Мастера беззакония (СИ) - "Aisha de Avonapso" - Страница 150

Она хотела его. Хотела с тех пор, как наблюдала за ним, сидя на капоте шевроле. Драко злился... И, ох, как же он горяч, когда злится.

Перестав мять её грудь и терзать соски, он задирает подол её платья, поглаживая ее стройную ножку, закинутую на его бедро. Малфой прикусывает губу, наслаждаясь ощущением нежной кожи её бедер на своих пальцах. Ему так приятно просто трогать её. Припадая носом к ее шее, он с жадностью втягивает запах любимой.

И ему все мало. Он просто не может ею надышаться. Ему слишком нравится, как она пахнет.

— Ч-черт, как же я хочу тебя, — стенает он, ткнувшись ей в живот своей напряженной плотью, стиснутой за тканью джинс.

— Так возьми... возьми... возьми меня, — едва не хнычет Гермиона, изнемогая от желания, потираясь бедрами о его эрекцию. Ее взгляд расфокусирован, разум затуманивается, все прочие мысли заглушают его требовательные прикосновения. Ее голову занимает только он один.

— Гермиона... — обдает её щеку его глубокий жаркий выдох. Она наблюдает, как темнеет серебро его глаз. Малфой окидывает ее тело рассвирепевшим взглядом, полным вожделения.

В один миг — Гермиона чувствует, как его широкая ладонь накрывает её лобок через красное кружево; в другой — как мужская рука сжимает ее чувствительную плоть, вырывая из ее груди протяжный стон. Ее веки прикрываются; до ушей доносится его грубый рык, от которого по ее телу пробегается томительная дрожь.

Драко полностью отпускает себя, не в силах удержаться от этой всепоглощающей жажды её. С ней он забывает обо всем. Она заглушает суету внешнего мира, погружает в себя полностью.

Только она одна имеет значение.

Обе его руки исчезают внизу: он расстегивает ширинку и достает свой член. И Гермиона чувствует, как его тёплая головка уже упирается ей в бедро, размазывая по коже смазку. Тихий стон срывается с её губ, когда Малфой резко отодвигает в сторону её трусики.

Ощупывает ее всю.

Проводит аристократичными пальцами вдоль её текущей и пульсирующей киски.

На его лице появляется хищная улыбка. Одной рукой Драко берет свой эрегированный пенис и приставляет теплую головку к её входу, раздвигая лепестки половых губ.

Резкий толчок.

И он с хриплым стоном врывается в девушку до упора.

Под давлением его твёрдой плоти стенки её влагалища растягиваются; Гермиона вскрикивает, уткнувшись лбом ему в плечо, и, прикусив губу, хмурится от грубого проникновения.

— Прости, прости, прости... — виновато лепечет он, лаская её слух своим бархатистым баритоном.

Она жмурится и откидывает голову назад на стекло. И Драко тут же приникает к ее вытянутой шее своими губами, осыпает ее нежными поцелуями и невольно подрагивает в ней. Сходя с ума от того, как тесно у неё там внутри.

Придя в себя, Гермиона чувствует необходимость, чтобы он начал двигаться. Малфой изо всех сил сдерживает себя, чтобы не начать ее откровенно трахать. Но ей больше не больно. Вцепившись в его плечи пальцами, она поднимает вторую ногу и залезает на своего жениха. Простонав в процессе от величины его члена в себе. Драко старается дышать, уткнувшись лицом в изгиб ее шеи и сжимая в руках её упругие бедра. Но у него ничего не выходит, когда Гермиона начинает тереться о его возбужденную плоть своей. Он задыхается от ощущения горячего женского тела, душистого аромата ее кожи и тех потрясающе красивых стонов, что она издает, томно дыша ему в шею.

Она задает ритм, и он подхватывает его, в порыве страсти с силой стиснув в руках полушария ее ягодиц и шумно привалив свою невесту к дверце будки.

Его сильная рука снова оказывается на её тонкой шее. Его восхитительные губы страстно впиваются в ее приоткрытый ротик. Его толчки становятся все чаще и сильнее. И ее пульс ускоряется, глаза закатываются от того, как его член — такой горячий и твердый — напористо скользит между ее бедер, а искусный язык орудует во рту.

Им невыносимо жарко. Не только из-за того пикантного жаркого секса, которым они занимаются внутри телефонной будки посреди пустующих дороги и полей, но и из-за знойной летней погоды. Воздух накаляется, — капельки пота сильнее проступают на коже.

Драко тяжело дышит ей в губы. Жадными поцелуями спускается по ее подбородку к шее. Языком по пути слизывает с её кожи капли влаги. Затем склоняется к её красивой обнажённой груди и смыкает свои влажные припухшие губы на ее возбужденном соске. Драко всасывает его в рот, оттягивает зубами и нежно покусывает.

Вкус ее кожи пробуждает в нем зверя. Ему хочется ее всю исцеловать, покусать...

Постанывая, Гермиона подрагивает в такт его размеренных погружений в ее тело. Ее веки — закрывшиеся от того неописуемого удовольствия, что он ей доставляет — распахиваются. И она видит в его волчьих глазах дикий блеск.

— Драко, пожалуйста... — сбивчиво хнычет она, сильнее прижимаясь к нему всем телом. Чуть замедлившись, он вопросительно вглядывается ей в глаза, готовый исполнить любую ее просьбу. — Не сдерживайся... — робко просит она.

Его глаза загораются маниакальной тягой тут же исполнить ее желание. Малфой оглядывает её тело цепким взглядом: такая возбужденная и раскрасневшаяся... Кровь вскипает в его венах, но на задворках сознания все же возникают сомнения.

— Не уверен, что тебе понравится, — севшим, низким голосом шепчет он ей на ушко.

— Понравится... — настаивает она, погладив Драко по его шелковистым прядям на затылке. И кротким соблазнительным тоном добавляет ему на ушко: — Я хочу.

Гермиона чувствует, как Малфой от ее признания задышал еще чаще, носом уткнувшись ей в шею. Его член подрагивает глубоко внутри неё. И в следующую же секунду Драко перехватывает ее под коленками и как следует припечатывает к стеклянной поверхности, так что падает трубка с таксофона. Потом перемещает руку на ее шею и властно сжимает горло девушки. Наполовину вытаскивает свой каменный ствол из ее сочащегося соками лона и вновь проникает в податливое девичье тело.

Драко задает новый совершенно бешеный ритм, сжимая ее округлые ягодицы и оставляя на нежной коже красные отметины. Гермиона не сдерживает страстных стонов и двигается с ним в такт, упиваясь ощущением его хватки на своем горле; у нее немного кружится голова, но вместе с тем чувство его полной власти над собой дарит яркий прилив острого, пьянящего наслаждения.

Ее соски набухают, соприкасаясь с его курткой. Его член часто и грубо вонзается в неё. Клитор трётся о шов на его джинсах. С каждой секундой Драко все ближе и ближе подводит её к пику.

Ловя ртом ее частые вздохи и стоны, он прислоняется ко лбу Гермионы своим, чувствуя, что они уже совсем близко к разрядке. В его паху завязывается узел.

Дыхание сбивается к черту.

Вдруг Гермиона зажмуривается и сотрясается на его члене в судорогах оргазма. И у Драко резко темнеет в глазах от того, как тесно она сжимает его своей пульсирующей плотью... Его всего охватывает дрожь. Он зверски рычит и, прикусив кожу на ее шее, кончает вместе с ней.

Она откидывается затылком на стекло — все ещё на волнах эйфории. И Драко, как зачарованный, наблюдает свое любимое выражение на ее прекрасном лице: выражение внеземного, безмятежного удовлетворения, до которого доводить ее посчастливилось лишь ему.

Замедляя фрикции, он застывает в ней, наслаждаясь их близостью. Носом ласково трется о ее щеку, а руками придерживает за бедра. Гермиона размякла у него в руках, полностью растворившись в неге, окутавшей ее с головы до пят.

Драко наклоняется поцеловать ее, но замирает, услышав, как она на выдохе чувственно произносит:

— Я люблю тебя...

Вероятно, он никогда не привыкнет слышать от неё эти слова. Каждый раз — будто впервые. Каждый раз Гермиона делает это по-особенному. С разной интонацией, но одним и тем же смыслом: она любит его.

— Кого именно ты любишь, любимая? Скажи ещё раз, только правильно, — требует он, не в силах удержаться, чтобы не поддразнить её.

— О, Мерлин, — вздыхает она с усталой блаженной улыбкой на губах. — Драко, — уточняет, вперив в него снисходительный, любящий взгляд, — Я люблю Драко Малфоя.