Мастера беззакония (СИ) - "Aisha de Avonapso" - Страница 89

— Такое платье грех рвать, Драко... — хмыкает Гермиона и, отпивая глоток из своего бокала, прикусывает его мочку, обдавая его ушную раковину своим горячим шепотом: — Но мне нравится ход твоих мыслей.

Драко зарычал и, сильнее прижимая Гермиону к себе за талию, вцепился в ее губы, накрашенные перламутровой помадой, жёстким поцелуем. Нравится ей ход его мыслей, блядь... Ведьма. Она понятия не имеет, что делает с ним подобными высказываниями. Его член опять стоит. И все из-за нее. Ни минуты покоя.

Он волочит ее за собой по коридору, вваливаясь в первую попавшуюся комнату. Их сбивчивое дыхание заполняет пустоту помещения. Драко прижимает ее к стене, наваливаясь сверху. И трется пахом о ее горячие бедра.

Раздается треск ткани — шелк рвется пополам, оголяя тело Гермионы.

— Драко-о-о, — то ли от досады за платье, то ли от возбуждения, стонет Гермиона.

Она чувствует, как его на этот раз грубые руки скользят по ее телу, сминая в ладонях оголившуюся грудь; опускаются к кромке ее трусиков и — очередной треск ткани — рвут их на части. Гермиона внезапно осознает, что ее заводит эта резкость. Она закидывает ногу ему на бедро, пальцами расстегивая его рубашку. Драко ухмыляется ее действиям и, сжимая в руках ее ягодицы, выдыхает ей на ухо:

— Моя...

Внутри все требует разрядки. Им это нужно. Он окончательно рвет ее платье, сбрасывая клочья шелка на пол. И ему полностью открывается ее обнаженное охеренное тело. Она стоит в одних только босоножках. И этот факт ему просто, блядь, крышу сносит. Спускаясь пальцами вниз по животу к ее складкам, он ощущает, какая она влажная и горячая для него. Находит ее вход и, с рыком вставляя в нее два пальца, трахает ее ими.

Вперёд-назад. И по кругу...

— А-а-ах, — протяжно вздыхает Гермиона, разрывая его рубашку, так что пуговицы сыпятся по полу. И тянется к молнии на его брюках, сжимая через ткань его выпирающий член. — Сильнее...

Драко теряет всякий контроль от ее требовательных прикосновений.

— Блядь, я покажу тебе сильнее, — огрубевшим голосом рычит он и, резко вынимая пальцы из ее разгоряченного лона, рясстегивает свои брюки и вынимает колом стоящий член. Придерживая его одной рукой, он приставляет головку между ее ног и, трясь об ее мокрые разбухшие складки, растягивает свои полные губы в развратной ухмылке: — Гермиона, хочешь его?

— Дьявол... да-а, — стараясь насадиться на него, она жалобно постанывает, когда он не даёт ей этого сделать.

— Ты была очень плохой девочкой, Ангел, — дразнит Драко, потираясь своим выделяющим смазку концом об ее набухший клитор, и поглаживает рукой пышноту ее ягодиц.

— Когда это? — недоумевает она, хныча: — Мерлин, просто сделай это уже, Драко!

— Я не люблю, когда меня дразнят, Ангел.

— Ты же меня дразнишь! Как сейчас, например.

— Тебе не понять, — обдавая горячим дыханием ее сосок, он облизывает его и втягивает в рот, сильно прикусывая.

— Ай! Не так сильно, — оттягивая его за волосы от своей груди, Гермиона мстит: двигает бедрами так, что головка его члена елозит по ее сочащейся влагой промежности.

— Проклятье, что ты делаешь... — Драко опирается лбом ей в плечо, когда она опускает руку между своих ног и направляет его большой член внутрь своей раскрывшейся для него киски.

Дальше Драко с гортанным стоном сам проталкивает свою твердую плоть сантиметр за сантиметром, растягивая ее тесные стенки. И совсем теряет голову, начиная вбиваться в нее размашистыми, глубокими рывками, врезаясь концом в особо чувствительную точку ее влагалища, так что Гермиона вскрикивает, повыше закидывая ногу на его бедро, чтобы глубже принять его в себя, а руками обнимает за плечи, сжимая в пальцах его пиджак. С каждым его погружением становится всё сложнее сдерживать стоны удовольствия. Драко не в состоянии думать ни о чем, кроме ее горячих нежных стенок, сжимающих его член со всех сторон. Своими фрикциями он буквально впечатывает Гермиону в стену, заставляя ее ловить раскрытым ртом рваные вздохи. А эти пошлые хлопающие звуки секса, что разносятся по всей комнате, заводят их ещё больше.

Внезапно Драко выходит из нее, с хлюпаньем выскальзывая. И, нетерпеливо развернув Гермиону к себе спиной, нагибает ее, заставляя прогнуться в спине.

— Что ты делаешь, Драко?

— Тебе понравится, Ангел, — смачно шлепнув ее по аппетитной попке, он вновь загоняет в нее свой член во всю длину, любуясь как он постепенно скрывается в ее тугой вагине. — Блядь, какая же ты узкая... — От наслаждения Драко запрокидывает голову и, стискивая в руках ее бедра, простанывает: — Охуенная...

Опираясь руками о стену, Гермиона принимает в себя его довольно сильные грубые толчки. Он входит так глубоко, врезаясь головкой в шейку матки, отчего по всему телу растекаются волны предвкушения. Она никогда не чувствовала себя более раскрепощённой, чем сейчас. Она отмечает, что Драко нравится шлёпать ее по заднице. Настолько он увлекся этим сейчас. От этого по позвоночнику прокатываются волны, усиливающие ее возбуждение. И Гермиона сильнее прогибается в спине, невольно сжимая своими мышцами заполняющий ее пенис.

— Твою мать, Гермиона... Я сейчас кончу, — остановившись в ней, Драко делает круговое движения бедрами, от которого оба едва не кончают. Переминая пальцами ее упругие ягодицы, он начинает двигаться немного по-другому: если до этого он выходил и погружался во всю длину резкими глубокими выпадами, то сейчас, погрузившись во всю длину, он выходил всего на пару сантиметров и вновь погружался короткими, частыми, быстрыми рывками, от которых Гермиона едва не скулила, сдавленно постанывая. Ей явно это понравилось. Трение стало настолько ярко выраженным, что оргазм стал ближе в несколько раз. На нее накатило такое сильное желание кончить, что она опустила одну руку к своему клитору и стала его стимулировать.

— Тебе мало? — хмыкает Драко и, не прекращая трахать ее, смазывает средний палец в вытекающих из киски соках и, разводя в стороны ее ягодицы, обводит кончиком пальца сжатое колечко ануса. Ощущая, как Гермиона задрожала от такого интимного прикосновения, он проталкивает внутрь палец.

— Вытащи! — велит Гермиона, порядком смущаясь.

— Не нравится? — интересуется он. И начинает двигаться пальцем в такт члену. — А так?

Гермиона стонет и крутит задницей под его пальцем.

— Блядь... Гермиона! — От этого ее движения его член содрогается внутри нее. И Драко ускоряет темп, прокручивая средний палец внутри ее попки.

Этого слишком много, и Гермиону накрывает ослепительный оргазм. По всему ее телу пробегается дрожь, и она вскрикивает, сдавливая спазмами пульсирующего влагалища дрогнувший член Драко. Сделав финальный рывок бедер, он кончает вслед за ней с хриплым низким стоном, выплескивая внутрь нее струю горячей спермы. Он мог поклясться, что ни с кем так не кончал, как с ней. Все тело словно пробивает током, заполняя каждую клеточку чистым экстазом.

Поглаживая ее поясницу, Драко чувствует, что она начинает терять равновесие и ловит ее до того, как она падает. Вынув из нее свой член, он прижимает ее к себе спиной за талию. Гермиона наваливается на него всем телом, пытаясь выровнять сбивчивое дыхание. Поворачивается к нему лицом на негнущихся ногах и обнимает за плечи, повиснув на нем. Драко расплывается счастливой улыбкой и, поглаживая ее по спине, вырисовывает на ее бархатной коже узоры, пока ее голова покоится у него на груди. Ему нравится это ее состояние. Ему нравится и его состояние тоже. Впервые они занялись диким животным сексом, и им это понравилось не меньше, чем их первый нежный раз в Париже.

— Люблю тебя, — шепчет Гермиона ему на ухо, теребя воротник его пиджака.

— Люблю тебя, — хрипло отвечает он, погладив ее по вьющимся волосам. И, поднимая ее голову за подбородок, бережно целует, посасывая нижнюю губу.

Дафна отлупила Драко, когда тот явился к ней с просьбой найти для Гермионы новое платье.

Не подлежащее Репаро, некогда былое прекрасное творение Дафны, было полностью уничтожено. Гермиона сама была не в восторге, когда ей не удалось собрать платье по кусочкам. И тогда Малфою пришлось искать Дафну, чтобы та нашла для Гермионы новый наряд. Ведь призывать одежду в доме полном людей — не вариант.