Единороги будут! (СИ) - Смирнова Ирина "cobras" - Страница 80

Немного подумав, драконица опровергла мою версию, что это один и тот же бог.

— Точно не помню, но вроде собакоголовых было двое. Они еще дружили, — задумчиво выдала она. — Когда вернемся, слетаю, посоветуюсь с братом. Ты права, как-то слишком много совпадений. Хотя мы уже и сами начали подозревать, что наш враг из далекого прошлого, а вступали мы тогда в конфликты с богами довольно часто. Но изгнанников, мечтающих отомстить именно Илату, было только трое. Мы подозревали другого, но Анубис больше подходит. Пожалуй, начнем с него. Да, и Кали — как божество Истейлии — мне нравится больше, чем Упаауту. Терпеть не могу собак! — и Маласса брезгливо передернула плечом. — А насчет твоего парня… Не волнуйся, до переноса осталось не так уж много времени. Потом отправишься в этот монастырь и найдешь его. Хотя, как по мне, бегать за мужчинами — последнее дело!

Я улыбнулась драконице и направилась обратно к Бхинатару. И тут в небе неожиданно резко потемнело.

— Перемещение придется немного ускорить, — спокойно предупредила Маласса.

Ее голос прозвучал очень громко и отчетливо, хотя она стояла в другом углу зала.

— Какие-то события ускорили катастрофу. Но у нас все готово для переноса, так что не волнуйтесь. Опуститесь все на колени и призовите своих истинных богов, тех, кому изначально молились ваши предки. Тех, кто был с вами в течение тысячелетий. Забудьте все наносное и пришлое, вспомните о своем прошлом. Задумайтесь об источнике своих страданий и сомнений, загляните вглубь себя и обратите свои молитвы к первородным, присутствующим при рождении первых истейлов. Кто покровительствует вам?

— Ты! — в один голос выдохнули все присутствующие. Мне показалось, что я слышу эхо этого «Ты» повсюду, и точно — волшебный королевский артефакт был включен, а, значит, слова Малассы сейчас гремят на всю Истейлию.

— А кто ваша богиня, готовая в любое время откликнуться на ваши молитвы, помочь и защитить вас?

— Богиня? У нас же бог. Мы же молимся богу… — послышались перешептывания, но тут король первым выкрикнул: — Каликамата Каларати! — и народ подхватил, сначала тихо, потом все громче и увереннее: — Каликамата. Кали. Каларати…

Пока все были заняты возвращением к божественным первоистокам, я, стоя на коленях у окна, смотрела на небо, во тьму.

Вдруг, неожиданно, яркий чуть зеленоватый свет хлынул в зал, и только слегка изменившийся пейзаж за стеклом подсказывал, что, только что тихо и незаметно, произошло наложение двух временных слоев друг на друга. Новая Истейлия, вместо полного уничтожения, заменила старую.

Жаль, что Рикиши не было рядом в этот важный для него момент. Все же, это его страна, его мир… Пусть не совсем тот, который он потерял, но очень похожий. И никакого ожидания в пару миллионов лет не понадобилось. И к драконам никаких претензий — ровно та же Истейлия, что была до войны. Даже принцесса та же…

Люди, толкаясь и пинаясь, бежали прочь из дворца, застывали в дверях, но их выталкивали бегущие следом, и вскоре весь двор был заполнен. Кое-кто рискнул выбежать за ворота, и оттуда слышались удивленные выкрики:

— Сад… Священный сад снова цветет!

Бхинатар, нашедший меня в этом дурдоме и схвативший за руку так крепко, чтобы я даже не сомневалась — вновь сбежать куда-то у меня не получится, — вдруг поднял голову вверх:

— Сохрэб, Ормид! Мы здесь!

С неба к нам спускались два брата-близнеца. Я соскучилась по ним так, что не удержалась и расцеловала обоих.

— А где остальные? — поинтересовалась я, повиснув на Сохрэбе и только не повизгивая от счастья. Странно, расстались вроде не так давно, но ощущение, будто не видела их вечность.

— Там же у храма, ждут вас. Кстати, а где Рикиши? — Ормид оглядел нас двоих и нахмурился.

— Не очень далеко от храма, — я достала из подпространства скрученную в рулон карту Истейлии, которую выпросила у кого-то из придворных, и ткнула пальцем в красную точку. — Вот в этом монастыре.

— Сначала летим за остальными! — Сохрэб подхватил Бхинатара и рванул вверх.

— Ормид, отнеси меня сразу в монастырь, так будет правильнее, — спокойно попросила я. — Заодно выясним, куда именно вам потом лететь.

Мужчина, понимающе, улыбнулся, и мы тоже поднялись вверх, причем едва успели увернуться, когда мимо нас, немного в другую сторону, промелькнула черная тень Малассы. Драконица полетела к своей родне, рассказывать о нашествии собакоголовых богов.

Монастырь, возле которого мы опустились, впечатление позаброшенного и позабытого не производил. Да и люди в нем были, — нам навстречу выбежало сразу пять монахов, вставших стеной и очень недобро сверлящих Ормида взглядом.

— Джин сюда не войдет! — объявил один из них.

— То есть спасать вас — джину можно, а в монастырь войти — нет? — разозлилась я. Точнее, я и так была злая, расстроенная, нервничающая… в поиске, с кем бы поделиться горой негатива. И вот, так удачно, подвернулись кандидаты.

— Это особенный джин, — проговорила неожиданно возникшая в воротах уже знакомая мне четырехрукая женщина. — И мы всегда будем рады и ему, и его брату, но вы зря пришли сюда. Здесь нет того, кого ты ищешь, но здесь есть его двойник. Хочешь познакомиться с ним?

— Даже не знаю, — сразу как-то растерялась я. — А с тем, кого я ищу, все в порядке?

— Да, — женщина улыбнулась мне. — Проходи, не стесняйся. И друг твой пусть проходит.

— Нет, Ормиду надо предупредить остальных, чтобы они не волновались. Вы же пропустите их потом? — я вопросительно посмотрела на богиню, и та кивнула:

— Конечно, разве я могу держать под дверью спасителей одного из моих миров?

Пока я шла по тропинкам, выложенным белым камнем, и любовалась на цветущие вокруг деревья, мы молчали. Но у самых дверей в здание меня осенило.

— Скажите, а почему я сначала не понимала вас, в храме, а теперь понимаю.

— Маласса наградила тебя знанием языка истейлов, — пояснила Кали. — Ты даже не замечаешь, что говоришь на нем, как и все твои друзья. Именно он теперь будет для вас родным, потому что иначе вы бы не перенеслись вместе со всеми остальными. Все чужаки, не принятые хоть одним из двух миров, погибли. Мало того, Маласса возвела щит вокруг мира, и теперь сюда сможет проникнуть только тот, кого пригласит житель Истейлии. Конечно, со временем эта защита ослабнет, но тогда уже я и мой пантеон войдем в полную мощь. Пока что остальные боги пребывают в анабиозе. Это очень похоже на сон драконов, только они будут готовы проснуться сами, как только у них появятся для этого силы.

Мы поднялись, вернее пролевитировали по винтовой лестнице два пролета и оказались в небольшом помещении, с зеркальными стенами и тремя огромными окнами. В центре, в позе лотоса, сидел Ришабха Риши. Я сразу поняла, что это не мой Рики, хотя они и были очень похожи. Сразу чувствовалось, что это совсем другой человек, еще слишком юный, почти мальчик. Он открыл глаза и посмотрел сначала на богиню, потом на меня, затем снова на богиню:

— Каликамата, я так рад, что вы откликнулись на мои молитвы! Пожалуйста, подскажите, как мне быть. Я запутался. Ситара любит меня, я люблю ее, но она ведь принцесса.

Счастливый ребенок! Целый мир был на краю гибели, а для него сейчас существует только одна проблема — как правильно поступить, когда твоя любимая — принцесса.

— Я всегда советовала тебе прислушиваться к голосу сердца. Что оно тебе говорит? — ласково и одновременно строго поинтересовалась Кали.

— Что мое место рядом с ней, и я должен довериться ей. Но я не могу! Она так долго выбирает… Это невыносимо — столько ждать. Вы же знаете, как я ненавижу ждать! Почему она до сих пор не поговорила о нас со своим отцом? Мне кажется, что я, как мужчина, должен сделать это сам.

— Слушай свое сердце, а не свое нетерпение. Всегда, когда ты действовал необдуманно, происходили ошибки. Вспомни!