Князь Барбашев (СИ) - Родин Дмитрий Михайлович - Страница 72

А потом и остался. Хитёр оказался московский государь. Заманить заманил, а обратно отпускать не захотел, дабы тайны московские не утекли за рубеж. Вот и доживал свой век старый мастер в глухом одиночестве. Хотя нет, ученики, коих в своё время обучал он хитрому искусству рудного поиска, навещали его, но своей семьи у него так и не появилось. Хорошо хоть свой дом имелся, пусть и небольшой да с маленьким двориком. Нет, не так он своё будущее видел, не так. Да видно прогневил он когда-то создателя, вот и нет ему в жизни счастья.

Помолившись, старик накинул волчью шубу и вышел во двор, заваленный снегом. Сил и желания убирать уже не было, так, дорожки лишь чистил. Сбоку залаял соседский пёс, заслышавший чьи-то шаги. Иоганн прислушался. Ну да, кто-то ехал за невысоким забором по улице. Однако! Шаги застыли возле его ворот, а потом раздался громкий стук. Похоже, к нему пожаловали гости! И это вызвало в душе нежданную радость, всё же в одиночестве жить скучно, а гость это живой разговор.

Выдохнув изо рта клубы пара, старик как мог скоро прошагал до ворот и, открыв маленькое окошко, увидал того, кто стучался к нему. Это был незнакомый русоволосый парень в довольно дорогой шубе и шапке оттороченной бобром.

- Кого вам? - глухо спросил Иоганн. Радость от предстоящего общения потухла. Он не знал этого молодца, а значить тот просто ошибся воротами. Слишком давно уже незнакомцы не приходили к старому мастеру.

Но тут парень бойко заговорил, и у старика буквально отпала челюсть. Боже, как давно он не слыхал германской речи. Да, пусть парень говорил на нижнегерманском и с небольшим акцентом, но всё же это было прекрасно, словно вернулось прошлое. Нахлынувшие чувства настолько захватили мастера, что он даже не понял сразу, о чём его спрашивают:

- Здесь ли проживает мастер-рудознатец Иоганн Краузе? - вновь спросил незнакомец.

- Это я, молодой человек, - так же по-немецки заговорил Иоганн и стал отворять калитку, - заходите.

Парень спокойно вошёл во двор и с интересом огляделся. Хмыкнул каким-то своим мыслям, а потом так же спокойно проследовал за хозяином в дом, прекрестившись по своему, справа налево, на икону божей матери, стоявшей в углу на полке (Иоганн давно перенял традицию красного угла у местных жителей).

- Гадаете, зачем я к вам? - парень словно прочёл мысли старика.

- Ну, тут не сложно догадаться, - хмыкнул Иоганн, присаживаясь на лавку. - Раз вам нужен мастер-рудознатец, то, наверное, вы хотите где-то найти руду. Увы, молодой человек, сам я уже стар, а в вашей земле благородных металлов нет. Ведь сколь нами исхожено было...

- Они есть, просто вы их не там искали, - усмехнулся незнакомец, не совсем вежливо прерывая его. - Ну да это другой вопрос. Жаль, но коль скоро вы стары, то может ваши ученики окажут мне помощь в изысканиях?

- Не там искали? - казалось, всё остальное старик пропустил мимо ушей. - А вы, значить, знаете, где надо искать?

- Допустим, - усмехнулся парень. И вновь повторил вопрос: - Так что там с учениками?

- Ученики и есть ученики, - махнул рукой мастер: - Им ещё очень далеко даже до меня, ведь нашу науку можно познать только практикой. К тому же, большинство из них и без того неплохо устроились и вряд ли покинут тёплые места ради чего-то неизвестного. Но вы, молодой человек, вы меня воистину заинтересовали. Я конечно стар, но ещё довольно крепок и готов тряхнуть стариной. Кстати, коли я приму ваше предложение, сколько вы готовы будете заплатить за мою работу?

Гость, казалось, готов был рассмеяться, словно он заранее знал, что ему скажут:

- Увы, мастер, мне не нужен разовый контракт. Мне нужно долгосрочное сотрудничество. Допустим, я готов платить вам 9 рублей в год, плюс 12 четвертей ржи и 12 четвертей овса. А вы находите мне медь и готовите новых учеников. Для меня. Да, и за каждое разведанное месторождение вам будет выдаваться премия, скажем, в двадцать рублей.

- Кгхм, - Иоганн задумчиво зачесал бороду. Когда-то московский государь за его знания платил значительно больше. С другой стороны, те времена давно прошли, а ныне ему давно приходиться существовать на выдаваемые казной жалкие три рубля. Конечно, у него есть и другой разный приработок, но...

Нет, к чёрту все сомнения! Условия более чем хорошие, да и гость, надо сказать, очень необычный молодой человек. Вот не похож он на привычных ему русских, не похож и всё тут, а чем он отличается, старый мастер никак не мог понять. А ведь когда-то он любил разгадывать чужие загадки. К тому же, Иоганн принадлежал к тому редкому числу людей, для кого занятие своим ремеслом приносило внутреннее удовлетворение, а невозможность работать по профессии - дискомфорт. И раз тебе прелагают делать то, что ты умеешь и любишь, то отказываться более чем глупо.

- Знаете, молодой человек, я буду рад поработать на вас, - согласился он с предложенными условиями.

- Тогда готовтесь, герр Иоганн. В ближайшие дни мы оформим договор и через три седьмицы вы должны быть готовы к путешествию. Ежели надумаете продавать двор, не спешите искать покупателя. Думаю, я смогу дать вам хорошую цену.

С этими словами парень встал с лавки.

Иоганн проводил гостя до калитки и потом ещё долго смотрел вслед удаляющемуся всаднику, сопровождаемому конным слугой, что всё это время ждал на улице. И лишь когда они скрылись за поворотом, вспомнил, что так и не спросил имени своего нанимателя. Впрочем, если это не было какой-то глупой шуткой, то вскорости он и так всё узнает.

Рожденственнские праздники пролетели словно по волшебству. Эх, и умел же веселиться русский народ! Гуляния, катания на санках, радость и веселье так и било округ! Но, как говориться, потехе - час, а делу время. Кончились праздники, начались рабочие будни.

Само Рождество Андрей справлял в Москве, куда съехались все Барбашины, а Фёдор прикатил и с сыном, упитанным восьмилетним мальчуганом. Андрей Федорович впервые покинул вотчину и приехал в гости к дядьям, до того отец предпочитал оставлять его дома, на что сильно возмущался Михаил, говоря, что Федька сам как сыч живет и сына туда же тянет. Как ни странно, но Андрей, уже довольно хорошо обтесавшийся в местных условиях, был с Михаилом согласен. В вотчинах можно досидеться до того, что и права на княжеский титул утратишь, а следом и сами вотчины. К тому же, аристократия, как известно, это такая большая семья, где все друг друга знают, и чем раньше ты начнёшь знакомиться с другими, тем лучше. А ведь уже подрастают те, кто при будущем царе займёт вершину властной пирамиды, так почему бы Андрею младшому не познакомиться с ними сейчас, пока они все мальчишки и местничество ещё не разделило их на группки. Да, потом они займут места отцов и дедов, но личные отношения останутся личными отношениями и есть много дел, в которых они позволят решить свои проблемы, так сказать по знакомству. А уединиться в вотчинах никогда не поздно.

Сам же Андрей воспользовался общей встречей в своих интересах: на семейном ужине предложив братьям создать свою, семейную, торговую компанию, но большого одобрения своим мыслям не получил. Увы, братья были людьми своего времени и власть и достаток мерили не златом и торговым оборотом, а должностями и земельными наделами. И в чём-то они были правы, нынешняя Русь представляла собой в значительной степени автаркичное государство, не завязанное прочно на внешний рынок и даже купцы и дьяки стремились при любой оказии приобретать земельку, создавая класс "новых русских" образца, так сказать, шестнадцатого столетия. Вызвано это было не только психологией времени, но и тем, что сами товарно-денежные отношения на Руси пребывали ещё в зачаточном состоянии. Вот только Андрей, зная, как будет развиваться мир в дальнейшем, понимал, что седлать лошадку надо как можно быстрее и фактический отказ его отнюдь не остудил. Он знал, что ещё не раз вернётся к этому разговору, так как на собственном примере понял, что одним сельским хозяйством на Руси не проживёшь и большого богатства не добудешь. И знал, что братья тоже понимают это, а значить рано или поздно, но примут его сторону. Впрочем, Иван и тут его не разочаровал. Нет, недаром в той, другой истории он стал самым успешным из рода.