раз это оказалась пустыня, где дышалось с трудом, а в небе пылало сразу два солнца. Другой раз открыли проход в какой-то обитаемый мир. Едва выглянув из портала, очутились лицом к лицу с целой толпой низкорослых коротышек, явно решивших пройти через портал и вдруг столкнувшихся с людьми. Над коротышками возвышались монументальные фигуры погонявших их четырёхруких. Низшие демоны вертели головами, не понимая, что происходит. Как только их заметили, разведчики тут же рванули обратно, а работающие с установкой учёные закрыли проход. Контрразведчики тут же привели всех в боевую готовность и напряжённо ждали: смогут ли демоны пройти по следу открытого портала и захотят ли. Или не смогли или не захотели.

Столкновение нос к носу с демонами изрядно остудило пыл экспериментаторов. Учёным пришлось объяснять, что они конечно умеют управлять установкой, но далеко не так хорошо, как покойный профессор Лежидянский. Может быть в ночном бою всё же пострадала биологическая составляющая устройства. Или сбились настройки. Или этот мир находится слишком далеко от Земли и попасть туда напрямую отсюда невозможно. Пытаться и дальше открывать проход из неизвестного портала неизвестного мира непонятно куда всё равно, что играть в рулетку.

Учёные признали, что они заблудились.

Проход откроется, но вот в какой именно портал какого конкретно мира совершенно неизвестно. И если выйти в нужный мир Земли ещё можно надеяться (если только получиться до него отсюда дотянуться напрямую, что тоже неизвестно), то выйти точно в Нижневартовском портале рассчитывать нельзя. С приходом великой сферы, на Земле проросло больше сотни порталов. Шансы выйти в нужном не велики.

Пока Шанданес жив, оставалась надежда, что с ним получиться договориться и он сможет привести их домой. Если не сразу на Землю, то хотя бы пройдя через цепочку переходов они смогут вернуться. Учитывая, что именно он привёл их сюда, то вывести, наверное, сможет. По крайней мере этот вариант казался более надёжным в сравнении с альтернативной из попыток продолжать самостоятельно открывать портал.

Подключенный к аппарату жизнеобеспечения эльф не приходил в сознание. Его раны и ужасный ожог во всю спину выглядели лучше, но всё ещё не слишком хорошо. Лида боялась давать ему рассчитанные на людей лекарства. Возможно следовало отключить Шанданеса от так же рассчитанного на человека аппарата жизнеобеспечения. Но сделать это Лида также боялась. Слишком велика цена ошибки. Если эльф умрёт, смогут ли они когда-нибудь вернуться на Землю?

Пусть даже возвращаться в бесконечную войну, с каждым днём, хотелось всё меньше и меньше. Тот кусочек неизвестного мира, куда они попали, напоминал тропический рай с обложек довоенных журналов и фильмов сохранившиеся в сетевых архивах.

Наверное, они могли бы выжить здесь, если бы решили остаться. Ресурса техники хватит ещё на несколько лет. Да и потом, окончательно впасть в первобытную дикость им помешают оставшиеся в их распоряжении продукты высоких технологий.

Остаться в тропическом раю, вместо того чтобы возвращаться в грязь и боль жестокой войны? Без сомнения, это будет предательством, но неужели жизни нескольких десятков человек могут как-то повлиять на исход идущей двенадцать лет войны вторжения? Не так страшно умереть, как страшно умереть без пользы. И невольно начинаешь задумываться — может быть уже хватит сражаться? Может быть лучше остаться здесь? Уйти подальше от портала, навсегда потеряться в этом мире. Просто прожить свою жизнь пользуясь ветшающими год от года остатками высокотехнологичных предметов и механизмов. Пройдут годы, исчерпают ресурсы ядерные реакторы, навсегда застынут мизгири и умрут без энергии устройства. Ещё раньше, без своевременного технического обслуживания, выйдет из строя броня технопехотинцев. Сотрётся и истлеет одежда. Но всё-таки они будут живы. Не умрут на бесконечной войне. У них может быть шанс постареть и обзавестись лысинами и клочьями седых волос. Стоило бы оно того или нет?

— А ты счастливчик, — задумчиво произнёс Золотилов.

Горазд вскинулся: — Почему это?

Они сидели на стволе поваленного дерева оставшегося после строительства лагеря. С помощью мономолекулярных ножей мизгирей нарезали в лесу примерно одинаковые по толщине брёвна, очистили от коры и притащили к выбранному месту на берегу. Изначально шагающие платформы разрабатывались для инженерных войск. Вскоре стало понятно, что их потенциал значительно превосходит отведённую нишу и конструкторы начали плодить модификации, лучшие черты которых воплотились в машинах проекта «мизгирьх». Своих созидательных качеств шагающие танки нисколько не утеряли и двух машин достаточно для возведения походных укреплений буквально «из ничего» в течении нескольких дней. У остатков экспедиции в распоряжении имелось шесть мизгирей, правда ни одного полностью целого. Но и строить нужно не укреплённую крепость, а обычный лагерь.

Так на берегу выросли четыре больших грубо сложенных дома. Деревянные стены и крыша дополнительно проложены дёрном. В тёплом климате необходимости в утеплении зданий нет, но мало ли какие тут бывают зимы, да и спокойнее ночевать за стеной вбитых в землю брёвен, чем под звёздным небом.

На одном из подготовленных, очищенных от коры стволов сидел Горазд. Подошедший Николай устроился рядом.

— А ты счастливчик…

— Почему это?

— Ну, — улыбнулся Золотилов. — Лида теперь единственная женщина в экспедиции и именно с тобой она крутит роман. Если мы застрянем здесь, вы вдвоём сможете основать человеческую колонию.

Горазд только и нашёл, что переспросить: — Ты серьёзно?

— Может быть и не серьёзно, но на всякий случай предупреди Лидию, чтобы всегда носила при себе табельное оружие. И сам приглядывай за ней. Вдруг какому-то Робинзону придёт в голову самостоятельно заняться заселением этого гостеприимного мира?

Горазд коротко спросил: — Кто?

— Да кто угодно! — разозлился Золотилов. — Я свои мысли высказал, дальше сам думай.

Он встал и торопливо зашагал прочь.

— Спасибо! — крикнул Горазд ему в спину. Николай не ответил.

Младший лейтенант хотел сразу броситься на поиски Лидии, но заставил себя остановиться и подумать. Вряд ли девушку станут воровать среди белого дня. Да и непонятно насколько серьёзен был Золотолов. Одно дело если он сам напридумывал, другое если действительно что-то слышал. Как разобраться?