Единороги будут! (СИ) - Смирнова Ирина "cobras" - Страница 63

При этом, благодаря стараниям Рикиши, меня уже потряхивает в предвкушении оргазма, и я хочу, чтобы он тоже кончил вместе со мной… с нами… Но активно действовать я не готова, мне просто очень хорошо, буквально до полного растворения от его ласк. И, именно благодаря им, мои мышцы сжимаются все сильнее, так что Тар кончает, первым из нас, за ним — я, выгибаясь в его надежных объятиях, растекаясь, сытая и довольная.

Через секунды лицо Рики, с вызовом облизывающего губы и самодовольно улыбающегося, оказывается напротив моего. Никаких намеков на продолжение — он сыт моим оргазмом так, что его просто распирает от удовольствия.

Бхинатар лежит на спине, закрыв глаза, и будет так приходить в себя еще пару минут. Мне тоже лень шевелиться, но совесть мешает спокойно наслаждаться.

Рикиши улыбается еще более нахально и целует меня, уверенно, жадно, а потом прижимается ко мне всем телом, укладываясь сверху.

Я чувствую его возбуждение, и желание начинает вяло возрождаться. Но он просто укладывается на меня полностью и замирает, родной, теплый, живой…

— В следующий раз моя очередь, — наконец выдал Рики, повернувшись к начавшему подавать признаки жизни Тару.

— Хорошо, — согласно, кивнул тот.

Я не стала влезать в выяснения их отношений, потому что моя очередь — всегда, а уж они там пусть сами разбираются. Понятное дело, что иногда я буду нарушать их планы. А еще мне очень хотелось попробовать втроем, одновременно, но это будет возможно, только когда мы освоим более-менее простые позиции. Все же камасутра никогда не была моей настольной книгой, но сейчас я бы не отказалась ее полистать.

И тут я услышала переругивание, где-то недалеко от нашей комнаты. Судя по ехидной усмешке Рики, он уже давно вслушивался в разговор, а я лишь могла различить интонацию и по голосу определить, кто именно злится у нас под дверью. Нибрас и Шакрасис. Первый активно оправдывался, а второй его злобно отчитывал, и я догадывалась за что именно. Мне сегодня всю ночь снились очень эротические сны, причем с несколькими реальными оргазмами. Понятное дело, инкуб дорвался до джиннир и развлекался, мешая спать нагу. А с утра еще и мы порезвились, чтобы окончательно испортить Шакрасису настроение.

Странно, что он сам не присоединился к Нибрасу, потому что джинниры девушки очень сексуально раскованные и не отказали бы молодому красивому нагу.

— У тебя только бабы на уме!

— А от чего такого важного меня мог отвлечь секс с тремя прекрасными леди?

— От сна! Нам сегодня надо быть выспавшимися, ясно?

— С каких пор ты стал таким занудой?

— Занудой? Я?! Четырнадцать оргазмов за ночь!

— Мне казалось, что их было больше, но я не считал. Объясни мне, что тебе мешало присоединиться к нашему обществу и чудесно провести время, вместо того чтобы считать чужие оргазмы?

— Я думал!..

— О, ну это очень уважительная причина.

— Ну, ты сострил, хвостатый! И как успехи? Получается или надо еще потренироваться? — так, а это в диалог между инкубом и нагом влез невысокий рыжий гном и, как и положено, все опошлил. — А ты, рогатый, так отжигал, что стены ходуном ходили! В следующий раз вешай полог, а то моя невинность сильно пострадала от тех криков, что раздавались из твоей комнаты.

— Да ты невинность потерял еще у светлых эльфов! — Шакрасис решил не обижаться на подколку гнома, а ответить своей.

— Я ее, может, потом снова нашел, отмыл и хранил, как память! — судя по смеху, всем весело, но все равно уже пора выползать и, как правильно отметил наг, имеет смысл попробовать подумать. Всем жрецовым составом.

— О, мамуля! Доброе утро! Что-то видуха у тебя, как у элгкарес к вечеру… Ты своих мужиков иногда друг на друге замыкай, чтобы не мешали высыпаться.

Я хихикнула и мысленно отпинала разыгравшееся от последней фразы Ярима воображение. Нет уж, мужики — мои, нечего им друг на друге замыкаться, а то втянутся еще…

— Доброе утро, всем, — я с серьезным лицом махнула рукой в сторону нашей совещательной комнаты: — Приглашаю всех составить мне компанию и подумать над имеющимися проблемами.

— Это ты разбуженного мною огнеплюя имеешь в виду и его продолжающую сладко дрыхнуть семейку? — гном не смог удержаться, чтобы не похвалиться своим подвигом.

Шакрасис почему-то нахмурился на эту похвальбу и, вообще, заметно расстроился. Нибрас только хмыкнул, и даже Рикиши промолчал, не став намекать, что без его участия гномьего подвига бы не вышло.

Минут через десять вся команда, включая джинов, собралась в большой комнате, и, совмещая приятную беседу с завтраком, мы начали обдумывать наши дальнейшие планы.

Лаирасул, несколько смущаясь, настоятельно рекомендовал воспользоваться возможностью и не появляться у алтаря. Нас там совершенно точно будет поджидать засада. Виньямар не простит нам смерть своих детей, да и самого молодого эльфа встреча с отцом не очень вдохновляла, — он очень заметно переживал за Гэллаис, постоянно поглядывая в ее сторону.

— Сейчас мы можем вычислить с очень большой погрешностью только месторасположение Шалассы, — я с тоской посмотрела на блинчики, которые в меня не влезли, и отодвинула тарелку. — Остальные драконы, вообще, неизвестно где. Как вы предлагаете их искать?

— А как выглядит алтарь? — негромко поинтересовался Клим, сидевший тихо в уголочке вместе с Чхаром.

Вот, почему, когда раздавали извечное женское любопытство, мне выдали только капельку? Среди нас же есть тот, кто видел этот алтарь и примерно представляет процесс, но мне даже в голову не пришло поинтересоваться, как там все происходит.

Рики, оторвавшись от уничтожения своей порции блинчиков, принялся рассказывать.

На Истейлии есть удивительное место, где пять скал, расположенных рядом, образовали лабиринт, ведущий то вверх, то вниз, иногда заканчивающийся тупиком, иногда выводящий на одну из пяти вершин, иногда — в различные пещеры, полные сокровищ.

На центральной скале, рядом со входом в лабиринт, находится низкое округлое сооружение, напоминающее холм или курган. В этом времени находящийся там круглый невысокий валун покрыт огромными трещинами и зарос мхом. Но если внутрь холма зайдут все десять жрецов, то все должно покрыться тьмой, время помчится вспять, а когда туман рассеется, то рядом окажется тот же алтарь, только целый и чистый. На нем будут по кругу расставлены девять небольших пирамидок, по одной на каждого из девяти обычных драконьих жрецов. Каждый должен занять свое место и сжать пирамидку левой рукой.

Рикиши называл маски, а я представляла, как бы все происходило.

Сначала должен был встать Нибрас, жрец маски Вокун, которому покровительствует дракон хаоса — Ургаш. Отец остальных стихийных драконов.

Затем Клим, жрец маски Морокеи, под покровительством дракона света — Эльрата. Рядом с ним — Бхинатар, жрец маски Хевнорак, покровительницей которого является драконица тьмы — Маласса.

Потом Ормид, жрец маски Накрин, которому покровительствует дракон воздуха — Илат. И Лаирасул — жрец маски Кросис, посвященной драконице Силанне, отвечающей за стихию земли.

Следующим будет Ярим, жрец маски Рагот, чьим покровителем был дракон огня — Аркат. Затем сам Рикиши — жрец маски Конарик, под покровительством Малассы. Потом Шакрасис — жрец маски Вольсунг, покровительницей которого является драконица — Шаласса, отвечающая за водную стихию. А замкнет круг Джуди, жрица маски Отар, которой покровительствует Силанна.

Хаос. Свет — тьма — воздух — земля. Огонь — тьма — вода — земля.

Нибрас. Клим, Бхинатар, Ормид, Лаирасул. Ярим, Рикиши, Шакрасис, Джуди.

Когда каждый из жрецов активирует свою стихию, только тогда наступит время верховной жрицы маски Моксе Риус, посвященной матери всех стихийных драконов — Асхе, управляющей временем и порядком.