Мастера беззакония (СИ) - "Aisha de Avonapso" - Страница 135

— Я хочу поговорить с тобой.

— Нам не о чем говорить, Регулус, — твёрже проговаривает Джозиан, отворачиваясь от него.

Но Блэк не сдаётся и накрывает её ладонь своей, прошептав ей на ухо:

— Прошу тебя, Джози... — В его голосе слышится отчаяние, его лицо выглядит осунувшимся, а под глазами залегли темные тени. — Мне очень нужно поговорить с тобой... Пожалуйста, дай мне всего один шанс.

Не выдержав, Джозиан обращает на него свой взгляд. И, отмечая его болезненный, подавленный вид, все же неуверенно соглашается, и следует за ним на выход из Большого Зала.

Драко и Гермиона направляются за ними, по пути с ностальгией оглядывая вечные стены Хогвартса.

Пара спускается в слизеринские подземелья, прямиком в общую гостиную их факультета. Джозиан присаживается на один из зелёных кожаных диванов. Пытаясь подавить дрожь в руках, она поднимает на Регулуса глаза и спрашивает:

— Чего ты хочешь от меня?

Внезапно Регулус падает перед девушкой на колени и в раскаянии утыкается в них лбом.

— Пожалуйста, прости меня, — всхлипывая, он поднимает на нее свои покрасневшие глаза. — Я был таким идиотом... Темный Лорд безумен! Я не так о нем думал. Он делает низкие, отвратительные вещи. А я ему верил... — сокрушительно шепчет он. — Я был так не прав, Джози. Я так тебя люблю...

Он безутешно целует ее колени и плачет.

— Ох, Регулус... — тонким осипшим голосом произносит Джозиан, погладив юношу по черноволосой макушке, пока на ее глазах наворачивались слезы.

— Прости меня, любовь моя, прости... — вновь и вновь повторяет он, с упоением касаясь губами её ладоней и пальцев. — Мне плевать, какая у тебя кровь, слышишь? Ты лучше всех чистокровных вместе взятых. Я так сильно люблю тебя...

Джозиан притягивает Регулуса к себе за плечи и, вглядываясь ему в глаза, бережно стирает с его лица слезы.

— Боже, как я скучала по тебе...

Перед тем, как воспоминание снова сменяется, Драко и Гермиона находят эту сцену невероятно близкой им по духу и протягивают к друг другу руки, переплетая пальцы.

— Отведи меня в ту пещеру, — обращаясь к Кикимеру, велит Регулус.

Очутившись в величественно обставленном доме, где от настенных канделябров исходит мягкий свет, а с высокого потолка свисает огромная хрустальная люстра, освещая большое помещение холла, — Драко и Гермиона узнают обстановку замка Верховных. И всё окончательно укладывается у них в голове по полочкам, когда они замечают в полумраке на вершине лестницы Джозиан и ее изменившуюся фигуру. Она была беременна. Держась за косяк арки, ведущей в холл, где сейчас были Регулус и Кикимер, она с беспокойством вслушивалась в их разговор. На девушке была надета свободная от талии ночнушка, струящаяся по ее округлому животу.

— Хозяин, Кикимер крайне не советует вам этого делать. — Эльф учтиво кланяется и продолжает: — Кикимер чуть не умер там, господин. Волшебник не сможет выбраться оттуда живым, выпив этот яд.

— Думаешь, я не знаю? — Регулус мельтешит, нервно потирая свой лоб. — Он уже захватил Министерство! Скоро начнется переаттестация волшебников. Они станут копаться в родословной каждого! Они узнают о Джози... Я должен это сделать. Должен остановить его.

— Подумайте, что сказала бы ваша благородная матушка, хозяин... — ворчит Кикимер. — Вы не должны были связываться с грязнокровкой.

— Лучше закрой свой поганый рот, Кикимер! Я, кажется, говорил тебе не сметь говорить при мне ничего подобного!

Тут с лестницы стала спускаться Джозиан, держась рукой за свой большой живот.

— Регулус, — встревоженно зовёт она.

— Милая, почему ты не спишь? — Увидев ее, он сразу же оказывается рядом.

— Что ты задумал?

— Не бери в голову, Джози. Тебе нельзя волноваться, — отмахивается Регулус и с любовью опускает ладонь на ее живот, поглаживая.

— Нет, скажи! Я слышала, о чем ты говорил с Кикимером. Что за пещера? Какой яд? Плевать на эту переаттестацию. Даже не думай рисковать своей жизнью, ты меня понял, Регулус?

— Я не стану, милая, не стану, — шепчет он успокаивающим тоном и, взяв ее на руки, поднимается вверх по лестнице. — Пойдем спать. Малышам да и тебе тоже нужен сон.

— Регулус, пожалуйста, скажи мне, что ты замышляешь, — взмаливается Джозиан, повернув его лицо к себе за подбородок.

— Я замышляю для своей невесты и детей светлое будущее, только и всего, — уклончиво отвечает Регулус и, зажмурившись, накрывает ее лоб губами, задерживаясь как можно дольше, чтобы навсегда запечатлеть этот момент в своей памяти.

— Оно не будет светлым без тебя, Регулус, — Джозиан горько поджимает губы, опустив голову ему на плечо.

Гермиона не может сдержать слез. Она, конечно, догадывалась, что Кикимер раскрыл им отнюдь не все тайны Регулуса Блэка, но она и помыслить не могла, чтобы за причиной его героического поступка стояло благополучие его будущей семьи, которую он спасал ценой своей жизни. Гермиона искренне восхищается его отвагой: имея возможность заставить Кикимера выпить тот яд, Регулус не стал пользоваться своей властью над домовиком, как тем жестоко воспользовался Волан-де-Морт. Он смотрел в лицо смерти с надеждой дать шанс на мирную жизнь для своей возлюбленной и детей. Жаль только, что вес его подвига оказался столь незначителен в победе над Темным Лордом. Но все же оставался чрезвычайно впечатляющим. Теперь, когда раскрылись его помыслы и мотивы, даже еще более впечатляющим.

После войны Драко слышал историю из газет о героическом подвиге и причине смерти Регулуса Арктуруса Блэка. В прессе не освещали тему крестражей, но образно донесли из уст Золотого трио, что в период Первой Магической Войны юный Пожиратель Смерти изменил свои взгляды, разочаровавшись в своём повелителе, и самоотверженно отдал свою жизнь ради попытки свержения Лорда Волан-де-Морта. Драко припоминает, что Нарцисса тогда очень заинтересовалась этой статьей; по её словам, ей было неизвестно, при каких обстоятельствах погиб её близкий кузен.

Саундтрек: Adele – I Miss You

Чёрный шлейф дыма вновь окутывает пространство, обстановка сменяется, показывая им вероятно-всего гостиную поместья нынешних Верховных. В центре комнаты спиной к ним стоит платиновая блондинка, обладающая утонченной, чарующей красотой вейлы, — юная Нарцисса Малфой. А на длинной узкой софе с надеждой на неё взирающий Регулус Блэк.

— Пожалуйста, Цисси, не отказывайся, — взмаливается он.

— Как я могу соглашаться, — раздаётся тонкий голос Нарциссы, — когда ты даже не говоришь, для чего такая необходимость? — всплеснув руками, девушка неодобрительно покачивает белокурой головой.

— Я не могу тебе сказать... О том, что я намереваюсь сделать, лучше никому не знать, а уж учитывая за кем ты замужем...

— Считаешь, я расскажу Люциусу? — Нарцисса изящно вскидывает бровь, уперев руки в бока.

В ответ Регулус совершенно идентично выгибает свою тёмную бровь и ни без иронии высказывается:

— Цисси, ты все ему рассказываешь...

Оскорбившись подобному недоверию, Нарцисса фыркает, вздернув нос.

— По-моему, я достаточно доказала свою верность, когда ты рассказал мне про свою тайную маглорожденную беременную невесту, Регулус.

— Я верю тебе, Цисси! — спешит заверить он. — Но эту тайну я собираюсь унести с собой... Возможно, когда для того наступит время, вы с Джози все поймете, но уже не из моих уст...

На идеальном миловидном лице Нарциссы появляются волнение и тревога. Она присаживается напротив кузена на корточки и берет его за руку.

— Чтобы это ни было и ради чего бы это ни было, не смей этого делать, — мягко, но в то же время твёрдо проговаривает она. — Ты нужен Джози и малышам.

На впалых скулах Регулуса дёргаются желваки, а в покрасневших глазницах серых, как тучи, глаз скапливаются слезы, но он их тут же сглатывает и с твёрдой уверенностью говорит кузине прямо в её беспокойные глаза, сжимая её тонкую кисть:

— Именно ради них я это и делаю. Именно поэтому я и прошу тебя об этом.

— Мерлин, я не могу... — Нарцисса резко подымается и отчаянно вздыхает, задумавшись.