Единороги будут! (СИ) - Смирнова Ирина "cobras" - Страница 87

Сердце замерло, потом, наоборот, забилось, как будто пытаясь выпрыгнуть из груди. А князь как будто не замечал, как я напряглась, вцепившись пальцами в угол стола и едва сдерживаясь, чтобы не кинуться на него, требуя немедленно рассказать, где этот полукровка, жив ли он, и что с ним стало. Бхинатар приобнял меня за плечи, успокаивая. А я тряслась в ознобе, как будто заново переживая тот день, когда Рикиши не стало. Снова чувствуя на себе сочувствующие взгляды и дикое желание закрыться ото всех, забыться, спрятаться. И, одновременно, действовать как робот, без эмоций, спокойно и четко. Позаботиться о раненных и о богине, улыбаться, кивать, думать, решать… Метаться между Нибрасом и Таром, понимая, что не готова потерять ни одного из них. И только ночами тихо беззвучно плакать в подушку, засыпая и слыша его голос, чувствуя его руки, его губы… Дойти до встреч с некромантами и узнать, что убитых нетопырей возродить невозможно. Ритуал привязки души уже был совершен и разрушен, все. А Кали сначала пообещала мне возродить моего Рики в ребенке Ришабхи, но потом объявила, что ничего не получится, — душа моего любимого не откликается на ее призыв. Маласса ответила примерно то же: «Я могу помочь лишь тому, кто этого хочет». И вот… тело смеска демона и дракона. Чуть больше года назад.

— Инкуба? — я очень старалась, чтобы мой голос звучал спокойно. Возможно, это не Рикиши, а кто-то другой. Мало ли какие бывают совпадения…

— Странного инкуба. Умеющего трансформироваться в дракона, — Асмодей внимательно изучал меня. — Совсем мальчишка, он был слишком слаб и ничего не помнил, даже как оказался в этих развалинах. Единственное, что выяснили мои следопыты, — его туда принес дракон. Но инкубы почти сразу забрали парня, объявив, что в нем течет кровь Асбиэля.

— Где он?! — все же нервы у меня не стальные, и выдержка тоже не железная.

— Обычно проводит время под присмотром своего князя. С его удивительными способностями к трансформации, инкубы на него молятся, и, возможно, будут пытаться создать еще таких же.

У князя на лице промелькнула странная ухмылка, когда он еще раз внимательно оглядел меня с ног до головы.

— Если хочешь, я устрою вам встречу.

— Да! — ответ я выкрикнула, даже не до конца дослушав вопрос и игнорируя предупреждающее покашливание Нибраса.

— Леди Мируан, вас пытаются втянуть в какую-то интригу, — попробовал ментально предупредить меня мой демон. Но мне было уже все равно. Рикиши… Я уверена, что это — мой Рикиши. Правда, упоминание о том, что это «совсем мальчишка», настораживало. Но я была готова ждать, пока повзрослеет сын Ришабхи, неужели не подожду, пока вырастет демоненок? Мой Рики…

— А на что ты готова ради этой встречи? — да, похоже Нибрас прав, меня сейчас будут соблазнять на какую-то не очень честную сделку.

— А что вам от меня нужно? — я знаю стиль общения демонов — постоянная забава кто кого перехитрит.

— Мне нужно, чтобы этот мальчишка признал меня своим князем.

— Эм… — растерянно выдохнула я. — Ну, так и соблазняйте его, а не меня.

— То есть ты отказываешься повлиять на его решение? — что-то в голосе Асмодея заставило меня задуматься, не отвечать сразу. Но и после минутного размышления мой ответ не изменился.

— Даже если вы считаете, что я могу это сделать, все равно не буду. Богов, князей и любимых лучше выбирать самостоятельно.

— Ну что, я выиграл, — объявил Асмодей, глядя на одного из своих спутников. — Мальчишка остается, а мы идем опустошать твой бар.

Я резко перевела взгляд на второго из сопровождающих князя, того, кто все время стоял за его спиной. Сжала до хруста стол, как будто пытаясь себя удержать, но ничего не вышло, — ноги сами уже несли меня к этому демону. Резко скинула капюшон с его головы и утонула в родных черно-карих глазах. Кривоватая улыбка и жаркий шепот: «Моя леди…».

Единственное, что я еще успела сделать осознанно — повиснуть у него на шее… А дальше я очень смутно все помню. Рыдала. Стучала кулаками ему по груди. Обнимала, целуя в губы, скулы, глаза. Нервно смеялась, поглаживая небольшие рожки. Снова рыдала… Шептала, что люблю. Кричала, что ненавижу. Обещала самолично перебить всех драконов. Требовала быстро, немедленно все рассказать… И потом снова начинала захлебываться рыданиями.

Помню, как меня несли по ночным улицам. Но я смотрела, не отрываясь, в родное лицо, любовалась его глазами, ставшими напоминать темный шоколад, вместо молочного. Зачем-то лепетала все последние новости, иногда повторяясь и заговариваясь. Пару раз даже нашла в себе силы перевести взгляд на Тара и убедиться, что он тоже рад и совсем не ревнует.

Где-то, уже возле нашего дома, я сообщила, что беременна и снова разрыдалась, не совсем осознавая почему.

Рикиши положил меня на кровать и уселся рядом, а Бхинатар вышел, вроде сказав, что мне за водой… Не помню. Помню только, что Рики попытался встать, и я тут же тоже подскочила, схватила его за руку, притянула к себе, заглянула в его глаза и принялась торопливо раздевать, словно боясь, что он снова исчезнет, а я не успею побыть с ним. Почему-то мне казалось, что это важно, очень важно, ощутить его, ощупать, загладить, зацеловать, насладиться каждой частичкой его нового тела, родного и, одновременно, незнакомого.

— Как тебе удалось?..

— Меня подхватила Маласса и унесла в разрушенный город драконидов, плод эксперимента Силанны и Асбиэля. Дракодемоны.

Слушая, я одновременно гладила по плечам, которые стали чуть шире, по груди… Провела по тонкой белой полоске на смуглой коже, там где год назад был нож, прикоснулась к шраму губами.

— Дракодемоны?

Нетопырская скорость, явно, осталась в прошлом, поэтому меня Рики раздевал медленно, осторожно, неуверенно, как будто забыл, как это делается. Я провела кончиками пальцев по его руке, сжала ладонь, потом поднесла ее к лицу и принялась с удовольствием разглядывать. Его пальцы стали длиннее, а ногти — гораздо толще и острее, как у Нибраса.

— Да, Благодаря крови Арката, я стал одним из них, а благодаря крови Малассы, смог выжить. Но все человеческое во мне умерло.

— Плевать! — я сдернула с Рикиши штаны, обняла его за бедра, прижимая к себе, как можно плотнее, погладила по ягодицам, с усмешкой слегка сжала хвост, проскользила по нему, добралась до кисточки…

— В отличие от Шакрасиса, у меня он эрогенной зоной не является, — усмехнувшись, уточнил Рики, подхватывая меня под бедра и опрокидывая на кровать.

— Является, — прошептала я, задыхаясь от его поцелуев. — Еще как является! Меня очень возбуждает эта кисточка…

— Обязательно попрошу Джиди научить меня пользоваться хвостом так же ловко, как она, — пообещал мне Рики.

Я кивнула, обнимая его руками за плечи, а ногами за талию:

— Надеюсь, ты не забыл, как пользоваться другим своим органом? Я так соскучилась…

— Судя по тому, что ты беременна, Бхинатар иногда все же исполнял супружеский долг, — в голосе Рикиши зазвучали нотки ревности, но мне уже было все равно. Я даже по этому соскучилась… Пусть ревнует! Пусть капризничает. Пусть манипулирует… Я люблю его таким, какой он есть.

— Да, ему пришлось весь год стараться за двоих, ведь ты от исполнения своего долга старательно увиливал, — я прошептала это ему в ухо, одновременно стараясь подстроиться под его движения, почувствовать ритм, который он упорно сбивал, то входя в меня медленно, резко и глубоко, то, наоборот, едва-едва, как бы дразнясь и разжигая желание. Да во мне и так уже пожар!

— А я пока что не являюсь твоим мужем, — а теперь слышалась даже не ревность, а обида: — Но я намерен это исправить, и как можно скорее.

— А как насчет того, чтобы поинтересоваться моим желанием? — я замерла под ним, чувствуя его приятную тяжесть, его член внутри себя, его дыхание… и кисточку его хвоста, гладящую мое бедро.

— Хорошо! — Рикиши завис надо мной на вытянутых руках, и мы долго смотрели друг другу в глаза, хотя иногда я переводила взгляд на его губы — просто очень соскучилась по его улыбке, вот и все. Год… Год без него… Конечно, я соскучилась!