Шип и игла - Томпсон Пол - Страница 12

Радо признался, что он совсем не знаком с Миести.

— Быть может, в таверну или постоялый двор? — предложил Хайнарк.

— Да, конечно.

— Я знаю гостиницу, которая подошла бы для принца, — сказал Хайнарк. Он надавил на педаль, и коляска тронулась. Шип вцепилась в планку.

— Готовы? Поехали!

Хайнарк манипулировал рычагами и педалями. Коляска рванула вперед как олень. Радо держался с достоинством. Хайнарк улыбался, как счастливое дитя. Он повернул рукоятку влево, передние колеса повернулись, повернулась и вся коляска. Они завернули за угол. Хайнарк надавил на педаль, и скорость увеличилась.

— Замечательный аппарат, — сказал граф, стараясь перекричать свист ветра. — Чем он двигается?

— Это знают только Братья, — сказал Хайнарк. — За последние годы прелаты Коллегии Мира дали нам многие чудеса. У меня была повозка и две лошади, но после того как Коллегия Здравоохранения запретила животных в сити, я научился водить коляску.

— Почему они это сделали? — спросила Шип.

— Навоз, — ответил Хайнарк через плечо.

— Не понял?! — воскликнул граф.

Житель Миести засмеялся:

— Я не хотел вас оскорбить, милорд. Прелаты запретили лошадей, мулов и волов на улицах сити, чтобы не было навоза под ногами. С тех пор Миести выглядит и пахнет лучше других городов мира.

Он повернул рычаг вправо, и коляска сделала поворот. Мимо пронеслась трехколесная коляска, водитель которой прокричал нечто вульгарное. Хайнарк спокойно продолжал свой путь.

— Вы слышали, что он прокричал? — спросила Шип.

— Это не имеет значения, — ответил Хайнарк. — Это был неверующий. Ему можно только пожелать, чтобы он когда-нибудь пришел бы к Факту.

— А много неверующих в Миести? — невинно спросил Радо.

— Немного. Здесь активно поработали Ораторы.

— А сколько, как вы думаете?

Хайнарк прикрыл один глаз, задумавшись. Коляска вильнула и едва не наехала на фонарный столб. Шип резко вздохнула, но ничего не сказала.

— Наверное, каждый седьмой или восьмой. Я с цифрами не в ладах, — сказа Хайнарк.

— Это пропорция относится и к женщинам?

— Этого я не могу сказать, милорд. Поскольку женщины не слышат голоса Факта, трудно оценить степень их вовлечения.

Радо посмотрел на Шип. Никто из них не видел и не слышал, чтобы женщины носили эмблему Факта или обруч.

Хайнарк отпустил рычаг, и коляска встала как вкопанная, так что Радо чуть не вывалился из нее.

— Вот мы и приехали… Гостиница «Красная лягушка».

Воистину красная лягушка! Радо и Шип смотрели на кристально чистое стекло. В доме было не менее восьми этажей. Над двойными бронзовыми дверями была изображена сама красная лягушка, как и положено гостиничной вывеске, только ее контур был сделан из красных трубок, которые светились даже днем. Стена гостиницы была выполнена из белого отшлифованного камня.

Багровое лицо Хайнарка, казалось, лопнет от улыбки.

— Это не лучшая гостиница в Миести, но я надеюсь, что граф одобрит ее, — сказал он.

Радо подавленно кивнул головой. Он вышел из коляски и обошел ее. Тем временем Шип сгружала багаж. Хайнарк помогал ей. Граф дал Хайнарку дукат, а тот немедленно дал сдачу в четыре звездные монеты. Волшебная коляска уехала, стуча окованными железом колесами по мостовой.

— Куда мы попали? — проворчал Радо. — Такие здания в городе для приезжих… Каковы же их официальные издания?

— Из одного камня — пусть самого прекрасного — не построишь веры, — возразила Шип. — А самые хитроумные трюки не составят истинной религии.

Она схватила ремешок и потянула связку вещей ко входу. Когда до дверей оставалось пять шагов, они внезапно раскрылись сами собой.

— Еще трюки, — сказала Шип с презрением. — И нет им конца?

Они вошли в общую приемную с восьмиугольной стойкой в центре зала. В центре стойки находился человек в кремовой ливрее с золотым шитьем. В его эмблеме Факта переливались драгоценные камни. Еще одна эмблема был вытатуирована у нега на лбу.

— Добро пожаловать, достопочтенные гости. Меня зовут Кларен Сарстик, я — управляющий гостиницей «Красная лягушка». Чем я могу помочь вам?

Радо сказал вызывающе:

— Для начала помогите с багажом. Или вы ожидаете, что мой бедный слуга перетащит все?

Кларен Сарстик улыбнулся и склонился над стойкой. Он сказал несколько слов в раструб воронки на стойке. Появилась пара крепких парней с небольшой тележкой. Сарстик указал им на багаж графа Радо.

— Так-то лучше. Могу я получить номер с камином и ванной и с прилегающим помещением для слуги?

Сарстик перелистал огромную книгу.

— Да, апартаменты Дельфина свободны. Пятнадцать звездных монет за ночь, или пять дукатов и пять звездных монет за неделю.

Радо щелкнул пальцами. Шип взгромоздила сундучок с деньгами на прилавок, небрежно бросив его на полированную поверхность. Радо достал ключ из связки на шее и отпер сундучок. Он достал из железной коробки шесть дукатов. Полученную сдачу он презрительно бросил в сундучок и захлопнул его.

— А теперь разрешите ваши документы, — спросил Сарстик.

— Для какой цели?

— Законы сити требуют, чтобы иностранные гости хранили свои документы у управляющего гостиницы, пока они живут в ней. — Граф, поколебавшись, протянул свои документы. — Пока у вас есть эмблема гостя, вы можете свободно ходить по городу-сити, — объяснил Сарстик. — Если вы пожелаете покинуть гостиницу или сити вообще, мы вам, разумеется, вернем ваши документы.

— Как любезно, — недовольно пробурчал Радо.

— Граф Радо Хапмарк, — прочитал Сарстик. — Надеюсь, вам удобно будет в «Красной лягушке».

Радо фыркнул:

— Гм, мне не нравится эта затея с документами.

— Сожалею, милорд. Таков закон.

Грузчики двинули скрипучую тележку от восьмиугольника. Шип огляделась вокруг светлой, но почти пустой приемной:

— А где лестница?

— Между колонн, но есть более быстрый путь. Следуйте за нами.

Носильщики везли тележку, тщательно избегая мест, покрытых клетчатым ковром. Они остановились перед дверью, нажали на рычажок в стене. Раздвижная металлическая дверь открылась в небольшую комнатку.

— Следуйте за нами, — повторил носильщик.

Когда тележка с багажом была внутри, графа и Шип пригласили войти. Дверь за ними закрылась.

Комнатка завибрировала, и Радо отчетливо почувствовал, как подошвы его ног вдавливаются в пол. Колокольчик звякнул один раз, два, три, четыре раза. На пятом звонке комнатка остановилась, и дверь раскрылась. Они увидели коридор, устланный ковром и освещенный такими же немигающими яркими лампами, как в приемной.

— Все, выходим!

Шип выскочила первой и прижалась к стене. Носильщики выкатили тележку и покатили ее дальше. За ними пошел Радо. В нем эта обстановка пробуждала отнюдь не лучшие чувства!

Носильщик отпер дверь апартаментов Дельфина — на синей эмали двери была выложена мозаика, представляющая играющего дельфина, — и вручил ключ графу. Носильщик разгрузили тележки и с улыбками удалились. Шип захлопнула дверь за ними и объявила:

— Я схожу с ума!

— Воистину, мой мальчик, я думал, что вас обучают более спокойно воспринимать превратности судьбы.

Шип хмуро посмотрела, выставив вперед нижнюю губу по-мальчишечьи.

— Дайте мне хитрого вора, и я буду спокойна. Столкните меня с пьяным кузнецом, у которого изнасилование на уме, и я буду спокойнейшей из женщин. Пошлите на меня рассвирепевшего быка в тупиковой улице, и я справлюсь… но это! Что это за место, где повозки и комнаты двигаются сами по себе, а гостиницы строят из мрамора и бронзы?

— Очень богатое место, я сказал бы! — воскликнул Радо. Он быстро обошел апартаменты — четыре комнаты: главная спальня, малая спальня, комната-шкаф и комната, в которой не было ничего, кроме фарфорового ночного горшка и большой ванной. — Очень богатое место. Отель «Алмаз» в Пазойе не имеет ничего подобного.

Шип села в плюшевое кресло.

— Это как раз и угнетает меня. Если такое богатство растрачивается просто на гостиницы, то чем же располагают Братья сверх того? Никогда не представляла Миести таким. Не думаю, что Указующая Власть представляет Миести таким местом.