Князь Барбашев (СИ) - Родин Дмитрий Михайлович - Страница 74

Нет, всё же общаться с такими личностями дело и впраду непростое. И главное, так и не удалось понять, на что же решится преподобный. Жаль будет, коли не воспользуется ситуацией. С другой стороны в том его прошлом и так всё хорошо получилось, так что и в этот раз без помощников справятся, но главное он сделал: коли пройдёт всё так, как он сказал, то и Вассиан и Даниил получат зримое подтверждение того, что к его словам стоит прислушиваться. А значить любой вариант событий его в принципе устраивал. Как там все говорят: делай, что должно и будь что будет. Что ж, он своё должно сделал.

Глава 22

Говорят когда-то давным-давно, часть угорских племен, что изначально обитали в междуречье Волги, Камы и Белой, расселяясь, перевалила через Каменный пояс и спустилась с его восточной стороны на юг вдоль рек Ишим и Тобол. И там, на новых землях, они повстречались с более развитыми народами, переняв от них навыки скотоводства и земледелия, а потом и умение изготавливать бронзу. И назвали они себя "манджи" или "мончьи". А потом эти самые манджи разделились. Уходя от засухи, вызванной глобальными изменениями климата, часть их племен снова откочевала на север, а другая наоборот, двинулась ближе к югу, и долго кочевала по обширной территории между рекой Урал и Аральским морем. Трудно сказать, как они жили и с кем воевали за эти века. Главное, что они сумели сохранить свой язык и свою культуру, хотя и со множеством перенятых от соседних народов слов, навыков и обычаев. А потом они ринулись через земли Руси в Европу, разгромили остатки Великоморавского государства, захватили Паннонскую равнину и осели, дав начало новой европейской стране - Венгрии.

Но это те, кто ушёл к югу. А что же стало с теми, кто ушёл на север?

Они смешались с местными племенами хантов. Причем смешались очень своеобразно - сочетание культур таежных охотников-рыболовов и степных всадников-скотоводов в культуре получившегося народа сохраняется и века спустя. Народ этот прозвался манси, а в летописях упоминается под именем вогуличи или Югра.

Возвернувшись в тайгу, предки манси были вынуждены отказаться от былого образа жизни кочевых коневодов. Нет, лошадей они разводили по-прежнему, но уже в не таких больших количествах. Теперь конь для них стал священным животным, приносимым в жертву богам по особым случаям. А верхом ездили лишь князя и знатные воины. Большинство же народа стало жить по-таёжному, занимаясь оленеводством, рыболовством и охотой. Из лихих наездников манси превратились в искусных лучников. Умение метко стрелять считалось обязательным и само собой разумеющимся для мужчины. Вогульские мальчики начинали упражняться с луком с раннего детства и могли бить влет птицу, поражать насмерть бегущего лося и пробить доспехи тяжеловооруженного врага.

Воины манси заставляли считаться с собой всех, с кем повстречались на пути: и сибирских татар, и коми, и ненцев, и, конечно, русских, которые века с XII упорно пытались проникнуть на мансийские земли.

Вообще-то, покорение нашими предками Сибири часто рисуется как мирное освоение практически ничьих земель, заселенных малочисленными племенами, "находившимися на уровне каменного века". Но в действительности всё было намного сложнее - и крови и грязи тут пролилось немерянно.

Первое письменное упоминание о контактах манси с новгородцами относится к далёкому XI веку в рассказе некоего Гюряты Роговича о путешествии его "отрока" в "землю Югорскую", а уже в следующем веке Новгород предпринимает регулярные попытки обложить "югричей" данью. Вот так обыденно и началась многовековая война двух народов! Ведь манси не были такими уж "дикарями", наоброт, они активно воевали и торговали с булгарами, знали тактику, имели сословия князей и профессиональных воинов, совершенное железное оружие и доспехи (болотные руды давали достаточно сырья, а навыки они принесли с собой еще из южных степей). Уже в 1187 году ими были побиты сборщики дани (погибло около сотни новгородцев), а в 1193 году был уничтожен новгородский отряд под командованием воеводы Ядрея численностью в 300 человек (огромная по тем временам дружина, которую не каждый удельный князь мог себе позволить).

В 1240 году досталось от манси и непобедимым монголам. Объединившись с коми, у устья Чусовой они сразились со степняками. И монголы не прошли! На короткое время земли манси обрели покой. Но уже через столетие вновь вспыхнули войны с новгородцами. В 1357 г. югорские князья вновь уничтожили новгородскую экспедицию, явившуюся к ним за данью, зато в 1364 г. новгородское войско оттеснило югорских отыров вплоть до устья Оби. В 1455 году пелымским князем Асыкой был предпринят военный поход на Пермь Великую - к тому моменту ставшую наместничеством московского князя. Войско манси двинулось с верховьев Камы на Вычегду, разорив Усть-Вым и близлежащие волости и убив среди прочих московского наместника князя Ермолая и епископа Питирима. И тут сказалась разница между республиканским Новгородом и великокняжеской Москвой. Решив свои насущие проблемы, московский князь предпринял радикальные меры по решению "вогульского вопроса" - 25 апреля 1483 года из Вологды выступило войско под командованием воеводы Ивана Салтыка Травина и присоединившегося к нему в Устюге Великом князя Федора Курбского Черного. Оно вторглось в Пелымское княжество и в сражении близ устья Пелыма манси, возглавляемые сыном Асыки князем Юмшаном, были разбиты, после чего русские ушли дальше, на Тобол и Иртыш, где "добра и полону взяли много". Пройдя далее вниз по Иртышу на Обь, русские ратники захватили в плен несколько местных князей и ушли обратно на Русь северным "чрезкаменным" путем. Так, за столетие до Ермака русские впервые пришли в Сибирь. А побеждённый Юмшан приехал к Ивану III и лично пообещал "дани давать великому князю", после чего к титулу Ивана III Васильевича добавились слова "князь Югорский", а земли манси стали номинально считаться московскими владениями.

В 1499 году состоялся очередной поход русских ратей за Урал. Четырехтысячное поместное войско под руководством князя Семена Курбского, пройдя "зырянским путем", захватило пленными 58 хантыйских и мансийских "князьцов" и уничтожило 42 укрепленных поселения. После этого сопротивление русской колонизации Урала практически прекратилось.

Грубо говоря, Москве хватило сорок лет, чтобы сделать то, чего не смог или не захотел (ну есть и такая версия у историков) Новгород за четыре столетия. Да, не всё было так радужно, и впереди ещё будут восстания и вторжения, но ведь и американцы индейцев в резервации не сразу загнали, однако их земли они своими уже считали.

И всё же в одном историки были правы: несмотря ни на какие умения возможности тайги и гор прокормить большое количество людей были невелики и довольно сильно ограничивали плотность населения. Увеличивая же добычу продуктов питания за счет еще более жестокой эксплуатации угодий, местные жители сильно рисковали - можно было легко нарушить хрупкий природный баланс и лишиться и того немногого, что они имели. А потому Прикамье было богато свободной землёй, ибо население его было невелико. Русскими же поселенцами на первых порах в основном осваивались земли в междуречьи Камы и Вишеры. Прикамье же до определённого времени шло по остаточному принципу. А всё потому, что солеваренных мест и без того было немало. Главным же условием существования любого промысла является наличие рынка сбыта. Ну и где можно было сбыть соль, полученную на притоках Камы-реки? Вывозить на Русь - сложно. Путь вниз по Каме перекрывала орда Улуг-Мухамеда, основавшего здесь Казанское ханство. Северный путь для вывоза соли был неудобен, он проходил через волоки, по мелководным рекам, и к тому же выходил к старым русским центрам солеварения, чья соль обходилась бы явно дешевле. Вот и "пустовали" земли, пока в 1451 году Пермь Великая не стала частью Русского государства. Потом, в 1472 г. поход русской рати в Верхнее Прикамье основательно подорвал влияние местной знати. А поход 1483 года ослабил военную опасность на восточных границах. Ну а после войны 1487 года, когда Ивану III Васильевичу удалось поставить Казанское ханство на время в вассальную зависимость от Москвы, исчезла для Прикамья и угроза с юга, заодно открыв торговый путь вниз по Каме-реке. Почти на тридцать лет в Верхнем Прикамье воцарился мир, чем и не замедлили воспользоваться русские переселенцы.