Земля Испытаний (СИ) - Афлятунов Евгений Маратович "Глек" - Страница 67

— Владыка, — Аадэ-Ре опустился на одно колено, склонив полуседую голову. Хоть все внимание Наместник обратил на повелителя Кшалы, это не помешало ему проконтролировать левитацию девушки — ее опустило на койку.

Кроме Владыки, Белого Когтя и Наместника в лазарете никого не было. Это была та часть больничных палат, где лечили самых важных людей — знать, других магов, высших военачальников. Обычно большую часть времени они пустовали.

— Я недоволен тобой, Аадэ, — Каэр-Ду подошел к девушке. Провел рукой над ее животом — и печать, блокирующей связь с истоком, просто испарилась вместе с участком кожи и плоти. Но боли Оринэ не ощутила — заклинание Наместника продолжало блокировать ее. — Почему ты довел ее до такого состояния? Наэ-Хомад едва не забрала ее под свое крыло.

Голос Эр-Кхана был низкий и абсолютно спокойный.

— Моя вина, Владыка, — даже не стал возражать Наместник. — Ей в легкие вдохнули марсат — но я успел нейтрализовать его.

— Марсат? — в тоне скользнуло легкое удивление. — И кто же это сделал?

— Ее муж.

— Вот как… — Владыка задумался, рука его зависла над грудью Оринэ, ровно там, где пульсировало Второе Сердце Дьявола.

— Повелитель, — взгляд Каэр-Ду опустился на лицо внезапно заговорившей Зодчей. Каждое слово стоило ей немалых усилий, но она не могла промолчать. Если она не попробует упросить Эр-Кхана помиловать Ста — то Гуэр останется не только без матери, но и без отца. Допустить такого она не могла. — Прошу вас… Ста вынужден был так поступить. Ради нашей дочери.

— Так и есть, — подтвердил Аадэ-Ре. — Истинный виновник еще понесет наказание, имела место быть некая глупейшая интрига… Но и проступок ее мужа тоже нельзя оставить без внимания…

— Решай сам, — пальцы Владыки шевельнулись — и Оринэ не почувствовала, но увидела, скосив взгляд, как по ее коже, покрытой запекшейся кровью, прошел глубокий разрез, проливший всего пару струек крови. За ним — еще один и еще. И вот с легким треском расходящихся рассеченных ребер грудная клетка девушки раскрылась в стороны, являя взору вздымающиеся легкие, пульсирующее сердце — и Сиэр-Тахх.

Чтобы изучить созданный Аг-Наар конструкт, Каэр-Ду вскрыл ее в прямом смысле этого слова.

Даже если ее эмоции почти отсутствовали, а боли не было совершенно, то инстинкты взбунтовались от такого действа над телом. Они требовали как-то прекратить это, защищаться — но разум просто подавил их. Девушка прекрасно понимала, что Владыка имеет право и может сделать с ней все, что угодно — и не противилась этому. И чтобы отвлечься, скосила взгляд на свою развороченную грудную клетку.

Ее второе сердце визуально выглядело, как маленький ярко-желтый огонек, поочередно выстреливающий в стороны длинными, быстро тающими лучами. Стоило присмотреться, как становилось понятно, что это сотни мелких иероглифов, постоянно циркулирующие в определенном порядке, по своим орбитам, но находящиеся настолько близко, что сливались воедино.

— Любопытно…

Эр-Кхан не потратил много времени на изучение созданного Верховной Жрицей страшного чуда — ее сердце успело лишь пару раз встрепыхнуться, когда тот потерял интерес к конструкту.

— Что ж… Пусть живет, — сообщил он Наместнику и, уже отвернувшись, одним взмахом руки, устранил все повреждения Оринэ — и вскрытую грудину, и остатки действия яда, и последствия долгих пыток. Даже грязь и запекшаяся в несколько слоев кровь попросту исчезли, оставив абсолютно чистое и целое тело, опустившееся на ложе. — Держи ее при себе. Идем, Аадэ, нам есть, что обсудить.

— Господин, могу ли я задержаться? — обратилась к Зодчему Теней Л’ларк. Тот кивнул и вышел прочь из лазарета. Наместник направился за ним следом. И стоило этим двоим выйти, как Белый коготь шагнула ближе.

— Ты помнишь меня? — вопросила Л’ларк у Оринэ. Та слабо кивнула.

— Да, госпожа. Я видела вас, когда мне было шесть лет.

Хоть тогда она была совсем маленькой, но помнила тот день так, будто это произошло только вчера. Тогда Белого Когтя привела в окрестности Риндо задача по уничтожению отступника. И разумеется, Л’ларк-Шиан-Эр справилась, вернувшись в город черед главные врата и выставив отсеченную голову предателя напоказ.

Оринэ тогда находилась среди толпы, что с ликованием встречала Белую Госпожу. Ее мать взяла девочку руки и, как и многие другие, тянула свое чадо к Л’ларк, надеясь на ее благословение. И Оринэ повезло — Белый Коготь заметила ее, почувствовав магический потенциал ярко светящегося истока ребенка, и даже взяла девочку из рук матери, к неописуемой радости последней.

Будущая лекарка тогда обратила внимание на неглубокий порез на щеке Белой Госпожи и с детской непосредственною спросила, больно ли ей. Л’ларк с улыбкой ответила, что уже нет, но посетовала, что у нее в свите сейчас нет толкового лекаря. И спросила у Оринэ, не желает ли та стать лекарем, чтобы исцелять людей, а в дальнейшем — вступить в ее свиту?

Так и определился ее путь. И вот сейчас он завершился.

— Мне неприятно видеть тебя такой, — помолчав, сказала Л’ларк. — Ты сдалась. Это неправильно.

— Простите, госпожа, — прошептала Оринэ. Слова той, кто с детства был для нее кумиром, все же нашли слабый отклик где-то в глубине напрочь выгоревшей души.

— Я помню ту славную девочку, что мечтала вступить в мою свиту. Где же она?

Лекарка оставила это без ответа, и Белый Коготь недовольно цыкнула:

— Пока отдыхай. Вечером я снова с тобой поговорю.

Глава 13

Внимание — к предыдущей главе был добавлено окончание рассказа Оринэ

— Потом госпожа Л’ларк осталась в Риндо еще на несколько дней, и она… заставила меня жить, взяв слово, что я буду продолжать двигаться вперед, дальше по Пути Владыки. Она же приказала поставить мне Знак Лжи — это отрезвило меня, а так же в какой-то мере защитило Ста и Гуэр. И вот, теперь госпожа вернулась — и она выполнила свое обещание. Я в ее свите, служу ей и Владыке. Вот только…

Оринэ остановилась.

Не знаю, что она хотела сказать дальше — но мне показалось, что впервые, как она начала рассказывать свою историю, в ее светло-голубых глазах промелькнуло какое-то подобие сожаления. Но вот она моргнула — и снова на меня смотрел безжизненный взгляд куклы.

— Это вся история, — прервав заминку, закончила лекарка. — Теперь ты знаешь всё. Можешь меня презирать — твое право.

На автомате я кивнул, слегка придавленный под впечатлением от этой истории. Оринэ говорила без какого-либо оттенка эмоций в голосе, безучастно и ровно — но почему-то рассказ от этого пробирал еще глубже. Из задумчивого состояния меня вывел скрип петель.

— Я и не думал презирать тебя, — озвучиваю ей в спину мысль, что вертелась на языке. — Просто так тогда сложились обстоятельства. Ты не виновата.

Оринэ слегка замедлила шаг, неопределенно дернула плечами, и ушла, так ничего и не ответив.

* * *

Валяться без дела не хотелось, как и спать — да и по времени, если верить моим биологическим часам, до ночи было еще далеко. Тело требовало действия, и я решил пройтись по Столпу, размяв ноги. Для меня ходьба всегда стимулировала процессы работы мозга — вот и сейчас, неспешно бродя по темным коридорам, освещенным кристаллами перекресткам проходов и лестничным развилкам, выходя порой на освещенные солнцем террасы и балконы, я переосмысливал всю ту информацию, что открылась мне за сегодня. За этим делом, почти полностью уйдя в себя, я едва не сбил кого-то с ног — только в последнюю секунду успел остановиться, избежав столкновения.

— Прости, — машинально извинился я за свою невнимательность, и поднял глаза. Та, кого я чуть не сшиб, была девушка из многочисленной прислуги крепости. И я даже знал эту служанку — как раз с ней не далее, как пару часов назад заигрывал Ктик. Хм…

— Эй, ты же знаешь, где покои до-Ктика? Можешь показать?

— Э… да, — пролепетала та. — Только вот его сейчас там нет… Если хотите, я провожу вас к нему.

— Он не занят? — та качнула головой. — Тогда идем.