Трудные дети (СИ) - Молчанова Людмила - Страница 132

Грамотно выработанной походкой я приблизилась к их компании и приветливо улыбнулась всем и каждому.

— Добрый вечер.

Молодые люди засуетились, один стремительно вскочил из-за стола, уступив место мне, и подал руку, помогая усесться. Девушки с любопытством переглянулись.

— Познакомьтесь, - теплые руки Алисы легли мне на плечи. - Аля. Моя подруга. Аля, эти оболтусы - Рома, Миша и Витя. А это Катя и Настя.

— Очень приятно, - чуть смущенно кивнула я и слегка потупилась. Штука с румянцем, которой пыталась научить когда-то Элеонора Авраамовна, у меня не получалась никогда, поэтому приходилось довольствоваться смущением. - Рада с вами познакомиться.

— А уж мы как рады! - протянул представленный мне Миша, за что получил тычок по ребрам от рядом сидящего друга. Парень забавно охнул и схватился за бок. - Я правду сказал!

— Заткнись, будь добр, - шикнул Витя и попытался снов незаметно проехаться по ребрам Мишки. - Не обращай на него внимания.

— Ты на этих двух внимания не обращай, - светловолосая девушка с короткой стрижкой звонко рассмеялась, откинув голову. - На двоих десять лет. Дети, одним словом.

Спустя полчаса мы вовсю смеялись, общались и развлекались, с нетерпением ожидая ароматный шашлык. Рома мне лишь кивнул, сказал несколько слов и на этом замолчал, но вот наблюдал за мной постоянно. Я же, зная, что нахожусь под неусыпным наблюдением, держала себя как можно грациознее, на максимуме сил и возможностей, притом нельзя было переигрывать и показывать собственную заинтересованность. Я должна была выглядеть обычной девушкой, красивой и естественной, и никакой наигранности.

Я очень старалась, правда. Даже девушки, сидевшие вместе с нами за одним столом, были мною очарованы и покорены. А про Мишу и Витю вообще говорить не стоит. Но Рома просто молчал и смотрел.

Только вечером, когда праздник перестал быть коллективным и все разбились по парам, мне удалось поговорить с молодым человеком. Ромка стоял около мангала, дожаривал последнюю порцию шашлыков и умиротворенно улыбался. Я подошла к нему со спину и осторожно дотронулась до крепкого плеча. Мужчина вздрогнул и обернулся, наградив меня непонимающим взглядом.

— Привет.

— Здоровались уже, - беззлобно ухмыльнулся он и поспешно склонился над мангалом. - Ты за шашлыком?

— Ром, ты меня не помнишь, да?

Он нахмурился, снова оглянулся, на сей раз вглядываясь в мои черты. Лоб хмурил, сдвигая светлые брови, даже прищурился слегка, но все равно отрицательно покачал головой.

— Нет. А должен?

— Не должен, просто мы с тобой раньше встречались.

— Я бы запомнил.

— Очевидно, не запомнил. Мы встречались три года назад, ты еще меня лечил. В то время ты был интерном. Не вспомнил? - Рома медленно качнул головой, глядя на меня почти с подозрением. - Я еще рвалась экзамен сдавать, а ты не пускал. Поэтому я выпрыгнула со второго этажа из…

— Ванной! - воскликнул он и прищелкнул пальцами. - Да. Я вспомнил. Ммм…Саша, да? И ты…очень изменилась с тех пор.

— Спасибо.

— Нет, правда, такая… - он неопределенно махнул рукой, но не нашел, что сказать, вместо этого поинтересовавшись: - Ты поступила, куда хотела?

— Да. Учусь на третьем курсе уже. Мне все нравится.

— Я рад. Так что? Шашлык будешь?

— Ты знаешь, - заговорщическим тоном, словно рассказывала страшных секрет, ответила я: - да. Я что-то жутко проголодалась.

— На природе всегда так.

К тому времени, когда мясо полностью приготовилось, деревянная беседка освободилась и все люди поспешили войти в дом. Мы же остались на улице, Роман включил фонари, а я накрыла на стол, действительно проголодавшись к тому моменту. Мы разговаривали и шутили, только теперь напряженность и едва ли не опаска - со стороны Романа, разумеется, - полностью испарились, оставив дружеский настрой с едва заметной ноткой ожидания чего-то большего. Я смеялась, смотрела в его голубые глаза и понимающе кивала на его рассказы, давая понять, что я в теме. Что я осознаю то, о чем он мне рассказывает. И разделяю его мнения.

После такого фокуса Антон сразу же оказался у моих ног, и во взгляде мужчины смешивались такие желанные для меня эмоции - восхищение и вожделение. Это была безоговорочная победа. Но с Ромой было все по-другому. Все выходные я посвятила ему, погрузилась в него и его душу, как делала в своей прошлой жизни, только тогда - по-настоящему, а сейчас - понарошку. Этого хватало для других, я очаровала абсолютно всех гостей, при этом почти с ними не общаясь. Но не Рому. В его глазах - лишь восхищение. Неприкрытое, стопроцентное, потрясающе лестное, но…восхищение. Этого было мало.

И ладно бы он отвергал меня, или у него была бы девушка. Ни то, ни другое не подтвердилось. Более того, Роман вел себя как влюбленные мужчина, обходительный, чуткий, всячески ухаживал, подавал руку, чтобы помочь сойти с крыльца. Он даже купил мне цветы в ближайшем городке, в который он и его друзья ездили за продуктами. Но ни капли желания, на которое я привыкла опираться. В то время как будто почву из-под ног выбили. Мне была нужна помощь.

— Алис, солнце, скажи, а телефон тут есть? - доброжелательно кивнула подруге и присела рядом с ней на диван. - Мне бы позвонить.

— Мобильный только. У тебя разве нет? - удивилась Алиса.

— Есть. Разряжен только, а зарядку я забыла.

— Возьми мой, - она потеряла ко мне интерес и уткнулась в толстенный глянцевый журнал, один из сонма многих, что были раскиданы по всему дому. - Он в моей комнате на комоде. Найдешь?

— Да-да. Спасибо.

— Не за что, Аль.

— А Рома не приехал еще?

— Должны через час вернуться.

Отлично.

Многие к обеду воскресенья уже разъехались по домам, осталось меньше половины, поэтому никто не мешал. Заперев за собой дверь, я взяла аккуратную и миниатюрную ракушку приятельницы, расписанную лаком для ногтей, прошла в смежную ванную и еще раз закрыла дверь. Элеонора Авраамовна ответила сразу.

— Я на аппарате, - ленивый и старческий дребезжащий голос был усладой для моих ушей.

— Как я рада вас слышать!

— Ах, это ты, - протянула она с разочарованием и шумно вздохнула. - Чего тебе?

— У меня ЧС.

— Все равно нечего делать…Валяй уж.

Последующие десять минут старуха на удивление внимательно слушала мои жалобы и разглагольствования, а также описания наших выходных. И Рому она вспомнила сразу, стоило мне сказать, что он был тем самым врачом-блондинчиком.

— Я такие попки не забываю, - мотивировала она. - Даже в возрасте. Мой склероз касается исключительно неприятных вещей.

— И что мне делать? - сложив руки на коленях, я повесила голову и пригорюнилась. - Не выходит ничего.

— Что значит “ничего”?

— Он меня не хочет. Как женщину. Понимаете?

— Ну и что? Он же тобой восхищается?

— И что?

— Тебе мало?

— Я за него замуж хочу.

— Вот даже как, - тихо хмыкнула старушка. - Он же тебя не хочет.

— Научите меня, чтобы он захотел.

— Дай ему то, что он не сможет получить от других.

— Вы издеваетесь?! Я и так уже как кошка лащусь к нему. Только что в рот не заглядываю.

— Значит, это не то, что ему нужно, - меланхолично пропела бабулька. Послышался щелчок зажигалки. - Ты упираешь на физическое влечение, милочка, а для него твой муж, как ты выразилась, слишком тонок и благороден. Хочешь совет? Позвони своему танцору, вот он тебя будет глазами раздевать, а этот мальчик другой.

— Ну и что, что другой? Мне не нужен Антон, мне нужен Рома!

— А зачем?

— Потому что он лучше.

— Даю последний совет и кладу трубку, - ей со мной надоело пререкаться, и она начала повышать голос. - Он тебе не подойдет, потому что у вас темпераменты разные. И будут такими всегда. Этот Роман будет тебя любить, обожествлять и всячески обожать, но если ты хочешь, чтобы он захотел тебя как женщину…такого не будет. У меня второй муж был, как этот твой Рома…Одно название муж. Хороший человек, милый, понимающий, даром что немец, но только через два года он мне настолько опротивел, что я из чужих постелей не вылезала. Слишком хороший и слишком милый. Оставь мальчика, милочка.