Мастера беззакония (СИ) - "Aisha de Avonapso" - Страница 138

Глаза Джозиан отражают удивление. На мгновение она склоняет голову так, что шлейф ее гладких черных волос закрывает её лицо, потом женщина подымает голову и благодарно кивает Гермионе. Она открывает для них каминную сеть и уходит. И Гермиона с тоской провожает её скрывающийся в коридоре силуэт.

Ощущая прикосновение Драко, как он тянет её на себя за руку, она поворачивается к нему лицом и находит его глаза своими. Он с пониманием смотрит на неё. Чужая трагедия показывает им, насколько хрупким может быть их счастье и заставляет ещё больше дорожить друг другом.

Его чарующий взгляд говорит ей обо всем, что у него сейчас на уме. Он так скучал. Теперь они вместе, и остальные проблемы кажутся им полнейшей ерундой.

— Пойдём домой, Ангел, — предвкушающе произносит он, мягко заправив непослушный локон ей за ухо.

И Гермиона с готовностью кивает ему, ступая в камин, чтобы наконец побыть с Драко только вдвоём.

Комментарий к Глава 30. Часть II. «Темный рай.» Уверена, никто не ждал проду так скоро, не правда ли? ;)

Коллаж с Регулусом и Джозиан и еще несколько визуализирующих постов для этой очень важной главы здесь (новая отдельная авторская группа с открытой стеной) : https://vk.com/ffbyaisha

Ну и, конечно же, не забывайте делиться своими впечатлениями!

Регулус и Джозиан: https://vk.com/wall-171560363_61

Регулус: https://vk.com/wall-171560363_59

https://vk.com/wall-171560363_57

https://vk.com/wall-171560363_56

https://vk.com/wall-171560363_54

https://vk.com/wall-171560363_66

https://vk.com/wall-171560363_71

Нарцисса: https://vk.com/wall-171560363_50

https://vk.com/wall-171560363_55

Сестры Блэк: https://vk.com/wall-171560363_63

Братья Блэк: https://vk.com/wall-171560363_65

Драко и Нарцисса: https://vk.com/wall-171560363_60

====== Глава 31. «Бесконечно влюбленные и готовые друг за друга убивать.» ======

Саундтрек: The Weeknd – Tears In The Rain

После душа кожа Гермионы становится очень чувствительной. Она не любила надевать на распаренную кожу одежду, казавшуюся грубой и холодной. Не любила выходить из теплоты воды и пара, и могла бы принимать душ или ванну вечность. Но сейчас ей хотелось быстрее покончить с ванными процедурами, чтобы оказаться в единственном месте, которое ей не хотелось покидать куда больше, чем тёплый душ. С единственным человеком, дарившим ей куда больше тепла, чем что-либо или кто-либо ещё.

В постели с Драко.

Гермиона высушила волосы, надела маленький золотистый шёлковый халатик, еле прикрывающий её бедра, и вышла из ванной комнаты. В спальне она видит Драко, сидящим на полу подле её кровати. Локтем он упирается в свою согнутую в колене ногу. Рубашка на его груди расстегнута, галстук отброшен, а его потрясающая шевелюра платиновых волос в безупречном беспорядке. Он уже закончил говорить с Нарциссой по каминной сети и теперь просто ждёт Гермиону.

Перед тем как уйти в душ Гермиона сделала им по кружке горячего шоколада и поставила в граммофон пластинку, что до сих пор проигрывается, разливаясь по спальне ласкающей слух нежной мелодией. После всего того, через что им пришлось пройти, Драко и Гермионе просто хотелось побыть вдвоём, дома, в одной постели... Им всего лишь нужен был маленький перерыв. Чтобы никто не беспокоил их, прежде чем они снова не возьмутся за дела.

Драко поворачивает голову в сторону Гермионы, едва она открывает дверь ванной. Его изголодавшийся по её телу взгляд исследует её стройные обнажённые ноги. Он склоняет голову на бок; уголок его губ поднимается в игривом оскале. И Малфой манит её к себе пальцем, облизывая губы.

Чувствуя сладкое томление внизу живота, Гермиона ступает босыми ногами по холодному полу и ежится от отсутствия тепла. Лето в Лондоне совсем ни к черту. Прохладный воздух витает в комнате, и только когда она подходит ближе к кровати, напротив которой греет камин, ей становится комфортнее. А может, все дело в Драко... В том, как он накрывает её коленку своей горячей ладонью, когда она присаживается подле него на край кровати.

Они оба погружены в раздумья, что будет дальше. В этот раз они были на краю того, чтобы потерять друг друга. Они подошли к этой черте так близко, что это едва не свело их с ума. И им совсем не давал покоя тот факт, что они все ещё стояли на этой черте, а позади им в спины дышал враг, затачивая свои ножи.

— Как там Нарцисса? — спрашивает Гермиона, вырывая Драко из глубин его мыслей.

Задумчиво поглаживая её коленку, он поудобнее усаживается на полу у её ног и отвечает хриплым голосом:

— Отец встретил её. И она все не унимаясь спрашивала, что мы планируем дальше предпринимать... Я сказал ей, что мы справимся в любом случае... — В его голосе нет должной уверенности. Он смотрит на неё так, словно она в любой момент может исчезнуть. И Гермиона точно понимает, что его гложет. Потому что её гложет тоже самое. Опасность, ставшая их спутником, и этот вязкий страх потерять друг друга. В особенности после того, что они увидели в омуте памяти. Что бывает, когда один жертвует собой ради другого.

Счастлива ли была от поступка Регулуса Джозиан? Отнюдь, нет. Она бы предпочла умереть вместе с ним, чем жить так, как она жила без него.

— Я хочу... — севшим голосом начинает Драко, всматриваясь в неё, — хочу, чтобы ты пообещала мне, что... чтобы мы ни делали — мы делаем это вместе. Ведь то, как ты поступила сегодня... — Он прикрывает глаза, покачивая головой. Его ладонь сжимает её коленку, и Гермиона затаивает дыхание. — То, как помешала мне остановить их... — поясняет он. — Не так мы с тобой должны действовать, Гермиона. В корне неверно, если мы хотим выиграть, — твёрдо проговаривает, пронизывая её своим пристальным взглядом.

Она видит, что он затаил это недовольство и теперь собирается ей его высказать.

— И если в следующий раз случится так, что мне придётся убить, — вкрадчиво продолжает Драко, взирая на неё снизу вверх, — ты должна будешь подать мне для этого оружие, Ангел. Или же... если такой возможности не представится, сделать это самой... Ведь, кроме нас, некому. Все правомерные палачи на их стороне, Гермиона... И только вместе и сообща мы можем победить, понимаешь?

Неотрывно глядя ему в глаза, Гермиона понимает, что отчасти он прав. Но... Что, если и их враги отчасти были правы? Она все прокручивала в голове слова Верховной... Айолы. Сколько бы времени у Гермионы ушло на то, чтобы законным путем добиться правосудия? Она могла бы положить свою жизнь на то, чтобы искоренить несправедливость, заполоняющую этот мир. И то не факт, что ей бы это удалось. И все же... Если смотреть на ситуацию без призмы сомнений и этих «а что, если?», то Гермиона не может не признать, что они с Драко оказались в том положении, что не возьми они на себя роль палачей, им останется лишь одна роль — жертв. У них попросту не было выбора. Убей или будешь убит. Иначе никак.

— Драко... — мягко произносит она, кончиками пальцев смахивая белокурую прядь, спавшую ему на лоб. — Я поступила так, потому что надеялась, что мы можем избежать всего этого. Что нам не обязательно пачкать руки в крови... Но, знаешь, эта история Джозиан Робер и Регулуса Блэка... Она изменила моё мнение, — тихо молвит Гермиона, невесомо зарываясь пальцами ему в волосы, ощущая, как он расслабляется под её прикосновениями. — И одна только мысль, что тебя не будет рядом со мной, убивает меня... — надрывно признается она. И тут-то к ней приходит это шокирующее осознание. Чёткая, ясная и на удивление простая мысль, которая она бы никогда раньше не подумала придёт ей в голову относительно Драко Малфоя. И с её языка срывается то, о чем она ещё несколько часов назад и помыслить не могла: — За тебя... я могу убить.

Драко выдыхает, понимая, что внимал её словам, затаив дыхание. Гермиона говорит в точности то, что он сам к ней испытывает; то, что он сам готов для неё сделать. И от того, что у них это настолько взаимно, его всего окутывает упоение. Мгновение он просто смотрит в эти её до невозможного красивые глаза и только и может, что неотрывно смотреть в них. Он просто не в состоянии найти слов, насколько она вдохновляет и возносит его. Как много смысла она приносит, как много чувств в нем пробуждает... Потом он просто обхватывает мягкие очертания её бёдер обеими руками и опускает голову на её голые ноги, слыша сверху её вздох и все ещё ощущая её пальцы в своих волосах.